Военная клятва (ЛП) - Элизабет Вон

Я был на высшем дворе, и меня не впечатлило. Мы, равнинники, можем многому научить ваших людей касаемо сенелей и торжеств. Женщины одеваются в серые цвета и странно себя ведут. Они делают вид, что боятся такого воина, как я, но восхищаются моей силой и удалью. Они все без ума от меня.

Я так засмеялась, что начала кашлять, и Гил подождал, пока спазм не пройдёт.

— Отправь мне слова о своём житье-бытье. Отправь мне кавадж, иначе мне станет дурно. Я отправил слова для песни Жодена. Прочти их ему.

Гил встал в изножье кровати, уперев руки в бока и выпятив грудь.

— Скажи своему военачальнику, что всё хорошо, и он не мог найти лучшего голоса, чем я. До свидания, маленький целитель, Ксилара, дочь Кси, военный трофей и мой друг.

Гил поклонился. Я рассмеялась и снова посмотрела на Кира, чтобы поделиться своей радостью с ним. Он посмотрел на меня в ответ, и его взгляд смягчился.

К нам подошёл Гил со сверкающими глазами.

— Трофей, есть другие письма. Я смог прочитать только письмо Симуса. В остальных слишком сложные слова.

— Ты очень хорошо справился, Гил.

Я улыбнулась ему, и он покраснел.

— А теперь, — встал Маркус. — Мы с Айсдрой помоем вещи малютки, пока они не завоняли. — Он пристально посмотрел на Кира. — У вас вялый вид. Проведите спарринг с Гилом. Оставьте письма ей.

Гил побледнел, вытаращив глаза.

Кир поднял бровь на Маркуса, затем посмотрел на меня.

— Тебе что-нибудь нужно?

— С ней всё просто отлично. — Маркус начал выталкивать всех из палатки. — Мы разве не в пределах слышимости? Идите. Все дружно взбодритесь, хорошо?

— Ну, почему со мной? — жалобно спросил Гил, пока все выходили друг за другом.

Симус был прав. Официальные письма от моего совета были тусклыми и сухими. Все отправили их некоторое время назад, так что в них ничего не говорилось о эпедемии или её влиянии на город. Симус вложил ещё одно письмо для Жодена, его версию событий моего воссоединения с Киром. Я убрала это письмо подальше, чтобы прочесть только когда снова увижусь с Жоденом.

Пергамент с различными посланиями хрустел под моими пальцами. Озар включал в письмо короткое частное примечание, сообщая мне, что у него с Анной всё хорошо, а лорд Дерст всё ещё не оправился от ранения, которое нанёс ему Кир.

Будущие письма поведают мне, что случилось. Пришла ли эпидемия в город. Получил Эльн мои предостережения вовремя. Как бы сильно я ни ждала посланий, я их боялась. Эльн захочет узнать подробности, что произошло, и как мне удалось пережить болезнь, которая убила воина в расцвете сил и весь Вечный исток. Как Айсдра и младенец остались здоровы, когда все остальные умерли? У меня не было ответов на эти вопросы.

Снаружи палатки раздались звуки борьбы и плеск воды, наливаемой в вёдра. Наверное, Маркус и Айсдра принялись за стирку. Меня снова захлестнули муки совести, и глаза наполнились слезами. Вся деревня, мама малышки... имя девочки... мы потеряли всё. Травы и лекарства Рахиль, её тайные записи, всё исчезло в считанные дни. Что это за болезнь, что некоторые живут по несколько дней, а другие мучаются считанные часы, но умирают все? Все, кроме меня.

Конечно, у них не было Гила. Я улыбнулась, вытирая слёзы. Я не могла просить ученика лучше. Он был так увлечён своими новыми умениями. Взял старый седельный вьюк и потратил свободное время, чтобы превратить его в подобие сумки, пришить широкий ремень и добавить карманы для «множества полезных вещей». Он предложил отдать его мне, но я сказала ему оставить этот себе, а мне сделать другой.

Моя улыбка слегка угасла. Гил нашёл способ сбить мой жар, после которого у меня осталось достаточно сил для борьбы с вялостью и жидкостями, накопившихся в лёгких. Но я сомневалась, что Эльн будет доволен новым лечением. Он бы хотел травяного лекарства, а я не могла ему ничего предложить.

У меня был лишь отчаянной способ сбить сильный жар и прикосновения, которые вызывали тело делать то, что оно должно было делать самостоятельно. С таким оружием невидимого соперника не победить.

Полог откинулся, и в палатку вошёл Кир. Всё его лицо было усеяно бисеринками пота. Он бросил на меня нежный взгляд, и я немного покраснела, осознав, что мы впервые остались наедине, с тех пор как у меня спал жар.

Он встал в изножье кровати.

— Всё хорошо?

Он кивнул в сторону писем.

— Да. — Я собрала бумаги. — Мне нужно отправить сообщение Эльну и рассказать ему, что произошло.

— Хорошо. Сделаем это до того, как отправиться на Равнины.

Я поражённая уставилась на него.

— Конечно, до того. Мы не можем уехать до окончания сорока дней.

Удивительно, как эти синие глаза могут измениться в одно мгновение. Они стали точно кремень. Кир напрягся.

— Мы подождём ещё один день и убедимся, что ты достаточно окрепла для дороги. Отправляемся в Сердце Равнин послезавтра.

— Ты это не серьёзно. — Я уставилась на него в изумлении. — Кир, нам нельзя приближаться к людям сорок дней. Я ведь уже объяснила…

Мои слова потонули в его громком голосе:

— Милостью элементалей мы наверстаем упущенные дни. Мы воссоединимся с основной армией и оставим это место.

Я резко выпрямилась в постели, и письма полетели с одеяла.

— Эта болезнь убила целую деревню, не говоря уже об Эпоре. Ради любви к Богине, Кир, ты должен меня послушать!

Наши голоса привлекли всеобщее внимание. Маркус вошёл в шатёр, а за ним выглянул Гил, прячась за край полога. Позади них стояла Айсдра, внимательно изучая нас серьёзными глазами.

— Ты выжила. Айсдра и малышка выжили. Мы не заболели. — Кир запрокинул голову, его ноздри раздулись. — Ты же не можешь это отрицать, трофей.

Я изо всех сил пыталась выбраться из кровати, но запуталась в одеялах. Маркус двинулся ко мне, но я была так взволнована, что я отмахнулась от него. Впервые за много дней я разозлилась.

— Дурак. Зачем я здесь, если ты меня не слушаешь?

Это было ошибкой. Лицо Кира стало нечитаемым.

— Ты здесь потому, что принесла дар исцеления моему народу.

Я втянула воздух сквозь зубы, прикусила губу и набросилась на него:

— Но именно это ты и игнорируешь. Если сделаешь по своему, то накличешь на свой народ одну только смерть.

Кир сверкнул глазами.

— Отдыхай. Собирайся с силами. Завтра вечером я отдам приказ. Послезавтра мы отправимся в путь.

Он выбежал из шатра, практически оторвав лоскут от палатки.

Силы покинули меня, и я схватила Маркуса за руки, ища поддержки.

— Маркус, он же не серьёзно? Ведь правда?