Подводный флот Муссолини. Итальянские суб- марины в битве за Атлантику. 1940—1943 - Николай Николаевич Баженов

которые взывали о помощи на итальянском языке. Их быстро подняли на борт лодки, где они подтвердили, что многие из находившихся на поверхности воды — тоже итальянцы. Только тут до Хартенштейна дошло, что по его вине в океане в качестве потерпевших крушение оказались более 1 000 военнослужащих из союзной Германии страны. Этих несчастных уже начали атаковать акулы, привлеченные к месту катастрофы звуком взрыва котлов затонувшего судна. Чуть позднее один из спасенных итальянцев, сносно владевший немецким языком, подтвердил, что на борту «Лаконии» находилось более 1 500 итальянских военнопленных. Эта цифра поразила Хартенштейна, который, видимо, попытался предугадать реакцию Муссолини на сообщение о том, что немецкая подводная лодка «угробила» так много его «доблестных бойцов». Будущий кавалер Рыцарского креста явно испугался ответственности за гибель большого числа итальянских союзников и приказал срочно организовать спасательную операцию.

По его команде немецкие подводники начали «пачками» вытаскивать из воды потерпевших и размещать их на палубе лодки. Среди спасенных начали появляться и англичане. Наконец-то Хартенштейн решил известить свое командование о произошедшем. Его сообщение было получено в 00.12 13 сентября (!) (по другим данным — в 01.27). Офицер штаба Гюнтер Хесслер рискнул среди ночи разбудить своего командующего (и тестя) и сообщить ему пренеприятное известие. Информация об инциденте в океане быстро прошла на «самый верх». Дёниц, помня о скандальном потоплении лайнера «Атения» в сентябре 1939 года, сообщил о потоплении «Лаконии» гросс-адмиралу Редеру, а Главнокомандующий Кригсмарине, в свою очередь, незамедлительно проинформировал самого Гитлера.

В 00.27 13 сентября Дёниц приказал командиру U-156 находиться вблизи от места потопления лайнера, но быть готовым к срочному погружению. Впоследствии он утверждал, что без колебаний распорядился немедленно начать спасение людей. Первоначально Дёниц решил направить для спасения итальянцев и остальные подводные лодки группы «Айсбэр». Редер через начальника своего штаба сначала одобрил эти мероприятия. Правда, он выдвинул условие, чтобы немецкие подлодки, участвующие в спасательной операции, не подвергались бы большой опасности. Потом он изменил свое решение и вот почему.

Представитель флота в ставке фюрера Карл-Йеско Путткамер сообщил Редеру о реакции фюрера на потопление «Лаконии». Тот выразил свою озабоченность возможностью срыва операции группы «Айсбэр» в районе Кейптауна из-за проведения спасения людей с потопленного лайнера. Кроме того, Гитлер высказал пожелание о том, чтобы лодки этой группы не подвергались опасности. После такого сообщения из ставки осторожный Редер приказал отозвать подлодки, направленные Дёницем для спасения пассажиров «Лаконии». Он также высказал пожелание, чтобы спасали только итальянцев, не обращая внимания на остальных потерпевших. В качестве компенсации отзыва подводных лодок, направлявшихся к Кейптауну, Редер через свой штаб обратился к правительству Виши с просьбой о высылке французских военных кораблей на место катастрофы.

Редер проинформировал Дёница о своем решении, так как тот сначала предлагал высадить спасенных с «Лаконии» прямо на побережье французской колонии Берег Слоновой Кости в Бингервиле, доставив их туда на борту немецких подводных лодок. Фактически Гитлер и Редер, ограничившись расплывчатыми пожеланиями, попросту «умыли руки» и устранились от принятия конкретного решения, предоставив эту малоприятную процедуру Дёницу.

В ответ на запрос командующего Хартенштейн сообщил о своей малоуместной в той ситуации инициативе — «объявить временный нейтралитет в районе потопления „Лаконии“, чтобы организовать спасательную операцию». Данное предложение командира U-156 только иллюстрирует, в каком паническом состоянии он находился в тот момент. Кроме того, Хартенштейн сообщил своему командующему, что на борту его лодки уже находились к тому времени 193 человека (172 итальянца и 21 англичанин), а остальные, более 200 человек, — на спасательных шлюпках.

Дёниц сообщил о странной инициативе своего подчиненного в Берлин, но Редер и его штаб резко отвергли идиотское предложение Хартенштейна. Причины принятия этого решения были следующие. Во-первых, Гитлер, приказавший ничего не сообщать о гибели «Лаконии», узнав о предложении командира немецкой лодки, впал в дикую ярость. Во-вторых, Редер вполне обоснованно посчитал, что полагаться на благородство союзников было бы наивно. Еще более осложнил создавшееся положение новоявленный «миротворец» Хартенштейн. Не дождавшись ответа от командования на свое предыдущее предложение, он в 06.10 на международной волне в 600-метровом диапазоне на чистом английском языке возвестил всему миру о случившемся и призвал на помощь всех, кто его слышит. На этот раз англичане на своей базе во Фритауне приняли это необычное сообщение о катастрофе «Лаконии», но оценили его как провокацию и предпочли выжидать развития событий.

Дёниц, успевший отменить свой приказ подводным лодкам группы «Айсбэр», уже начавшим движение к месту происшествия, в 03.45 дал указание трем другим немецким лодкам об оказании помощи U-156. Правда, среди офицеров его штаба были и иные мнения. Например, зять Дёница Хесслер предлагал вообще прекратить все спасательные работы. Подводными лодками, получившими приказ Дёница, были: U-506 (командир — фрегаттен-капитан Эрих Вюрдеман), U-507 (командир — фрегаттен-капитан Харро Шахт) и U-459 (командир — фрегаттен-капитан Виламовиц-Меллендорф). В указанное время U-506 патрулировала в Гвинейском заливе, а U-507 направлялась во Францию после боевого похода к берегам Бразилии.

Шахт, ранее перехвативший сообщение Хартенштейна, самостоятельно решил помочь своему коллеге, попавшему в сложное положение. Получив указание Дёница, подтверждавшее его намерения, он направился к месту торпедирования «Лаконии». Шахт обещал своему командующему прибыть туда через два дня, поскольку ему предстояло пройти примерно 750 миль (1 400 км). Так же реагировал на полученное распоряжение Дёница и Вюрдеман, взявший курс к месту катастрофы. Только Виламовиц-Меллендорф, находившийся дальше всех от назначенного места, медлил. Старый кайзеровский «морской волк» трезво оценивал свои возможности. Результатом его попытки достичь места нахождения U-156 была напрасная потеря времени и неоправданный расход топлива. Он предпочел проигнорировать приказ Дёница и принял решение продолжать свое движение на юго-восток со скоростью 8 узлов, надеясь, что грозный шеф признает его правоту.

В ответ на запрос из Берлина зашевелились и французы. В 13.00 13 сентября адмирал Коллине, находившийся в Дакаре, получил приказ из Виши о высылке кораблей к границе нейтральных вод для принятия на борт пострадавших пассажиров с «Лаконии». Уже в 16.00 13 сентября он направил в назначенное место из Дакара легкий крейсер «Глуар», из Конакри (Французская Гвинея) — сторожевой корабль «Аннамит» (командир — капитано ди корветта Кенар), а из Котону (Дагомея) — более тихоходный корабль того же класса «Дюмон д’Юрвиль». Командир последнего капитано ди фрегата 2-го ранга Франсуа Мадлен понимал, что, имея скорость 14 узлов, сможет преодолеть около 1 000 миль (1 850 км) и прийти в нужное место не ранее вечера 16 сентября, а то и утром 17-го.

В 10.10 13 сентября командир итальянской подводной лодки «Команданте Капеллини» Марко Реведин, патрулировавший в районе Фритауна, получил приказ из