Охотник - Владимир Поселягин

Допив компот, я поставил гранёный стакан, и внезапно улыбнулся. Проблема с наружкой, после некоторых размышлений за время обеда, могла наоборот принести плоды. Они послужат мне свидетелями и подтвердят алиби.

Обед мне стоило девяносто семь копеек, такси же обошлось в сорок. Тут ехать было всего четыре километра. Причем из-за небольшой суммы такси были постоянно заняты, многие граждане ездили на них на работу и с работы, зачастую водитель брал попутных пассажиров. Вот и со мной случилась та же история. Пока ехали, он подобрал двух девушек. Меня высадил у нужного дома, а их повез дальше. По одному счетчику двойной навар.

Поправив лямки рюкзака, я осмотрелся и направился во внутренние дворы. Бежевая 'Победа' наружки последовала следом. Один сотрудник находился за рулем, а второй шел за мной пешком. Я не показывал что засек их, не стоит им этого знать раньше положенного.

Наконец нужный двор. Судя по описанию из сводки, девочку-подростка нашли в кустарнике, у одного из зданий. Даже странно, двор проходной, да и жителей гуляет много, особенно детей хватает, каникулы же, однако никто ничего не видел согласно рапорту опроса следователя.

Однако я знал, что опера и следователи с участковым зря искали в окрестных домах, убийство пострадавшей произошло в подвале другого дома в четырехстах метрах от места страшной находки. В доме, что стоял сразу за садиком.

Под любопытными взглядами местных жителей, все знали, что тут произошло месяц назад, поэтому во дворе и было так много взрослых, следили за своими детьми, я стал осматривать кусты. Сотрудники наружки тоже с любопытством наблюдали за мной. Правда, машины на виду не было, наверняка оставили ее на улице, но обоих я засек. Один сделав вид что он тут живет, зашел в один из подъездов пятиэтажки и наблюдал за мной через окно подъезда, другой курил у угла, делая вид что кого-то ожидает.

Те полчаса пока я лазил по кустарнику, осматривая затоптанное место находки, принесли свои плоды. Кто-то из жителей дома вызвал участкового.

— Товарищ, можно вас на минутку? — вежливо окликнули меня.

Посмотрев на мужчину в форме, я подхватил по пути рюкзак и вышел на открытое пространство.

— Попрошу ваши документы.

Предъявив удостоверение, которое сержант милиции осмотрел внимательно, ничуть не робея, потом вернул его в карман.

— Сержант Лютов, участковый инспектор. Вы ведь не местный? — поинтересовался милиционер.

— В отпуске. Заинтересовало меня это дело, вот в свободное время и занялся работой… Вы собак по следу пускали?

— Пускали, до садика дошла и встала.

— Ясно, — я закусил губу и осмотрелся.

— Следователь говорил…

— Я в курсе. Место убийства вы так и не нашли?

— Нет. Все дворы осмотрели… А вы знаете товарищ младший лейтенант, где оно произошло?

— Скорее предполагаю, — задумчиво ответил я.

Местные жители, увидев, что мы разговариваем с участковым спокойно, вернулись к своим делам.

— Вы в курсе, что это было четвертое нападение убийцы?

— По делу проходит только одна жертва, — отрицательно покачал головой сержант.

— Все нападения были в разных районах, поэтому и образовалось три дела.

— А четвертое?

— Девочке удалось спастись и она описала нападавшего, но дело не стали заводить посчитав все фантазиями, а зря. Убийца был в форме капитана милиции, поэтому решили, что девочке все привиделось.

— Однако, — ошарашенно сбил фуражку на затылок сержант.

— Ладно, пошли, поищем место преступления.

— Откуда вы можете знать, где оно находиться? — в голосе участкового едва слышалось подозрение.

— Сводки читать надо, — хмыкнул я.

— А что?

Я в ответ только иронично посмотрел на любопытного сержанта.

Мы прошли мимо садика, там я больше играя для сержанта осмотрел кусты, тропинку, прошелся по изолированным трубам отопления, заглядывая под них, пока, наконец, не вышел к двери в подвал в торце соседнего со зданием садика.

— Замой ржавый висит, видно, что его уже год как не открывали, — сказал сержант, мельком глянув на ржавый навесной замок.

— Такое пренебрежение к работе вас погубит, — снова поправив рюкзак, я по ступенькам спустился вниз к двери и дернул за щеколду, которая сразу же оказалось у меня в руках. — Смотри-ка, не ошибся пенсионер. Действительно видел, как сюда спускался милиционер.

— Что? — не расслышал сержант.

— Один внештатный сотрудник нашего ведомства видел, как в этот подвал спускался офицер милиции, о чем сообщил в докладе. Когда я изучал дело о нападении мне случайно попалась и его докладная записка, сложить дважды два было не трудно… Фонарик есть?

— Есть.

— У меня тоже, пошли осматривать.

За десять минут мы осмотрели весь подвал и нашли где маньяк истязал и впоследствии убил девочку, нанеся ей более сорока колото-резанных ран.

Участковый убежал вызывать оперативно-следственную группу и криминалистов, а я вышел наружу и присел на поребрик спуска в подвал. Прошел ровно месяц с момента убийства, но все-таки могли остаться хоть какие-то следы.

После прибытия сотрудников милиции и криминалистов, я сообщил участковому, что поехал на следующее место преступления и смог затесаться среди оперативников, зайдя в подъезд этого же дома.

Дверь чердака была открыта, опера только что закончили с осмотром, поэтому я проник вовнутрь. Дальше действовать нужно было быстро, и я не медлил. У слухового окна, где было светло, переоделся в старую потрепанную одежду, убрав все свое, включая удостоверение и оружие в рюкзак, спрятав его среди стропил. Дальше самое сложное. С помощью карманного зеркальца нанёс на лицо тональный крем состарив кожу, и бородку с усами. Теперь я со стороны напоминал старичка, жаль только трости нет, но ничего шаркающая походка и дребезжащий голос помогут мне играть роль пенсионера.

Аксессуары, то есть грим, да парики с усами и бородой я просто выкрал из гримерной съёмочной группы 'Мосфильма'. В Сочи на побережье шли съёмки, как и половина жителей города, я там тоже побывал. Но в отличие от остальных с меркантильной целью. В общем, однажды ночью вагончик костюмерной вспыхнул, часть вещей спасли, но кое-что потеряли. Сторож лишился премии, а я получил то, что мне было нужно.

Осмотрев себя в зеркальце, я довольно хмыкнул:

— Пигментные пятна отлично получились, сейчас еще на руки и на шею нанесем.

Закончив, я прибрался и направился на другую сторону чердака. Прыгая через три ступеньки, спустился через соседний подъезд, вышел, и медленно изредка старчески тряся головой, зашагал на улицу к проезжей части. Наружка осталась у дома, где суетились милиционеры, поэтому я довольно улыбнулся. Теперь на все про все у меня было пару часов, потом милиционеры разъедутся и незаметно вернутся будет тяжелее.