Самое сокровенное - Ронда Гарднер

— Итак, ты увидел меня, — резюмировала она осторожно, — через неделю мы познакомились, а еще неделю спустя ты решил позвонить мне в офис.

— И мне совсем не понравилось, когда ты отклонила мое предложение из-за какого-то удачливого дьявола по имени Том! — Они оба не смогли не улыбнуться, вспомнив застенчивого юного почтальона. — Но я почувствовал себя значительно лучше, когда узнал вечером, что ты дала Тому отставку…

— А еще немного позже ты узнал, что это не совсем так.

— О, я выяснил много интересного в тот вечер, моя прелесть! — произнес Крис, с нежностью глядя на нее: — Я узнал, что дома ты совсем другая — простая и веселая. Узнал, что тебе не слишком повезло с родственниками и что жизнь твоя, в сущности, не так уж легка. Я узнал, какая ты чувствительная и ранимая… Все это было ново для меня — мне хотелось обнять тебя и защитить от жизненных невзгод.

О, небеса! Она абсолютно таяла от его слов.

— Но вместо этого ты рассмешил меня…

— И мы великолепно провели время на концерте местной самодеятельности, а потом ты накормила меня ужином. И хотя я прекрасно знал, что ты вовсе не планировала, чтобы я получил удовольствие от этого вечера, твой замысел провалился. Я сразу почувствовал, что много бы потерял, не встретив тебя.

— Правда? — спросила Ида, глядя на него сияющими глазами.

— Правда, только правда и ничего кроме правды! — торжественно провозгласил Крис. — Но под конец я совсем запутался. Я помню, что мне отчаянно хотелось поцеловать тебя, и в то же время я считал, что это было бы… неправильным. И я подумал, что мне лучше оставить тебя.

Ида помнила тот вечер, как будто это случилось вчера. Сам воздух тогда казался наэлектризованным.

— Но ты все же поцеловал меня — на дорожке, перед тем как уйти…

— И помнил этот поцелуй и твои сладкие губы всю неделю! А потом всю следующую, с трудом сдерживаясь, чтобы не позвонить тебе.

— Но ты не позвонил!

— Нет, не позвонил. Наверное, шестое чувство подсказывало мне, что я обожгусь. И действительно: когда я все-таки сдался, то что я получил в награду? Твоя экономка сказала, что ты уехала на выходные.

— А ты считал, что я буду сидеть и ждать твоего звонка? — улыбнулась Ида.

— Не знаю… Но, во всяком случае, я не думал, что почувствую ярость от мысли, что ты, может быть, уехала с каким-то мужчиной. И надо же тебе было намекнуть потом, что ты была не одна! Я так рассвирепел, что не мог выйти из этого состояния, пока не получил открытку с лиловыми гиацинтами. И с извинениями, объясняющими, каким невинным был на самом деле твой уик-энд.

— Ты тоже послал мне открытку, — вспомнила Ида мечтательно.

— И еще позвонил и пригласил на вечеринку — наверное, в наказание за мои грехи…

— В наказание за твои грехи?

— Ты нравилась мне все больше и больше, — объяснил Крис, заставив ее сердце затрепетать, — и что же? Вокруг тебя постоянно увивались поклонники, а на меня ты не обращала никакого внимания!

Не обращала на него внимания? Как же!

— Насколько я помню, ты был занят некоей брюнеткой и не очень спешил от нее оторваться. Или это была блондинка?

Крис, казалось, очень обрадовался ее словам.

— Ты ревновала!

— Я не говорила этого, — возразила Ида.

Увидев, как с его лица тут же исчезла довольная улыбка, она с изумлением подумала, что, возможно, для него было важно получить подтверждение ее небезразличия.

Это показалось ей забавным и трогательным. И, хотя Ида еще не чувствовала себя достаточно уверенно, чтобы полностью раскрыться перед ним, она так любила его, что не могла не смягчиться.

— Ну, если честно… возможно, я и ревновала… немножко.

Крис широко улыбнулся, а затем, словно не в силах удержаться, наклонился и поцеловал ее.

— О, как мне не хватало тебя! — хрипло прошептал он.

— Не хватало?

— Ужасно! Я постоянно думал о тебе!

— Подожди… Кажется, я опять не понимаю.

— Не понимаешь, любовь моя?

Он посмотрел на нее так нежно, что Иде показалось, будто внутри завибрировала тонкая струнка радости. В ней стало крепнуть сознание, что, скорее всего, она не ошиблась, и Крис действительно сказал «я люблю тебя».

— Ты утверждаешь, что тебе не хватало меня, — едва смогла выговорить она. — Но почему же тогда ты исчезал так надолго?

— Наверное, я был просто дураком, — сокрушенно признал Крис. — Я начал что-то понимать только в эту последнюю неделю, когда медленно сходил с ума, думая, что потерял тебя. А до этого… Я почему-то убедил себя, что мы не должны встречаться. Когда я увидел, какое впечатление ты производишь на окружающих, я решил, что не стану одним из многих.

Ида была поражена, просто не могла поверить своим ушам. Услышать подобные слова от Криса, который выделялся в любой толпе, внимания которого добивались многие женщины… У Иды голова шла кругом.

— Ты хочешь сказать, что специально не звонил мне, хотя тебе хотелось сделать это?

— Это было нелегко. Поверь мне, совсем нелегко, — заверил он. — Я сопротивлялся. О, как я сопротивлялся! Семь дней прошло, прежде чем я сдался. Я больше не мог противиться своим чувствам и принял приглашение Картрайта посетить ваш День открытых дверей.

— А я… устала ждать твоего звонка. И так разозлилась, что хотела…

Ида не закончила. Какой ужас! Она проговорилась! Ида испуганно взглянула на Криса, но по его напряженному взволнованному лицу поняла, что ей нечего бояться.

— Не может быть! Ты ждала моего звонка? Хотела, чтобы я позвонил?

— И была просто вне себя, оттого что ты не звонил, — призналась она.

— Но это означает…

Ида поняла, что настало время, когда нужно говорить только правду. Неожиданно ее охватила робость, и она никак не могла заставить себя ответить ему. Но Крис, судя по всему, находился в еще более отчаянном состоянии. Казалось, его обычное самообладание дало трещину, ему уже было безразлично, как все это выглядит со стороны, не волновало, что о нем могут подумать.

— Пожалуйста! — попросил он, сжимая ее руки. — Ты всегда была честна со мной!

— Честна? О, Крис! — воскликнула Ида, не в силах больше сдерживаться. — Я… ты мне очень дорог.

— Ты любишь меня? — потребовал он.

— И это тоже, — прошептала она с робкой улыбкой.

Крис радостно рассмеялся.

— Сердце мое!

Теперь им было недостаточно просто держаться за руки. В следующее мгновение Крис заключил ее в объятия и крепко прижал к груди, нашептывая сладкие слова любви.

— Моя маленькая, когда же ты узнала, что любишь меня? — Он на мгновение отстранился, чтобы взглянуть ей в лицо.