Подлинная история Зеленых музыкантов - Евгений Попов

(803) Бах, Бетховен, Мендельсон, Гендель ("Музыка на воде"), Гайдн, которого крестьяне в одном из рассказов Н. Лескова именовали "гадиной" и умоляли просвещенного помещика лучше их драть на конюшне, чем заставлять все это слушать.

(804) И - не смею их осуждать и вам, молодежь, не советую. Беззаветные эти борцы за собственное благосостояние в те годы хотели жить и хотели, чтоб вы были. Пытались не скатываться в свинство и делать возможно меньше подлостей, которых они совершили немало.

(805) Он, кстати, скорей всего никогда ни в чем не разбирался, потому что тот, кто перестает быть писателем, никогда им не был.

(806) А ведь точно... да... переносицу... Не нос же?

(807) Он - лидер. "Где двое или трое соберутся во имя мое, там и я среди вас", - кощунствует он, желая потешить гостей и показать свою ученость.

(808) И тут не "смирение паче гордыни", а обыкновенная интеллектуальная глупость. Кто литературу разлюбил, тот ее никогда и не любил.

(809) Примерно этими словами и более "продвинутые", чем Иван Иваныч, люди артикулируют "конец литературы", толкуют об Интернете и CD. Разумеется, никто больше не будет, как в ХIХ веке, читать вслух у камелька "Бову-Королевича" или Маркса... А может, впрочем, и будет. Во всяком случае, когда появилось кино, умники тоже предрекали конец театру. Я бы советовал молодежи все же читать побольше "художественной литературы". Это сильно "оттягивает", веселит и добавляет опытности. Литература, водка и секс будут в России всегда, а другие страны пусть сами о себе заботятся.

(810) Среди "новых русских" есть не только писавшие про таких вот "почтальонов", но и люди еще более брутальных профессий, чем писательская, например, актеры и режиссеры, которые теперь ворочают банками и миллионами. Они, как и Иван Иваныч, вовремя опомнились, расслоились еще раньше, чем началась "перестройка", и занялись имманентным делом.

(811) [...]

(812) Чудит "лидер", ну и хрен с ним - каждый "новый русский" имеет право на свое хобби: кто пони разводит на даче, кто вспоминает, каким он был мудаком. Да и раньше... У нас вот в лаборатории был один партийный алкаш-начальник, так его подчиненные вынуждены были по очереди впадать с ним в запой, чтобы только не разогнали эту нашу лавочку, где все бездельничали.

(813) А почему не серебряной? И где, кстати, "золото партии"? Я как-то выступал вместе с одним "строгим юношей" из антикоммунистического журнала на букву К, и он замогильным голосом вещал, что коммунисты распределили между собой "золото партии", но скоро наступит "час Х", они это золото вынут и на него устроят "последний и решительный путч". Я сказал ему, что он слишком хорошо думает о коммунистах; на самом деле, если им что в лапу попало, то они этого никогда уже обратно не отдадут. Партия их спросит: "Где деньги?", а они, как муж-пьяница в анекдоте, изумленно сморщат лоб: "Какие деньги?". [...]

(814) из распределителя.

(815) И хрусталь был дефицит, и кофе, и все на свете. Мне кажется, даже коммунистам не нужна прошлая жизнь. Разве мог раньше какой-нибудь инструкторишка РК КПСС украсть миллион и поехать в Ниццу? А теперь он это только и делает, так зачем же ему прежняя убогая обстановка?

(816) Прокомментировать, что ли? Разжевать? Нет уж, если раньше этого не сделал, то и позже не стану.

(817) Они ему решительно ни к чему. Так, мой бывший друг, а ныне хозяин фанеры Всея Сибири долгие годы стыдился журнала "Свежесть", чуть было не поломавшего ему карьеру. Ну, сейчас-то, поди, не стыдится, когда выяснилось, что "все страдали".

(818) Это слово сильно не любит моя Светлана, но я не имею права убрать его из текста даже в чаемых рамках семейной лояльности. Ведь я написал его примерно за пять лет до встречи с горячо любимой женой, в своей прежней грубой жизни. Прости, дорогая!..

(819) Ну... всему в вещном мире рано или поздно приходит конец, только Душа бессмертна. Я, между прочим, сейчас, может, пьяный пишу... один, поздно ночью, когда за окном темно и чувствуется - на меня откуда-то с укором глядит тов. Отто Гротеволь.

(820) Поэтому открою вам главный секрет бытия: несмотря на все вечно существующие "отдельные недостатки" и глобальные неудачи, всех нас в конце концов ждет "хэппи энд". Это будет грандиозное и величественное зрелище! Молодежь, внимательно все запоминайте, потом расскажете, когда мы встретимся ТАМ, где уже находятся все остальные.

(821) Совсем или не совсем - это тоже выяснится ТАМ.

(822) Вот же дура! Разве можно кому-нибудь болтать правду о том, что происходит у тебя в доме? [...]

(823). Ну это же просто чистый парафраз из "Мастера и Маргариты" М. Булгакова, там, где про итоги поэта Ивана Бездомного! Ну нельзя же все-таки так буквально! Хотя ... может быть, в рамках царящего повсюду "постмодернизма" это и сойдет под шумок как некая "центонность".

(824) , несмотря на то, что среди них встречаются даже очень и очень красивые. Эх, нет сейчас очередей, и места нет советским гражданам для тесного общения и выработки чаемой Духовности.

(825) Да натуральная все это параша! Я как-то встретил Ивана Иваныча на приеме в Кремле, когда Президент позвал на встречу с собой "перестроечную" интеллигенцию "посоветоваться" (через пару недель, вопреки этим советам, как раз началась "чеченская война", если кто помнит), и, сидя с ним за одним столом в Георгиевском зале (с Иваном Иванычем, а не с Президентом), тихо спросил, выждав паузу между тостами "за процветание Отечества", правда ли все то, что про него люди болтают? Иван Иваныч сказал, что неправда. Я внимательно посмотрел на него и увидел, что "эти глаза не солгут".

(826) Простой НАРОД разных стран фактически ничем друг от друга не отличается. Я однажды ехал в поезде по стране Великобритании и там разговорился с одним пьяным шотландцем, который и свою жену, и свою Королеву называл одним и тем же коротким, неприличным словом. Зашли контролеры, и он сказал им, что проездной билет "или потерял, или забыл купить". В городе Кембридже его ссадили и повели в английскую ментовку. Или взять того финского парнишку, который стоял на костылях на автобусной остановке в городе Хельсинки, около тюрьмы Катаянокка, и к которому я, тоже опираясь на костыль, участливо обратился посредством Юкки Маллинена, чтобы узнать - не мениск ли порван у парня, как у меня? Парень сказал, что ему действительно только что сделали операцию мениска, и он теперь не может долго со мной разговаривать, потому что спешит домой, чтобы поскорее напиться. А тот, встреченный мною в Мюнхенском биргартене пожилой господин, с которым мы дуэтом исполнили "Катюшу" и "Лили Марлен"? А ведь я ни от одного из них не скрыл, что я - русский. А Юй Ичжун из Нанкина? А Пиа Пера из Милана? А Рене Герра из Исси-ле-Мулино? А Мирча Динеску из Бухареста? А Женя Иванова из Софии? А монгол Нарангирел, который украл у меня в 1968 году прижизненный сборник И. Северянина? А Ева и Илона из Будапешта? А У. Б. Йетс из Дублина? А Марье Меенпа из Хельсинки? Молодые люди третьего тысячелетия! Предлагаю вам заняться хорошим делом - строительством новой Вавилонской башни. Вдруг на этот раз получится?

(827) Смутно вспоминаю, что этот "образ" я уже где-то употребил. А-а, точно. (См. комментарии 542, 549.)

(828) Ну и он, кстати, на моем месте поступил бы точно так же, если бы продолжал оставаться литератором.

(829) Коктейль довольно крутой! Желающих с ним ознакомиться призываю сначала посмотреть фильм Милоша Формана по книге Кена Кизи "Пролетая над гнездом кукушки", а лишь потом прочитать роман С. Угрюмомолчанского "Альтернативная служба", сочинение о дурдоме времен "гласности и перестройки", опубликованное с моим предисловием в роскошном журнале "Золотой век", который издает и редактирует замечательный поэт и отличный, пьющий человек Владимир Салимон и где, кроме всех других, печатается моя жена Светлана Васильева, которую народ как писателя знает меньше, чем меня, и совершенно зря: ведь большинство умных мыслей, которых не так уж много в моих произведениях, позаимствованы мною у нее, а иногда и взяты без спросу. Да не будь ее, я бы, поди, давно уже летал над этим самым cuckoo next! Или побирался по российским дорогам, как Захар, слуга И. Обломова.

(830) Я знавал в своей жизни множество врачей-психиатров и свидетельствую, что ни один из моих знакомых не работал на КГБ. Для этого имелись специальные люди. [...]

(831) А заодно и перед всеми другими ЯКОБЫ РЕАЛЬНЫМИ лицами, которых я в своем сочинении упоминаю. Простите, если был неточен и кто-то из вас здесь выглядит лучше, чем это есть на самом деле, а кто-то - хуже.

(832) Бог знает, какая сторона лучшая, а какая худшая, а вот то, что многие из нас изменились и стали "другими человеками", - никто, я думаю, отрицать не станет.

(833) Ну уж прямо так и по гроб! Тоже, знаете ли, какая-то неприятная литературная эксцентрика, близкая к неврозу.

(834) Э-э, да это действительно выходит какой-то "постмодернизм". Не хотелось бы... Одна надежда, что будет, как в том рассказе Ильфа-Петрова, где мальчик-вундеркинд на киностудии все страшно волнуется, что не получилось бы, "как у Чаплина". А опытные люди его успокаивают: "Не бойся, мальчик, как у Чаплина, у нас никогда не получится".