Подлинная история Зеленых музыкантов - Евгений Попов

(679) См. комментарий 665.

(680) С негодяями так всегда и происходит. А если человек порядочный, так у женщин к нему лежит только душа. Оглянитесь вокруг, и если вы порядочный человек, то увидите, что я совершенно прав. "Он бабам нравился за то, чего не должен знать никто" (Вилли Токарев, шансонье).

(681) Магия негодяя.

(682) Не быстрые, но все-таки - "колеса". Негодяй и наркоман!

(683) В переводе с женского это означает, что он ее бросил, но время от времени приходит трахаться.

(684) Это правда! К тому же у Ивана Иваныча помимо "чувств" есть квартира, постоянная прописка, с ним можно "вить гнездо". Совсем не то, что шаманаться по углам с наркоманами.

(685) [...]

(686) То есть "единственный" в том смысле... ну, в общем, сами понимаете, если действительно хотите понять сложную женскую душу.

(687) "О, вопль женщин всех времен: "Мой милый, что тебе я сделала?" (М. Цветаева)

(688) [...]

(689) Потому что весь мир - театр, как справедливо заметил Шекспир. [...]

(690) Фи, какая грубая старуха! То ли дело "Федератовна", у которой мы со Светланой однажды отдыхали "в Сочах" на заре нашей совместной жизни в 1980 году. Была она подтянутая, строгая, сказала, что "мы сами - люди тихие", познакомила нас с мужем, который жил у нее во дворе под полиэтиленовым навесом, и с постояльцем-моряком, который бесплатно приезжал к ней отдыхать с Камчатки и целые дни занимался тем, что сколачивал посылки со старухиными фруктами и отсылал их на родину. Тук-тук-тук молоток! Почта в те годы работала отлично, и фруктовые посылки в ящиках с дырочками доходили до места беспрепятственно, а обихаживала его "Федератовна" потому, что он обещал ей найти на Камчатке могилу ее брата, убитого в драке. Мы купались, загорали, рано ложились спать, пока не пошли дожди и не явился писатель Климонтович, чтобы договориться со мной о создании альманаха "Каталог", дочернего предприятия недавно разгромленного альманаха "Метрополь". Со страху перед ГБ мы для конспирации переговаривались на пустынном пляже тут же сжигаемыми записками и сочиняли письмо в США В. П. Аксенову. Вскоре весь наш тихий дом погрузился в пьянство, венцом которого было то, что "Федератовна" накрасилась, намуслила пивом локоны и устроила за наш счет во дворе под деревом коллективный ужин для всех, исключая мужа, который ворчал на пирующих из-под своего навеса, как злая собака. Мы пили портвейн и танцевали под советское радио, даже не под музыку его, а под текст. Потом у дам начались истерики, они выбегали к морю, мы все дам ловили, а рассудительный моряк уговаривал их, что жизнь - отличная штука. Перед нашим отъездом "Федератовна", получившая от мужа громадный фингал под глазом, всю ночь переписывала для себя молитвы из моего зелененького молитвенника, который мне за год до этого подарила на Новый год драгоценная Б. А. Ахмадулина в присутствии Светланы и моего многолетнего "учителя по жизни" Б. А. Мессерера. Осенью был сделан "Каталог", КГБ всех "каталожников" обыскал и забрал все, что ему требовалось, включая упомянутый молитвенник и наше пляжное сочинение, которое в дальнейшем фигурировало в сделанном мне "прокурорском предупреждении" с формулировкой "согласовывал свои антиобщественные планы с отщепенцем Аксеновым". Молитвенник, правда, потом отдали, а "Каталог" был напечатан все в том же американском издательстве "Ардис", что и "Метрополь".

(691) А вот здесь влияние песни "Я был батальонный разведчик", которую я знал с детства, но с автором ее, стариком Охрименко, познакомился лишь незадолго до его смерти, случившейся в 1996 году. Там есть следующие примечательные строчки:

Потом я лежал в лазарете,

Три долгие года лежал.

Рыдали все сестры, как дети.

Ланцет у хирурга дрожал. [...]

(692) "ИсстрадалаСЯ", потому что она была из НАРОДА и обладала всемирной отзывчивостью.

(693) А что, разве так нельзя писать?

(694) из одноименной советской народной песни.

(695) "ПлОтит" тоже потому, что из народа, "малограмотная". Грамота, на мой взгляд, имеет большее значение для менталитета нации, чем "всемирная отзывчивость". Вот финский народ, к примеру, насильно обучили в ХIХ веке грамоте, даже жениться неграмотному не давали, о чем мы можем прочитать в книге "Семеро братьев" великого Алексиса Киви, так финны в ХХ веке не допустили у себя торжества хамского коммунизма и даже "дали прикурить" тов. Сталину.

(696) Между тем некоторые медсестры как имеющие доступ к спирту и наркотикам вошли вместе со своими "бойфрэндами" в преступные сообщества, да так там и остались.

(697) Как же на самом деле звали "Федератовну"? Забыл, стыдно, думал буду помнить всегда.

(698) , что ей больше никто никогда ничего не нальет, не даст денег, отберут пенсию, будет война, направят обратно в колхоз и т.д.

(699) Прости, Господи!

(700) , потому что так повелели большевики.

(701) Одно из российских наименований черта.

(702) Что ж, следует признать, что вся эта сцена написана как образцово-показательная. Особенно мне нравятся идиотические восклицательные знаки в прямой речи, и я ни одного из них при реставрации текста не убрал. Следовало все это восстанавливать или нет, рассудит время, а не конкретные люди при всем моем к ним уважении.

(703) Люблю, когда хоть что-то "устраивается", и фразу "Покой нам только снится" воспринимаю как идейно-ущербную. К концу второго тысячелетия от Р.Х. человечество бесконечно устало от непокоя, неустроенности, крови, и все раздоры, споры, локальные "победы", желание во что бы то ни стало настоять на своем - есть животный атавизм. Человечество достойно лучшей доли и будет эту долю иметь.

(704) Подробнее о подобных типах см. мой рассказ "Темный лес" в альманахе "Метрополь", М., "Текст", 1991.

(705) Именно так и должен поступать добропорядочный гражданин, уверенный в себе и своем государстве. Другое дело, когда государству на него наплевать. Тогда он вместо того, чтобы исправно платить налоги, вынужден пускать в ход кулаки, если они у него есть. Или бежать куда-нибудь, если есть, куда.

(706) Иван Иваныч и здесь поступил мудро, нагнав страху на пацана очевидными намеками на то, что человек он непростой и, возможно, связан с органами. А так джазист с помощью коллег вышиб бы из него дух, и вся недолга. [...]

(707) Ну, почему "безнравственные"? Может, человеку тоже хотелось "устроиться". Да к тому же "колеса".

(708) А вот эту "иронию" можно было смело предъявлять редактору-цензору, потому что это - "наша ирония" и не антисоветчина вовсе, а борьба с бюрократизмом за улучшение существующего строя. Это - те самые вечные "отдельные недостатки", вроде плохого "управдома".

(709) Ага, его поразишь, волчару! (См. комментарий 342.)

(710) В этом описании ощущается влияние на автора портретной живописи Ильи Глазунова ( "Индира Ганди", "Князь Мышкин", "Л. И. Брежнев" и др.).

(711) А здесь - "Улисса" Дж. Джойса. Странствия Ивана Иваныча закончились, и, по законам советского племени, Пров Никитич вновь стал его отцом.

(712) Наглядная подмена Божьего коммунистической мифологией, которую будут изучать "мальчики иных веков" из советского стихотворения П. Когана, автора "Бригантины", что "поднимает паруса":

...мальчики иных веков,

Наверно, будут плакать ночью

О времени большевиков.

Хорошее стихотворение, и рифма богатая! И не подумай, читатель, чего вздорного, типа того, что П. Коган был скрытым диссидентом 40-х годов. По мысли поэта, эти грядущие мальчики заплачут не оттого, что большевики разорили их страну, а от печали, что родились слишком поздно и физически не могут вместе с большевиками раскулачивать крестьян, давить "попов и белогвардейцев", клеймить "вредителей", воевать Финляндию и так далее. Такие стихи писались тогда юной "красной интеллигенцией" "по велению сердца", что, на мой взгляд, еще хуже, чем по заказу или из-под палки.

Эта языческая мифология крайне эклектична. Словосочетание "заблудшая душа", употребляемое Провом Никитичем, имеет такое же отношение к христианству, как те свечечки, которые на виду у телезрителей держат всю Пасхальную ночь наши нынешние правители, все как на подбор бывшие коммунисты. Хотя, опять же, лучше держать в руках церковную свечку, чем красный флаг.

(713) , соблюдая ритуал "вхождения во свои".

(714) Все "покаянки", которые КПСС и КГБ требовали от "диссидентов", тоже были ритуальными. Это нашло отражение в том самом анекдоте, где зэк под диктовку гэбэшника пишет из тюрьмы брату в Америку: "Дорогой брат! Наконец-то я нашел МЕСТО И ВРЕМЯ написать тебе, что мы живем все лучше и лучше".

(715) Лексикон добряка-профессора в чесучовой паре. (См. комментарий 338.)

(716) А это - блатной коммунистический междусобойный сленг.

(717) Парторги и КГБшники всегда "случайно" присутствовали при подобных беседах.

(718) "Серьезно", "посерьезнел"... Считалось, что советские люди обычно искрятся весельем от радости существования в такой замечательной стране, а волнуются, как собаки Павлова, только в "ответственные моменты" или при упоминании Ленина, партии. В одной из песен главной советской Сирены А. Пахмутовой звучало: