Латинист - Марк Принс

упоминал, но, похоже, именно за эту ниточку и цеплялся, чтобы не разувериться в том, что она все-таки живой человек. А не гулкая пустота. «Оболочка от человека». Это неправда. Или она действительно страдает эмоциональной неполноценностью? Нет, в Эдинбург она поехала, потому что должна была сделать этот гребаный важнейший доклад, ради того, что тогда казалось началом карьеры. И если Бен этого не понимает, это его проблема. Она бы, разумеется, не поехала, никуда не поехала бы, если бы знала, что в результате его потеряет. Однако то, что всю подноготную он выдал ей именно тогда, когда она особо в нем нуждалась, причем сначала на словах ее простив, — бесило ее до чертиков.

А сильнее всего — даже сильнее его отсутствия — Тессу злило то, что понять ее он почему-то мог только через призму невнятного представления о том, что значил для нее ее отец. О том, что она якобы так и не справилась с утратой. Она видела в мыслях, как он, его мать и тетушки спрашивают, где Тесса. Она не умеет справляться с чувствами. Очень тяжело переживает утрату. Нет. Он наверняка принудил себя использовать какие-то эвфемизмы.

В реальности все было просто: Бен был нужен ей прямо сейчас, но отказался предоставить себя в ее распоряжение. Она двинулась дальше в Вестфалинг, сжимая в руке листок бумаги, ощущая себя так, будто всю личность изъяли у нее до волоконца, спряли в такую тонкую ниточку, каких вроде и на свете-то нет; ну, тянуть еще год эту лямку — какая теперь разница? Она хотела жить по своим правилам в этом городе — городе, который за столь короткий срок стал для нее враждебным и угрожающим: машины и автобусы едут не по той стороне улицы, светофоры работают черт-те как, в Вудстоке тебя того и гляди собьет пригородный автобус, особенно если ты не англичанин, они-то привыкли на переходе смотреть налево, а не направо. А если ты в Оксфорде и не англичанин, приходится на всякий случай смотреть в обе стороны, да и тогда ты не застрахован от случайностей. Ну и всегда пасмурно. Каждую минуту того и гляди заморосит, а то уже и льет, холодный ветер хлещет лицо и руки. За домами показался бельведер Вестфалинга.

Здесь ей ни перед кем не приходилось оправдываться. Оксфорд сам ее оправдал. И Крис тоже. И вот она, точно мотылек, летит обратно, связывает себя и свое будущее договором, написанным на листе бумаги. У порога Вестфалинга она остановилась, сообразив, что случайной встречи с Крисом ей сейчас не вынести, и сюрреализм ситуации вдруг подточил решимость Тессы. Сколько всего она не приняла во внимание, сколько вариантов не дала себе труда рассмотреть, сколько не продумала вопросов касательно дальнейших действий — какие уж тут попытки мыслить логически; горло сжалось, она шарахнулась от шершавого камня на фасаде колледжа. Домой давай, подумала она. Все кончено. Эти слова она повторяла, переступая через порог: давай домой, все кончено. Бросай все это, иди устраивайся в какую-нибудь забегаловку.

Она обогнула лужайку, подошла к административному зданию. Сельма, старшая секретарша, все еще была на месте. Тесса поздоровалась, объяснила, что пока еще не готова подписать согласие на работу в Вестфалинге, просто пришла сказать, что, скорее всего, согласится, а значит, видимо, нужно запустить процесс получения рабочей визы.

— Да уж, досидели до последнего, — проворчала Сельма. Тесса смиренно извинилась.

— Там куча документов для этой рабочей визы, — сказала Сельма. — Вы по-прежнему живете на Лекфорд-роуд?

— Да.

— Хорошо, в ближайшее время пришлем вам все бумаги.

Снаружи моросил дождь. Играл карильон. Впрочем, карильон играл вне зависимости от чего бы то ни было. Студенты постоянно выпрыгивали из окон, их приходилось отскребать от тротуара, а карильон все не унимался. Тесса побрела обратно домой через лужайку, испытывая смутное желание, чтобы тень Криса пала на порог Седьмой лестницы. Небо так стремительно затянуло тучами, что почти опустились сумерки, хотя и стоял полдень. Она увидела, как в окне кабинета Криса вспыхнул свет. Ее охватила паника. Уровень адреналина взлетел — а она думала, что уже исчерпала его запасы. Она стремительно зашагала прочь от колледжа, в некотором облегчении оттого, что знает, где сейчас Крис. Зайдя в квартиру, посмотрела в телефон, обнаружила сообщение от Клэр: «Приезжай в Нью-Джерси или вали во Флориду, пока не разберешься. Деньги в пути».

Тесса обрадовалась. Открыла электронное письмо из «Ллойдс банка» с уведомлением, что на ее счет зачислено 1500 фунтов. В том же письме ее благодарили за погашение задолженности в 292 фунта 18 пенсов, то есть у нее осталось 1107 фунтов и 82 пенса. Клэр права, нужно валить из Оксфорда.

Часть IV

Обманный островок, оторванный от матери-богини,

Кому ты теперь принадлежишь, прекрасный?

Марий

Перевод Флоренс Хеншоу

Миниатюра, повторявшая очертания итальянского берега, разрасталась в поле зрения Тессы — самолет выскочил из облаков и начал снижаться к аэропорту Фыомичино. Тесса поменялась местами с подвыпившим или обкуренным малолеткой и села у иллюминатора, зная, что Изола-Сакра находится совсем рядом с аэропортом Рима, и оптимистично полагая, что увидит остров сверху. За это пришлось отдать пачку шоколадок «Кэдбери». Последние завитки облаков рассеялись, на побережье уже различались лодки, причалы и крыши, а синий клин, вдававшийся в материк, обозначился как устье реки Тибр. Здесь, у северного ее берега, и находилась полоска земли, известная как Изола-Сакра.

Тесса сама плохо понимала, чего ждала, но выяснилось, это почти и не остров: лишь тонкие протоки отделяли его с двух сторон от материка. Эту часть суши как будто отрезали очень острым ножом. Оказавшись ближе, Тесса не усмотрела никакого великолепия в бурых проплешинах распаханных полей, хилых зеленых выпасах, пятнышках терракотовых крыш, сгрудившихся возле капилляров дорог, в бесконечных рядах безгласных блестящих лобовых стекол: парковка при аэропорте. Тесса угрюмо рассмеялась про себя. Теперь на Изола-Сакра оставляют машины. Пять евро в день — и держи тут свой «пежо» или «фиат», он будет печься под солнцем или зябнуть под ветром с Тирренского моря — в зависимости от времени года. Тессу вдруг накрыла мысль, что поездка эта — полная глупость. Клэр понятия не имеет, где она. Крис прислал ей три сообщения с тех пор, как она пропустила коктейль в издательстве. И все же, вняв совету Криса, Тесса два года игнорировала Мария. А сейчас сильнее прежнего мечтала им заняться — и к черту все мысли о последствиях.

* * *

В аэропорту Тесса достала из