Оборотень - Бредли Сноу

— Я хочу домой, — жалобно сказал Рич. Он больше не слышал эха.

— Ты не можешь уйти, — сказал Шен. Его голос стал мягче. Это был голос другого Шена, которого он знал, казалось, много лет. — Оглядись. Я не поверю, что ты уйдешь так быстро. Мне кажется, здесь хорошо и есть на что посмотреть.

— Я не хочу больше смотреть. Я… боюсь. — Рич заплакал.

— Ты боишься? — закричал Шен. — И ты еще хочешь быть вторым в команде!

— Я не думал, что будет так.

— А как, ты думал, это будет? — воскликнул Шен.

— Я д-думал, будет по-другому.

Шен засмеялся.

В панике Рич встал на ноги и побежал через пещеру туда, откуда он, как ему казалось, пришел.

Ужасающий вопль вонзился в его уши, заставив опуститься на колени.

Он сжал уши руками, но не мог унять боль. Он сжимал их все крепче, пытаясь не дать лопнуть барабанным перепонкам.

Рука схватила его за ворот и подняла на ноги.

— Рич, — мягко сказал Шен. — Не делай так больше.

Рич свесил голову и захныкал. Он не сопротивлялся, когда Шен потащил его назад к дальней стене. Он подвел его ко входу в один из туннелей. Шен втолкнул его туда. Выступ скалы больно задел его по спине, и словно электрический разряд поразил его в голову. Колени стали ватными. Не в силах удержать свой вес, он грохнулся на пол.

Несмотря на то, что в пещере слышался шум, казалось, что в туннеле, где он был, висела плотная гробовая тишина. Здесь не было ни огонька, единственным источником света была пещера. Шен стоял у входа в нее.

— Почему ты делаешь это, Шен?

Шен оскалился.

— Это вступление, ты становишься частью этого.

— Когда мы уйдем?

— Мы? — Шен посмотрел на него, словно не понимая. — Мы? — повторил он.

— Я хочу домой, — взмолился Рич. — Когда мы уйдем?

— Мы? — снова повторил Шен. — Ты не уйдешь.

Шен начал удаляться. Рич вскочил и хотел последовать за ним. Шен резко повернулся.

— Я сказал, ты не уйдешь.

— Но…

— И я на твоем месте не двигался бы, — проговорил Шен. — Если ты двинешься… — он показал направо, — ЕМУ может это не понравиться.

Рич посмотрел туда, куда указывал Шен, и закричал. Он заставил себя войти назад в темноту туннеля, пока когти и зубы чудовища не разорвали его на куски.

Глава 14

Она сидела в незнакомой комнате. Это была шикарная комната, чудесная, как дворцы принцессы в книгах, которые она читала, с высокими потолками и высокими окнами, через которые солнце бросало ослепительные лучи на толстый малиновый ковер у ее ног. Позолоченный трон, на котором она сидела, сверкал на полуденном солнце. Ее голова кружилась от окружающего ее великолепия. Осматривая стены, она видела висящие на них большие портреты, изображения красивых женщин и сильных мужчин, одетых в наряды самых разных цветов и оттенков. Длинная вереница королей и королев, один великолепнее другого, и она вздохнула, почувствовав умиротворение среди этих правителей, висевших между гобеленами.

Она долго сидела, словно в трансе, единственные звуки, кроме ее тихого дыхания, издавали гревшиеся на солнце голуби.

Ее взгляд приковало красиво украшенное зеркало. Поднявшись с трона, она пересекла комнату и остановилась перед ним, дивясь своему отражению в гладком полированном стекле.

Джейн поняла, что это сон: отражение в зеркале было не ее, там отражалась более взрослая и красивая женщина, и она поняла, что это она в будущем, когда станет взрослой.

Она смотрела на себя и улыбалась, рассматривая платье, в котором она была, чисто белое и воздушное. Плавно взмахнув руками, она грациозно закружилась перед зеркалом, как балерина в белом.

Это, должно быть, свадебное платье. Остановившись внезапно, она снова посмотрела на вереницу портретов на стене и смутно представила, что один из этих мужчин, смотревших на нее, мог бы быть ее будущим мужем.

Наверно, она должна будет выйти замуж за принца, раз она одета в такое красивое платье и находится в этой роскошной комнате среди такого великолепия.

Подул ветерок, пахнущий весенними цветами и свежескошенной травой, и она снова села за золотой трон, радостная и довольная.

За окнами опустилась ночь, окружающий лес был черен и тих, она подумала, где может быть ее мать, ведь это был день ее свадьбы. Она решила, что мать где-то рядом, где-то в соседней комнате, но наверняка в замке. Откуда-то издалека она слышала приглушенный звук людских голосов, иногда замолкающий, словно шум далекого океана.

В конце зала две дубовые двери бесшумно распахнулись, заполнив комнату горячим белым светом, ослепительным в своем блеске.

Голос откуда-то издалека или из ее головы, она не была уверена, заговорил с ней, спокойно и уверенно сообщил ей, что время настало.

Время для чего — она не знала, но чувствовала, что стоит на краю новых испытаний, и затрепетала в предвкушении решающего момента.

Она шагнула из своей комнаты в ослепительно белый свет.

Это было так, словно она прошла через пушистое белое облако.

Посмотрев вниз, она обнаружила, что не может различить своих ног в дымке. Ее ноги ступали бесшумно по твердому полу, но она не могла избавиться от ощущения, что идет по облаку.

Облако, казалось, светилось собственным светом, достаточно ярким — вокруг не было ни ламп, ни светильников. Перед ней в белизне показался просвет. Он расширился. Облако закружилось, словно в водовороте.

Голоса стихли до приглушенного шума, приняв почти монотонную форму, слившись в один голос, доносившийся из просвета в облаке. Когда она приблизилась, голоса стихли и просвет расширился. Облако рассеялось, и показалась дверь.

Ряд за рядом виднелись через дверь облака. Она остановилась у входа. Все головы повернулись к ней. Они виднелись, как тысячи маленьких бакенов, мягко покачивающихся на волнах, со счастливыми улыбками на лицах. Она очень волновалась. Она чувствовала себя словно на лифте, остановившемся после долгого подъема.

Где-то между счастливыми покачивающимися головами заиграл орган. Она узнала мелодию, но названия песни не помнила. Из ниоткуда появилась рука, потянувшаяся к ней. За рукой показался человек. Это был ее отец, улыбающийся широкой улыбкой. Они соединили руки, и она заулыбалась в ответ.

Они медленно двигались в ритм звучащей музыке. Качающиеся головы следили за их движением, все еще улыбаясь. Она улыбалась в ответ лицам, которые узнавала. Она слышала возбужденный шепот в каждом ряду, который она проходила.

Наконец до нее дошло, что орган играет «Свадебный марш». Она крепко сжала руку отца, обнаружив, что трудно сдерживать радость. Отец мягко сжал ее руку в ответ.