Контрактор. Книга 3 - Антон Романович Агафонов

— Я впервые вижу такое оружие. Это им тебя ранили?

— Не просто ранили… Смотри, — он убрал руку, позволяя мне взглянуть на рану. Я чуть склонился, вгляделся в края, и впервые моя маска спокойствия разлетелась на куски.

— Это… невозможно.

— Скажи это сраному искажению, — владыка закрыл рану рукой и поковылял обратно к дивану, а я ещё пару мгновений смотрел то ему вслед, то на странное оружие, лежащее передо мной.

Рана у Сокрушителя Тверди была странной, человеческой. Она кровоточила, гноилась и вообще не была похожа на то, как обычно выглядят ранения у богов. Словно в месте удара его Свет превратился в настоящую человеческую плоть, а не её подобие. Но я не понимал, как это возможно, даже для искажения это слишком. Возможно, если бы воздействие было долгим, очень долгим, то эффект проявился бы, но не от одной кровоточащей раны.

Сокрушитель тверди снова опустился на диван, и очень обеспокоенная Фандиния вручила тому кубок с вином. Владыка вначале отпил из него, а затем фрагмент плеснул на рану, отчего та зашипела и запузырилась.

— Аргх! — зарычал он от боли. — Исправь это!

— Я не могу.

— Я был добр к тебе Адриан, укрыл от Королевы ночи, позволил жить в одном из своих миров, и я, *****, так многого прошу⁈

В этом возгласе было столько злости и одновременно беспомощности. Похоже, Сокрушитель тверди действительно не может сам избавиться от этой раны.

— Я бы рад тебе помочь, но я правда не имею ни малейшего представления, что это за оружие и как оно это сделало.

— Но, разве ты, сука, не первый из ганхирских убийц? Разве ты не тот, кто должен, мать его, знать больше всего об искажении⁈ — говорил он это сквозь боль, а я внезапно понял, что вряд ли Сокрушитель раньше её в самом деле чувствовал. Возможно, некое её подобие, но не настоящую боль как смертный.

— И тем не менее, знать всё невозможно. Даже Архитектор этого не знал, а он…

— Кстати о нем. Ты правда его убил, Адриан? Он правда сдох, как ты говоришь⁈

— К чему ты это спрашиваешь?

— К тому, что кто-то эту дрянь создал, и раз уж ты с таким не сталкивался, значит, это что-то новое. Что-то неизведанное. Ты точно уверен, что он мертв, Адриан⁈

* * *

За несколько лет до этого…

Последняя преграда. Я вбил в неё меч, и она треснула словно скорлупа, пропуская меня дальше. Я буквально вывалился на пол, уставший, раненый, в частично оплавленном доспехе, который пока не мог восстанавливаться. Для этого нужно вернуться из глубинного искажения в нормальный мир, где есть Свет, которым творение Сокрушителя тверди могло питаться.

Первым делом я убрал ганхирскую маску с нижней половины лица, чтобы сплюнуть кровь, затем кое-как поднялся, но накатившая слабость вновь опустила меня на колени.

Минутку… Дайте мне ещё минутку, чтобы отдышаться…

Последние сутки, а скорее всего даже дольше, я провел в одной бесконечной битве. Твари разных мастей перли отовсюду, я потратил больше половины всех своих контрактов лишь для того, чтобы дойти сюда, и теперь, в минуту покоя, силы разом покинули тело.

Шаги, медленные и легкие, заставили меня тряхнуть головой и поднять меч с пола, чтобы опереться. Рывок, и я вновь на ногах, но те ватные. Мне нужен отдых. Если это Архитектор, то я не представляю, как мне с ним сражаться в таком состоянии. Нужно выиграть хотя бы ещё несколько минут, а там… а там посмотрим.

Помещение, где я оказался, было просторным залом, состоящим словно из стекла. Колонны, мебель, какие-то постаменты — всё вокруг было сделано из него.

А вот и сам хозяин.

Мужчина… Нет, скорее юноша. На вид ему от силы лет восемнадцать-девятнадцать, но я прекрасно понимал, что это всего лишь оболочка, совершенно не отражающая сути. На нем была белая длинная одежда, которая тоже имела эффект стекла и полупрозрачности, отчего я частично мог видеть сквозь этого паренька. Кожа бледная, лицо с мягкими, круглыми чертами и носом-картошкой. Юноша выглядел почти безобидно и даже немного мило, если бы не глаза: странные, словно две хрустальных сферы, внутри которых плавают два горящих огонька.

Я сделал глубокий вдох и выпрямился. Последний рывок, и я свободен от всего этого дерьма. Весь мир свободен.

— Здравствуй, Адриан, — юноша улыбнулся мне, и это было так странно. Я чувствовал, словно он действительно искренне рад тому, что я пришел. Обычно так не встречают тех, кто пришел тебя убить. — Ты проделал очень долгий путь, и я рад, что мы наконец-то встретились.

Я не отвечал, начиная выстраивать план дальнейшей схватки. Божественные владыки говорили, что Архитектор слаб в прямом столкновении, но он остается богом, и схватка будет непростой. Мне нужно как-то растянуть время, подготовиться, прийти в себя.

— В этом нет необходимости, я не собираюсь с тобой сражаться, — сказал он. — Расслабься, отдохни, ты уже выполнил свою миссию.

— Что?..

— Я просто хочу поговорить с тобой, Адриан. А когда мы поговорим, ты сделаешь, что должно, покончишь со мной и доложишь остальным, что с Архитектор мёртв. Я не стану сопротивляться.

Это уловка. Должна быть, но я пока не понимал, в чем её суть. Чтобы я потерял бдительность? Но я не потеряю, я буду готовиться к бою, а подобными разговорами он лишь позволяет мне восстановиться. Я уже чувствовал, как крепче стою на ногах, ещё пара минут, и я смогу вступить в схватку. Разве не проще прикончить меня сразу, пока я слаб?

— Если ты надеешься, что я тебя пощажу…

— Не пощадишь, — улыбаясь, кивнул Архитектор. — Такова твоя суть. Контракт заключен, и теперь ты обязан его выполнить.

— Тогда зачем?

— Чтобы ты понял, зачем я это делаю.

Глава 17

Совершенно не такого приема я ждал от Архитектора, когда прорывался в его логово, укромный уголок в самом центре первозданного хаоса, порождаемого глубинным искажением. Я ожидал битву с множеством самых невероятных тварей и избранников. И такая битва действительно была, но в финале вместо схватки я встречаю этого странного, слишком дружелюбного типа.

Я не чувствовал от него не только угрозы, но и какой-либо силы, словно передо мной стоит простой человек. Может, Архитектор и впрямь придумал какую-то хитрую уловку, чтобы провести меня, но я пока решил