Катриэль - Mesmer Mariarti

– Но как они могли убить одного из вас? –удивилась Катя. – Вы же волшебники, а они простые люди.

– Но мы тоже люди, – улыбнувшись, ответил дедушка. – И что может волшебник в мире, где уже никто в него не верит? Сила волшебства– это сила веры в него. И никак по–другому. К тому же магистериум возглавляет Серая Баронесса, а она является членом королевской семьи, которые к магии имею природную склонность, – глаза волшебника засверкали. – К низвержению моего друга, она имеет прямое отношение. Под угрозой смерти нам пришлось скрыться. С тех пор мир стал ужасен. Оставшиеся эльфы, гномы, феи и даже огры, умирают… и не рождается новых. Что говорить, даже я – великий старейшина без особых потерь, могу создать, лишь небольшую тучку, что бы полить розы.

– То есть, не можешь ничего магического выполнять? Ты все–таки простой дед? – Катю это положение обрадовало.

– Ну не совсем простой. У меня есть знание, но нет прежних сил на его воплощение. Сейчас же все пришло в запустенье. Простота как паук опутывает мир.

Катя усмехнулась.

– Дед, я семнадцать лет живу в таком мире. Где нет ни единорогов, ни эльфов. И по–моему этот мир не плох.

– Да нет же, он ужасен! Если бы он тебе нравился, ты бы не читала все эти книжки. Ты тяготеешь к магии… Люди тоскуют по сказкам – это же очевидно. Я тебе о скольком рассказывал в детстве, а показывал. И ты все забыла. Хоть и не повзрослела.

Катя обиженно убрала косу с плеча. Ей категорически не нравилось, когда кто–либо указывал на ее юный возраст и воспринимал, это как сигнал к тому, что она многое не умеет. Особенно девушку задевало, когда считали, что она ещё настолько мала, что не сможет сделать правильного выбора.

— Да, я не помню о том, что ты мне показывал и рассказывал. И все твои письма я воспринимаю, как забавы старика, который забыл, что его внучка давно не маленькая. Я живу в мире без магии, и она мне вовсе не нужна.

– Как? – воскликнул дед и хлопнул ладонями по коленям. – Как не нужна? Ты просто видимо ещё не осознала все, что произошло с тобой. Мне впоследствии понадобится твоя помощь, и я не хотел бы, что бы ты так рассуждала. Так рассуждают в магистериуме!

– Значит, правильно рассуждают, – Катя начала злиться на деда. За то, что тот, даже не выслушав ее мнение, заведомо считает его не верным. – Иначе бы они не процветали, в отличии от старейшин, о которых теперь только в книгах пишут. Мне магия не нужна. Я даже не понимаю в чем ее смысл. За последние полторы недели, эта твоя магия, мне столько неприятностей принесла. Поэтому, я с уверенностью могу заявить – мне твоя магия не нужна»!Эрнест Горвин оказался раздавлен. Не дерзкий тон внучки «убил» его. А то, как она говорила о магии, о том, что старику было по–настоящему важным. Вернуть волшебство в мир – было заветной мечтой Горвина, смыслом его долгой жизни. И он многие годы готовил свою внучку, к тому чтобы она стала хранителем и взяла на себя бремя вернуть магию в мир. А тут она отказывается от предложения, которое еще даже не поступило.

– Катюш, ты меня расстраиваешь…

Катя надула губы. Дедушка произнес это так, будто уличил девушку в воровстве.

– На мне сказалось воспитание той семьи, в которую ты меня отправил.

– Ты так говоришь, потому что злишься на меня за тот обман? Или потому что действительно так считаешь?

Тяжелый ком подкатил к Катиному горлу.

– Потому что… – она на какое–то мгновение замолчала. Пуговица на ее пиджаке будто вызвала у нее больше интереса, чем родной дед. – Потому что, ты оставил меня, – дрожащим голосом произнесла она.

– Я же объяснил, это в целях твоей же безопасности.

– Нет. Ты же в порядке. Я могла жить с тобой, здесь. Почему ты меня оставил? Я была тебе не нужна, или это очередной способ моей закалки? Кто виноват в том, что со мной не было ни одного близкого человека? Несуществующая магия? Или ты, желающий ее вернуть?

Несмотря на всю браваду и мнимую взрослость, ребенок, которого лишили любви в детстве, так и остается маленьким дитя до тех пор, пока сам не научаться ее отдавать.

– А я ведь одна была.

– Ну, одиночество, это неотъемлемая часть нашей жизни. И не бывает такого, что бы мы были совсем одни. Кто–то присутствует рядом с нами обязательно.

Катя подняла печальные глаза. Сейчас ей хотелось, что бы дедушка ее просто извинился. Но старик с самого рождения пытался вырастить из внучки сильную личность, которая достойно представит его интересы. И поможет вернуть магию. Для этого, как он считал, необходима железная сила духа. Поэтому выбор семьи для Катерины пал на строгую в воспитании Елизавету. О том, как он сам любит внучку, Горвин сказал всего пару раз. И то в порывах чего–то большого и светлого.

– Тебя ждет великая участь. Я не говорил, потому что, ждал твоего совершеннолетия. Я хотел сначала обучить тебя, кое–что объяснить. Великая доля тебе выпала, я желал тебя сначала подготовить. Поэтому я так берегу свою внучку. И раз ты здесь… Дело в том, – он уж было хотел рассказать, о том кем Катя является. Но девушка его перебила.

– Я хранитель реликвии. И я поняла, что это для тебя очень, очень важно.

Старик удивленно улыбнулся.

– Как знаешь? Феарольф рассказал тебе все–таки. Я догадывался, что ты будишь его пытать, и он не сдержится.

– Я пытала, – произнесла Катя, предчувствуя бурю дедушкиных эмоций. – Но не его.

– Не уж то Драгазара? – настороженно предположил волшебник.

– Нет, Нэльса. Фонарщик, он пришел за мной. Он объяснил мне, насколько я важная для всех персона, – не успела Катя договорить, как ее дедушка соскочил с кресла и вылетел из комнаты.

– Я так и знала! – возмутилась Катя и выскочила вслед за дедом.

– Откуда ты узнал, что моя внучка хранитель? – спрашивал волшебник, тыкая в беднягу фонарщика своей тростью. – Кто тебя послал, отвечай! Отвечай!

Прижатый к стене Нэльс сразу и не сообразил, в чем его обвиняют, уж слишком неожиданным было появление волшебной трости, перед его глазами.

– Я–а–а, я на вашей стороне, – только и смог произнести он.

– На нашей? – удивился Горвин. – А какая это, наша сторона?

Подошла Катя и увиденное, ей не понравилось.

– Дед, оставь его. Он хороший.

– Я ещё этого не знаю!

– Зато я знаю. Прекрати тыкать в него этой палкой.

Волшебник посмотрел на внучку. – Это магический посох.

– Хорошо, прекрати тыкать Магическим Посохом.

– И не подумаю. Ты не представляешь, чем может грозить тебе, если об этом узнают в магистериуме.

– Меня послал король. – Чуть ли не выкрикнул Нэльс, желая быть услышанным. – Я бы никогда не связался с магистериумом.