Квартирный вопрос - Екатерина Риз

— Это Женя, — коротко представил он меня.

— Очень приятно. Кирилл.

— И мне приятно. — Я улыбнулась ему в ответ и взяла бокал с вином, вдруг подумав, что улыбками дело может не ограничиться и Кирилл попытается взять меня за руку. Чёрт знает почему я так подумала. И почувствовала себя глупо, когда Кирилл почти тут же отвернулся к Глебу. Он может и не собирался меня за руку хватать, да ему наверняка и мысль такая в голову не пришла, а я, как обычно, вообразила себя роковой красоткой, к которой любой мужчина мечтает прикоснуться. Дура.

— Значит, с Наткой ты уже встречался, — насмешливо поинтересовался тем временем Кирилл у Глеба.

— Ещё бы. Барыня. Наталья Викторовна и никак иначе.

— Что, и для тебя?

Я подозрительно присмотрелась к Мартынову, а тот пару секунд соображал, затем решил свести всё к шутке. Но тут же вернулся к интересующей его теме.

— Говорит, с Галкой не общается.

Кирилл недоверчиво фыркнул.

— Конечно, не общается она.

— Врёт?

— Естественно.

— А ты что знаешь?

Кирилл сделал едва уловимый жест рукой и за его спиной, как по волшебству, возник официант.

— Двойной виски, — отрывисто бросил он, даже головы к официанту не повернув.

— Одну минуту, Кирилл Александрович.

— Не плохо, — почтительно проговорила я, когда официант, раскланявшись, исчез.

На меня снисходительно посмотрели.

— Я им за это зарплату плачу, деточка.

— Вы? Так это ваш ресторан? — догадалась я и на нового знакомого взглянула несколько иначе, со значением. Как на главного мафиози нашего города. С огромным подозрением.

— Женя, — просительно затянул Глеб, и я отвернулась от них обоих.

— Тебе нужно было сразу ко мне обратиться, Глеб. Зачем тебе Дроздова понадобилась?

— Да разве тебя найдёшь? Я до тебя неделю дозвониться пытался, прежде чем ехать сюда. Но ты ведь у нас Неуловимый Джо.

Кирилл рассмеялся.

— Бывает. Старею, наверное. Устаю от городской суеты, хочется спрятаться ото всех.

— У тебя неплохо получается. Я полгорода на уши поднял, а в ответ только: "Кирилл Александрович уехал отдыхать!".

— Зато ты сам приехал.

— Да я бы и так приехал. — Глеб посмотрел на меня. — Куда бы я делся?

Мне весь этот разговор упорно не нравился. Мужчины разговаривали между собой, понимающе переглядывались, а я чувствовала себя лишней. К тому же во взгляде Глеба мне почудился какой-то намёк, и я почувствовала лёгкое беспокойство.

— Значит, Натка молчит?

— Как партизан.

— Вот зараза.

— Слушай, а как ей удалось так удобно устроиться?

— Ты про Лыкова?

Глеб кивнул. А Кирилл хмыкнул.

— Сдавать начал Сергеич. Сентиментальный стал, вот и зацепило его. Праздника души и тела напоследок захотелось.

Я нахмурилась.

— Как вам не стыдно, а?

Глеб улыбнулся.

— Жень, он нас не слышит.

— А я слышу. Гадостей от вас наслушаюсь, а мне потом с ним общаться. Мне неловко будет.

Мартынов рассмеялся.

— Представляю себе эту картину. Явится к тебе Дроздова на пироги, а тебе привечать её придётся.

— Я рада, что тебе весело.

— Но это, правда, смешно.

Кирилл только головой покачал.

— Да нет, не думаю, что Сергеич приведёт любовницу в дом Бориса Владимировича. — И вот тут уже хохотнул. — Не тот у Наташки статус, хоть наизнанку вывернись.

Я же смотрела на него во все глаза.

— Вы знакомы с моим дядей?

— Имел честь, — чуть насмешливо проговорил он в ответ.

Я поёрзала на стуле, не зная, что сказать. Глянула на Глеба, но он мне ничем помочь не мог, а точнее, не желал. И тогда я решительно поднялась из-за стола.

— Извините меня.

Намеренно оставила их одних, правда, далеко не ушла. Остановилась за плетёной перегородкой, ограждающей наш столик с одной стороны, и принялась нагло подслушивать. Это, конечно, не хорошо, но что делать, если они только переглядываются и им есть, что сказать, а при мне таятся? Только не понятно, зачем Глеб притащил меня сюда, если я ему мешаю. Это я потом выясню, когда наедине с ним останусь, а вот сейчас…

— Когда ты Галку в последний раз видел? — спросил Мартынов.

— Несколько месяцев назад, точно не скажу. После того, как ты из города уехал, она не часто появлялась. Раз от разу реже. А потом и вовсе пропала.

— Значит, ты тоже не знаешь где она, — задумчиво проговорил Глеб.

— Почему, — удивился Кирилл, — знаю.

— Где?

— В соседнюю область переехала.

— Это точно?

— Я почти уверен, Глеб. Пару месяцев назад я был в Нижнем по делам… и угадай, кого я там встретил. Его самого.

Мартынов помолчал немного, я его не видела, но всё равно чувствовала, что слова Кирилла его очень сильно насторожили. А потом сказал:

— Это ещё не аргумент.

— А я уверен в обратном. У неё другой дороги, кроме как за ним следом, просто нет.

— Подожди, не торопись. Единственное, что мне Натка сказала точно, что Галя замуж вышла.

— И что тебя так смущает? Меня вообще удивляет, почему ты её ищешь, а не его.

— Потому что Галка хоть и дура и стерва, но не идиотка, Кирилл.

— Ага. Глупая, жадная баба. Да и безрассудностью особой никогда не страдала. Наверняка, трясётся, как осиновый лист.

— Думаешь, она ему рассказала?

— Да чёрт знает, Глеб. Со страху вполне могла.

— Какого страха, Кирилл? Думает, что я её убивать приду?

— Ну, не ты. Убивают и за меньшее, сам знаешь. — Кирилл вдруг рассмеялся довольно весело. — Она уже сто раз покаялась, наверное.

— Брось. Шума почти не было, всё тихо сделали. Я сам удивился. Я просто уехал и Руслан очень постарался, чтобы я остался всем должен. Я и остался.

— И что? Это означает, что она меньше боится? Ни черта это не означает, и ты прекрасно это знаешь.

Я отступила назад и едва не столкнулась с официантом. Виновато улыбнулась и бесшумно проскользнула мимо него. Оказавшись в коридоре, привалилась спиной к прохладной стене и попыталась собраться с мыслями. От их количества голова даже закружилась, но самой назойливой была одна, она же самая тревожная — Мартынов во что-то вляпался.

Я страдала. Вот честное слово — страдала. И это было так странно и непонятно, что меня не на шутку напугало. Уверенность в том, что Глеб мне врёт и всё намного хуже, чем я могу себе представить, только крепла. Правда, чётких объяснений всему этому у меня не находилось. Если дело не в квартире, не в деньгах за квартиру, то в чём? Что женщина может такого сделать, что мужчины (и не один, по всей видимости!) покой потеряли?

— Предлагаю продолжить вечер, — сказал Мартынов, когда мы вышли из "Трёх пескарей". Было уже достаточно поздно, но Глеба это нисколько не смущало.