Rucciя - Шамиль Идиатуллин

     Дальше следовал монтаж съемок с трех точек: очевидно, к тому времени опомнились коллеги первого оператора. Один из них и уловил торжественный выход Жени, за которым следовали Шурик и Витя из Самары. Женя сразу открыл огонь по группе, выскочившей следом за сваленным охранником. Двое татар осели, остальные рассыпались. Шурика камеры потеряли – он рванул по склону вниз, явно оттягивая огонь на себя. Витя на секунду застыл у ворот, поводя стволом, потом бросился к уставившемуся на него белобрысому парню, не то туристу, не то журналисту, который, пятясь, не переставал что-то испуганно говорить в сотовый телефон. Витя, неразборчиво зарычав, слету ударил пистолетом по телефону, парень рухнул наземь, и к нему побежала девушка в белом брючном костюме. Витя отвернулся от них, заметил удмуртского мальчика Мишу, подбежал к нему, схватил его за плечи, перевернул, увидел багрово-стеклянистый сгусток вместо глаза и тут же отпустил. В этот момент у самарца подсеклось колено, он сел на асфальт, попытался подняться и получил пулю в лицо.

Придорогин выругался и собрался выключить телевизор. Обращиков мягко тронул его рукав. Ни сил, ни охоты говорить не было. Придорогин покосился на Василия Ефимовича и снова уставился на экран.

На экране была каша: журналисты и туристы, попадавшие, едва началась перестрелка, с криками и плачем поднимались и пытались куда-то бежать. Но со всех сторон налетела охрана и милиционеры-срочники. Они истеричными криками и чуть ли не прикладами принялись выстраивать публику вдоль решетки. Суматохи добавил вертолет, который взялся барражировать над территорией – на небольшой, судя по задавившему все грохоту, высоте. Операторов никто почему-то не трогал. Тут картинка разделилась пополам: слева камера, летевшая в панорамном обзоре, миновала размазанное белое пятно и тут же вернулась к нему. Пятно оказалось девушкой в белом костюме, хлопотавшей вокруг парня, которого снес дурачок Витя. Правую сторону экрана заняла съемка, которую вел оператор, стоявший за спиной девушки – видимо, они были с одного канала. Сшибленный самарцем парень сидел на асфальте, держа на весу левую руку, и лыбился, явно успокаивая девчонку. Ухо и скула у него заметно припухли, но кровили чуть-чуть. Девушка, похоже, убедилась, что с говоруном все в порядке, и решила, не отнимая руки с платком от лица потерпевшего, обратить внимание на то, что творится вокруг. Она довольно хладнокровно осмотрелась, развернулась к своему оператору и показала ему, что надо снимать юных милиционеров, осторожно оттаскивающих трупы к забору. Камера, дававшая левую картинку, потеряла было интерес к трогательной группе, но опять вернулась, когда девица крикнула:

– Лешик! Сюда, я сказала!

Левый оператор взял на прицел Лешика, а тот, развернувшись к сгрудившимся у забора зевакам, уперся объективом в бетовца Валеру Дементьева, которому пришлось наблюдать за безнадежным боем товарищей из-за решетки первого дворца. Обращиков с самого начала не хотел включать Валеру в группу, потому что так в нем толком и не разобрался. По словам психологов, Дементьев был идеальной машиной, которая выполнит заложенную в нее программу, даже если лишится руки, ноги и головы. Но при этом всегда создавалось впечатление, у Обращикова, по крайней мере, – что Дементьев действует слегка нарочито, словно на публику работает. В Чечне, Грузии и Афганистане это Валерке не мешало, но от внутренних операций Василий Ефимович отстранял Дементьева до последнего – и сдался только потому, что успел пообещать Жене полную свободу маневра. А Женя, дурак, потребовал участия всего состава основной пятерки.

Впрочем, задумка у Валеры была неплоха: он, похоже, рассчитывал завершить акцию, удержавшись в рамках первоначальной легенды. Вполне вероятно, что в этой суматохе Дементьеву удалось бы, смешавшись с журналистами и прочей публикой, дождаться начала пресс-конференции, которую теперь-то Магдиев должен был провести как победитель. В этом случае не было бы разницы, допустят прессу вплотную к виновнику торжества (неординарность ситуации позволяла надеяться на это), или нет. В любом случае Валерик помимо пары очень умелых ручек имел, как и все «бетовцы», пластиковый пистолетик «Клещ», который не обнаруживала никакая техника. Найти оружие позволил бы только самый пристальный обыск, а он в сложившихся условиях был маловероятен. Так что однозначно погибшая операция получила шанс на удачное завершение. Но этот шанс украла приметливая сучка в белом костюме.

Валера сидел в толпе явных иностранцев, спрятав лицо в трясущихся ладонях. Заметив, что его снимают, он слегка отвернулся от камеры. Лешик по команде белой сучки взял Дементьева крупным планом. Девица неторопливо поднялась на ноги, уставившись на Валеру. Не отводя взгляда, она вытащила из сумки микрофон, размотала провод и передала штекер Лешику. Правая картинка, на которой Валера все еще, лицом в ладонь, сидел в испуганной толпе, слегка качнулась. Девушка зашагала к Дементьеву, спокойно, хоть и громко – чтобы перекрыть рокот так и мотавшегося над Кремлем вертолета, – говоря в микрофон:

– Мы ведем наш репортаж из Казанского кремля, где группа вооруженных лиц только что попыталась захватить и, возможно, убить президента Татарстана Танбулата Магдиева. В ходе ожесточенной перестрелки, которая разыгралась на глазах у журналистов, были убиты несколько сотрудников службы безопасности президента и практически все нападавшие. Однако один из них остался в стороне от боя и сейчас пытается смешаться с невольными свидетелями этих сенсационных событий. Давайте спросим у него, какую организацию или структуру он представляет и какова была цель…

Валерик неуловимым движением вскочил на ноги и скользнул к сучке. Правая картинка, едва занявшись сосредоточенным лицом Дементьева, дернулась и пошла полосами, но на левой все было видно очень хорошо: бетовец, подскочив к журналистке, взял ее за лицо и отшвырнул, а потом с разворота рассадил ногой камеру, опрокинув заодно бородатого Лешика. На шум начали оборачиваться милиционеры и магдиевские охранники, игнорировавшие экзерсисы девушки в белом. Валера на секунду застыл, окинул взглядом поворачивающиеся в его сторону автоматы, метнулся к туристам, среди которых сидел две секунды назад, подцепил под подбородок оказавшуюся ближе всех даму лет сорока и потащил ее к воротам второго дворца. Заквохтавшей по-немецки дамой Дементьев прикрылся от основной группы охранников. В левой руке у Валеры оказался короткий светлый ствол, которым он повел из стороны в сторону и рявкнул:

– Всем стоять на месте! Я убью ее!

– А вот это пиздец, – сказал Придорогин.

3

И так – пока одна из сторон не будет смята. Только после этого приходит настоящее время мечей. И время героев.

Казань.

20 июня

Гильфанов появился на месте событий через десять минут после того, как снайпер с вертолета снял захватившего заложницу террориста – и одновременно двумя выстрелами из гранатометов удалось остановить и даже опрокинуть инкассаторский броневичок, прорвавшийся сквозь арку Спасской башни на помощь диверсантам. Броневичок подбили с двух сторон – граната с крыши здания Юнкерского училища подбросила корму машины, а заряд с колокольни Благовещенского собора, влетевший в лобовое стекло, выжег переднюю половину салона и все, что в нем находилось. Потом с некоторым напряжением удалось установить, что в броневичке не было никого, кроме водителя, а его опознание обернулось шарадой в японском стиле.

На место Ильдар прибыл в почти спокойном состоянии. Потери, понесенные оборонявшейся стороной, были – с учетом численности нападавших – катастрофическими: служба охраны Магдиева разом потеряла девять человек убитыми и троих ранеными, почти треть всего состава. Но в целом о подобном исходе дерзкой акции можно было мечтать – тихо плача и не особо на него надеясь. Магдиева спасли чудо и пресс-секретарь Дамир Курамшин, который в последний момент умолил главу президентской администрации не загонять кучу журналистов и телекамер в клетушки губернаторского дворца, а провести мероприятие в просторном конференц-зале нового здания. Магдиев с этим легко согласился и вместе с десятком сотрудников покинул старую резиденцию, для экономии времени, по подземному ходу – буквально за две минуты до того, как в здание вошли нападавшие.

Гильфанов практически не сомневался, что во дворце работала диверсионная группа спецназа ГРУ или ФСБ. Она прошла через немногочисленных охранников как спица сквозь клубок толстой шерсти, потеряв всего одного человека, ворвалась в кабинет Магдиева, затем проскочила сквозь оба зала заседаний, но так никого и не нашла. Тогда диверсанты быстро и жестоко допросили чудом оставшегося в живых секьюрити, и тот, одурев от боли, сказал про второй дворец и подземный ход. Нападавшие разделились – четверо выскочили наружу, еще пара поволокла «языка» по подземному этажу. Но схваченный охранник умер, так и не показав им двери. Самостоятельные поиски, а потом выжигание двери, а потом блуждание по хитрому коридору отняло слишком много времени – так что из подземелья двойня выскочила под стволы автоматов. На предложение сдаться террористы ответили огнем – ну, знакомые уже с цифрами потерь в губернаторском дворце охранники особо и не настаивали. Так что взять живыми никого не удалось.