Там, по ту сторону - Филип Фармер

Он снял с руки часы и швырнул их через всю комнату. Они громко ударились обо что-то, но ожидаемой реакции не последовало. Вряд ли Бронски была настолько хладнокровна, что подавила в себе желание выстрелить на звук.

Нужно было действовать – люди Вестерна могли быть уже совсем близко. Карфакс осторожно приподнялся.

Свет лампы в конце коридора падал через дверь на пол, освещая только ножки кресла и ковер. Небо снаружи было затянуто облаками, однако свет от уличного фонаря, горящего за оградой особняка, проникал через окно. Карфакс увидел, что на полу у стены что-то белеет.

Это было обнаженное тело Бронски.

Он быстро подошел к ней (осторожничать было уже поздно), склонился и пощупал пульс. Она была мертва. И ничего удивительного – пуля вошла точно в солнечное сплетение.

Хорошо, что Бронски решила сражаться до конца. Даже если бы она сдалась, ее пришлось бы убрать, а он не был уверен, что смог бы это сделать. Этого требовала логика. А Карфакс, подобно большинству людей, нередко очень трудно повиновался логике.

– Выходи, Пат, – позвал он. – Нам нужно поторапливаться.

Через пять минут, найдя ключи от гаража в квартире Йоханы, они ехали в «Загросе» вниз по Фрееберд Лэйн. Карфакс не без колебаний выехал на эту улицу, опасаясь столкнуться с агентами Вестерна. Конечно, лучше было бы перебраться через забор с задней стороны дома и попытаться скрыться пешком, но у них было мало времени.

Они проехали мимо такси, поджидающего их и, когда оно скрылось из виду, Карфакс дал полный газ. Машина легко набрала свои максимальные 60 километров в час, и они проехали пять кварталов, после чего он сбросил скорость, чтобы не привлекать внимания полицейских патрулей. Когда «Загрос» достиг конца Виста Грэйндж Роуд, мимо проехали четыре машины, в каждой из которых сидело по четыре человека. Возможно, это разъезжались участники затянувшейся вечеринки, но Карфакс так не думал. Обыскав дом Лиффлона, эти люди припомнят проехавшую навстречу им одинокую машину и, по меньшей мере, один автомобиль отправится в погоню.

Однако у Карфаксов было достаточно времени, чтобы уйти. Выехав на скоростную полосу, Гордон на максимальной скорости домчался до станции монорельсовой дороги. Бросив машину, они сели в экспресс, направляющийся в Вудлэнд Хиллз, затем пересели в другой, следовавший в Сиерра-Мадре, вышли на второй остановке и десятью минутами позже уже были у себя в мотеле.

Карфакс налил Пат и себе по высокому бокалу виски.

– Очень помогает успокоить нервы, – улыбнулся он, – и заглушить совесть. А теперь расскажи мне, что же произошло с Йоханой?

– Это было ужасно, – вздохнула Пат и опять побледнела. – Просто ужасно. Я выскочила из дверей кухни, как ты мне велел, и сразу увидела спускающегося по лестнице рядом с гаражом Йохану. У него был пистолет, и я моментально нырнула обратно, прежде чем он меня заметил, схватила с полки большой нож и притаилась в прихожей снаружи кухни. Меня охватила такая дрожь и слабость, что я боялась выронить нож и не была уверена, что смогу причинить Йохане какой-либо вред. Удерживая нож обеими руками, я, в тот момент, когда он переступил порог, ударила его изо всех сил в живот. Он выронил пистолет и отшатнулся назад, схватившись за нож, но я не выпускала его из рук. Потом Йохана начал медленно падать, и нож вышел из его тела. Он умер, не проронив ни звука, даже не застонав.

– Умница, – похвалил Карфакс. – Полагаю, ты перевела предохранитель.

– Что?

– Предохранитель на пистолете. Иначе ничего не произошло бы, сколько бы ты ни давила на спусковой крючок.

Она смотрела на него с ужасом.

– Я читала об этом, но, клянусь, напрочь забыла. Просто держала пистолет обеими руками и нажимала на спуск. Первый раз я взяла слишком низко, но пистолет сам стал подскакивать у меня в руках.

– Одно попадание из двенадцати – совсем неплохо, – улыбнулся Карфакс. – В любом случае, достаточно одного.

Он опрокинул бокал и едкий запах пороха, наполнявший его ноздри с того самого момента, когда началась пальба, куда-то исчез.

– Я намерен сбросить с себя эту вонючую мокрую одежду и принять душ. Оставить тебе кран открытым?

– Пожалуйста, – ответила она.

Карфакс смотрел на нее встревоженно. Выражение ее лица стало каким-то мечтательно-отрешенным. Когда он вышел из ванной, она спала на кровати, полностью одетая, все с тем же выражением на лице. Бокал ее был пуст. Он налил себе еще один, лег рядом и задумался.

Скоро наступит завтра. И, судя по всему, ничего хорошего оно не принесет.

На рассвете он проснулся от стонов и криков о помощи Патриции. Разбудив ее, сжимал в объятиях, пока она, всхлипывая, рассказывала приснившийся кошмар: она играет с куклами в спальне, в доме своего детства, и вдруг открывается дверь на чердак, и оттуда выползает что-то черное, бесформенное...

– Ты в безопасности, не волнуйся, – шептал он, гладя ее по голове.

– Я уже никогда не буду в безопасности, – тихо ответила она, но сравнительно быстро успокоилась в снова заснула.

Ему же заснуть не удалось. Промучившись в постели с полчаса, он решил подняться.

В девять часов Патриция резко села на кровати и уставилась на него так, словно видела впервые. Он пожелал ей доброго утра, предложил чашку кофе и, пока она пила, рассказал о том, что передали в утреннем выпуске новостей:

– В 6 часов 30 минут в полицию поступил анонимный звонок. Некто сообщил, что в доме Лиффлона убито три человека. Полиция, прибыв на место, обнаружила много крови и пулевых отверстий, но трупов не нашла.

– Почему Вестерн заявил в полицию? – удивилась Патриция.

– Заявил не он, – улыбнувшись, сказал Карфакс. – Это я сходил к видеофону на углу и позвонил в полицейский участок района Норс Пасифик Палисэйдс, потому что умирал от любопытства. Могло бы пройти несколько дней, пока садовники или женщина, убирающая дом, наткнулась бы на трупы. Но я предвидел, что люди Вестерна к моменту моего звонка могут уже убрать тела.

– И что теперь?

– Теперь Вестерн не сможет выдать нас полиции, ибо тем самым привлечет к себе внимание. Он будет сам за нами следить. А мы должны и можем привлечь к этому делу противников Вестерна. Список предполагаемых кандидатов получится очень длинным, нам только нужно выбрать наиболее могущественных и безжалостных из них.

– Значит, тайная война?

– Да. Но только в начале. Когда улик наберется достаточно, тогда можно будет выступить открыто.

– Да. Но только в том случае, если Вестерн не настолько могуч, чтобы раздавить нас. После чего никто не отважится бросить ему вызов.

– Надеюсь, что тебя минуют лавры Кассандры. Хочешь еще кофе?

17