Драконы космического флота - Татьяна Михаль

Впервые слышу о таком, но слабо киваю, мол, всё ясно и полностью сосредотачиваюсь на ране.

Рана не такая страшная, как у касса с развороченным животом, но всё же в тканях застрял небольшой осколочек металла. С помощью сканера диагностирую положение осколка относительно крупных сосудов, нервов и нервных сплетений. Убираю сканер и принимаюсь за работу.

Под обезболивающим Александр ничего не чувствует. Лежит и смотрит на меня.

Я обрабатываю кожу вокруг раны антисептиком, затем осторожно развожу края раны, фиксирую и извлекаю осколок.

Показываю ему изъятый кусочек металла размером с ноготь мизинца и спрашиваю:

— Что там произошло?

Бросаю осколок в металлический поднос и принимаюсь зашивать рану.

— Никто даже в страшном сне не мог представить, что на нас нападут, — говорит он.

— Селты? — спрашиваю я.

— Это был корабль кассов, док. Их захватили и заставили послать сигнал о спасении. Командующие не сразу поняли, что корабль захвачен. Мы подошли к ним слишком близко. Когда стало ясно, что планируется захват корабля с детьми, командование приняло решение бежать. Они пытались вывести всех нас и спасти через гиперпрыжок, но не успели.

Я хмурюсь. Сшиваю кровеносные сосуды, сшиваю рану и хмурюсь.

— Никогда не слышала, чтобы корабли кассов были снабжены мощным оружием, — произношу озадачено и ставлю дренаж. — Да и не выглядел корабль так, будто в него пустили ракету или что-то ещё.

— Это какое-то новое оружие, док, — вздыхает Александр. — Я пока не успел проанализировать и дать этому всему оценку, но одно могу сказать, что селты создали нечто ужасное. Или украли чью-то идею. Не знаю. Но это оружие явно переносное и легко устанавливается на любом корабле.

Смотрю на соотечественника и сама становлюсь мрачнее туче.

— О чём вы говорите? Что за оружие?

Он смотрит на меня тяжёлым взглядом и с пылом отвечает:

— Я не знаю, доктор Мэй. Просто наш корабль подвергся странной и страшной атаке, как если бы мы столкнулись с мощным солнечным ветром, космическим мусором, астероидным ливнем и вдобавок поймали взрывную волну! Это было… подобно мясорубке… Все, кто выжил… Мы… Мы просто оказались рядом с тем отсеком и вовремя успели заблокироваться. И дети…

Он прикрывает на мгновение глаза, открывает и договаривает:

— Мой напарник, Марк, он сразу заподозрил неладное и это его была идея собрать всех детей в одном месте. Я ему жизнью обязан. Все мы, кто выжил.

Каждое его слово тяжелее предыдущего и теперь этот сильный мужчина изо всех сил старается не показать свою слабость, уязвимость и страх.

— И он потерял руку, — надломленным голосом произносит Александр.

Я не тот человек, кто умеет утешать.

Потому молчу и просто ввожу ему внутривенно лекарство с нанитами. Подумав, добавляю успокоительное.

Когда его глаза закрываются, перехожу к тяжёлым пациентам.

Первого из стазиса вывожу касса.

Искусственная пауза во всех физиологических процессах касса снимается, и все процессы возобновляется, как будто они не прерывались.

Прежде чем запустить в его кровь нанитов, а затем включить автодок, я обязана проверить и при помощи верного помощника сканера выявить все повреждения.

Итак, все мысли в сторону. Здесь и сейчас есть только пациент, которого нужно спасти и я, та, кто умеет это делать.

⅏

— Всё с тобой будет хорошо, — приговариваю, когда завершаю сложную операцию.

Серьёзно раненный касс мог бы и погибнуть. Мы вовремя нашли выживших.

Судя по его ране, рядом с ним произошёл небольшой взрыв, но этого хватило, чтобы касс «поймал» этот взрыв и получил внутри себя фарш.

Мне пришлось постараться, чтобы найти и достать все-все осколки, даже самые крохотные.

Сканер в таком деле просто настоящая палочка-выручалочка.

Промыв все его кишки, убеждаюсь, что больше нигде нет других ранений. Зашиваю, ставлю дренаж и вкалываю кассу лекарство с нанитами. Потом запускаю медицинскую капсулу и выдыхаю. Закрываю глаза и прислоняюсь лбом к прохладному стеклу автодока.

Устала немного. Но отдыхать рано. У меня есть ещё один «сложный» пациент. Мой соотечественник, что потерял руку.

Вывожу его из стазиса и вновь запускаю сканер.

Внешне кроме отсутствия руки на нём нет других повреждений. Но сканер обнаруживает внутренние разрывы и кровотечение.

Так и знала.

И вновь борьба за жизнь.

Землянин оказывается крепким и сильным мужчиной. К моей радости я быстро (всего за три часа) и относительно легко справляюсь с его внутренними ранами. Затем перехожу к руке. Внимательно исследую рану и приступаю к поиску нужного протеза.

Открываю чемоданы с протезами.

Мой предшественник позаботился, чтобы медицинский отсек был оборудован и заполнен не только всем необходимым, но вообще всеми лекарствами и приборами, в том числе запчастями и протезирующим оборудованием. Так сказать, на все случаи жизни. Любая клиника на Земле даже частная удавилась бы от зависти.

Нахожу и достаю протез руки и изучаю его характеристики.

И я сильно удивляюсь, потому как это не просто самая последняя и улучшенная модель, а явно выполненная по специальному заказу. Я не помню, чтобы наши компании делали протезы настолько чувствительными. Для руки ведь важно понимать, как сильно что-то сжать, что именно можно брать в руку, что нельзя. А данный протез сверхчувствительный. Здорово.

Сенсоры протеза напрямую подключаются к нервным окончаниям оставшейся части конечности. Данный титановый имплантат нужно установить в две кости предплечья и протянуть электроды к нервам и мышцам, чтобы извлечь сигналы для управления рукой и обеспечить тактильные ощущения. Для Марка это будет ловкая и чувствительная протезная рука.

Протез помимо всего прочего сможет поднимать вес свыше двухсот килограмм. В нём есть датчики для выявления уровня радиоактивного фона, окружающего давление, температуры воздуха. Помимо внешнего, он состояние самого организма оценивает и можно в настройках «походить» и всякого подключить. Самое примитивное это часы, будильник на внутренней стороне запястья. А уж наворотов в нём полно. Да и сам протез и выглядит круто и стильно.

Имплантирую Марку новую руку, протягиваю электроды к нервам и мышцам. Проверяю, чтобы всё работало и только после того, как удовлетворена работой, сшиваю порванные кровеносные сосуды и все ткани и ввожу ему в кровь замечательных нанитов. Жаль, что они не могут восстанавливать утерянные конечности. Отправляю его в капсулу поправляться и без сил падаю в кресло.

Отдышавшись, обхожу всех пациентов, проверяю данные и отдаю ИИ приказ синхронизировать каждую капсулу с моим симбиотом.

Когда всё сделано, я запускаю мелких роботов уборщиков, которые очистят помещение от крови и прочих отходов после операции. А