Луковые кольца в сахарном сиропе - Катя Тева

class="p1">Ирина вытащила на улицу сломанную тачку, покидала в нее банки с засохшей краской, кисточки, старые тряпки, треснувшее ведро.

— Смотри, мои санки! — Маша вытащила их из кучи. — Ржавые.

— Выбрасывай. И детский велосипед туда же. У него цепь порвана.

— Я помню, как гоняла на нем по улице! До сих пор все коленки в шрамах. А это что? — Маша подняла резиновые сапоги в собственный рост.

— Твой папа мечтал ходить в них на рыбалку. Так ни разу и не надел.

— Давай продадим? — Маша крутила из стороны в сторону. — Можно померить?

— Конечно, если в них не завелись мыши.

Ирина увидела, как дочка швырнула их в сторону и засмеялась.

— А ты что думала? Это же сарай!

— Маам, смотри! — Маша наклонилась и подняла с пола мобильный телефон. — Это папин.

Ирину затрясло. Такая простая вещица вызвала бурю эмоций. Она выхватила телефон из рук Маши и прижала к груди.

— Как он тут оказался?

— Не знаю. Посмотри, есть ли сим-карта внутри.

Трясущимися руками она сняла крышку и вытащила аккумулятор. Пусто.

— Ничего не понимаю. Значит звонили не с этого аппарата.

— Или вытащили карту после звонка, — Маша села на ящик. — Что будем делать? Звонить Михаилу?

— Нет, сначала надо сказать Косте. Я пока не понимаю, хорошо это или плохо, что мы его нашли.

Ирина достала свой телефон и набрала номер.

— Алло, Костя? — голос ее дрожал от волнения.

— Здравствуйте, старший лейтенант полиции Смирнов. Кем вы приходитесь Константину Александровичу Семёнову?

— Я… его жена. А вы кто? Почему вы отвечаете на его телефон? — у Ирины подкосились ноги, и она опустилась на колени.

— Мне очень жаль, он попал в аварию, разбился на машине. Врезался в столб. Видимо тормоза отказали, сейчас этот вопрос выясняется.

— Господи, он умер?! — она закричала.

— Скорая забрала его сразу же. Не могу вам сказать, доехал ли он до больницы. Повезли в первую городскую, так водитель сказал. Звоните, уточняйте.

Ирина выронила телефон из рук и упала на грязный пол сарая.

— Мама! — Маша подхватила ее голову, прижала к себе и тихо заплакала.

Глава 24

Если бы можно было где-нибудь занять сил, чтобы идти быстрее, Ирина непременно бы это сделала. На самом же деле она практически висела у Маши на плече, которая тащила мать в больницу на полусогнутых ногах.

В вестибюле первой городской больнице оказалось полно народу. Маша распихивала локтями всех встречающихся на пути, чтобы добраться до стойки администратора.

— Скажите, как нам узнать о поступившем Константине Семенове? — спросила она, подойдя без очереди.

— Вообще-то перед вами еще шесть человек! — упрекнула ее женщина, чье место она заняла.

— Вот именно, целых шесть! — ответила Маша, не глядя на женщину. — Тут вопрос жизни и смерти.

— Сейчас уточню, — администратор сняла трубку телефона и набрала номер. — Семенов Константин поступал в отделение?

Та минута, которая потребовалась девушке в белом халате, чтобы выяснить информацию, показалась Ирине вечностью.

Если сейчас скажут страшную новость, то ей самой потребуется помощь врачей. Тошнота подступила к горлу. Незнакомый мужчина подхватил ее под руку, чтобы не упала.

— Милочка, на вас лица нет, — сказал он, цокая языком.

— Мой муж попал в аварию, — пояснила Ирина, опираясь на его руку.

— Такой пациент есть, он в реанимации. Состояние тяжелое, — будничным тоном доложила администратор. — Врач в ординаторской. Уточните там, — она перевела глаза на следующего пациента, ясно давая понять, что на этом разговор закончен.

— Мама, пошли, найдем врача, — Маша забрала Ирину из рук помощника и повела по коридору.

— Он жив, — прошептала Ирина. — Слава Богу.

Врач оказался на месте и вышел сразу же, как только Маша его позвала.

— Сильный ушиб головы, перелом ноги, двух ребер, пострадала печень, множественные порезы, — начал он объяснять ситуацию. — Хорошо, что позвоночник цел. Но состояние тяжелое. Он без сознания. Теперь всё будет зависеть от организма и желания жить.

— Я хочу его увидеть, — попросила Ирина.

— Женщина, вы не в цирке. Никто вам не позволит пройти в реанимацию. Отправляйтесь домой и ждите. Только время покажет, какой будет исход. Им занимаются. Мы сделаем все, что в наших силах, уж поверьте. Единственное, что я могу для вас сделать, это оставить номер телефона, если пообещаете, что не станете названивать. У меня таких, как он, целое отделение.

— Мы понимаем, спасибо, — ответила Маша. — А когда можно позвонить?

— Следующие сутки будут решающими. Если переживет ночь, то шансы неплохие. Простите, что говорю вам это, но я реалист, а не сказочник, — он пригладил редкие седые усы и полез в нагрудный карман халата. — Вот моя визитка. Меня зовут Олег Петрович, но тут и так это написано. Больше не могу уделить вам свое время. Звоните завтра.

Он вернулся в ординаторскую, из которой доносился шум голосов.

— Господи, мне страшно, — Ирина сжала Машину ладонь.

— У тебя руки ледяные. Всё будет хорошо. Ты же знаешь нашего Костю, он сильный, выкарабкается. Мам, пошли домой. Мне тут от одного запаха плохо.

Они вышли на улицу и перешли дорогу. Люди, как муравьи, спешили туда-сюда по своим делам.

— Маша, что творится? Как я справлюсь без него? Я не смогу это вынести. Я как сирота, которая теперь не знает, куда податься.

— У тебя есть я. И Костя есть. Он же еще есть, мам.

— Вокруг меня все умирают. А если с тобой что-нибудь случится? — Ирина остановилась посреди тротуара и бросила взгляд на дочь.

— Папа умер от пьянки, давай смотреть правде в глаза. Светлана Николаевна упала с лестницы. Артем попал в неприятности. С тобой это никак не связано. А Костя живой.

— Пока живой…

— Сейчас вернемся домой, выпьешь чай и приляжешь. Тебе нужно успокоится. Прийти в себя.

— Ты серьезно думаешь, что я смогу уснуть?

— Тебе придется взять себя в руки. Выбора нет. Ради меня, пожалуйста.

Ирина опустила голову и пошла вперед.

— Я хочу знать, что произошло, как он врезался в этот проклятый столб? Нужно позвонить Михаилу. Наверняка он уже в курсе, — сказала Ирина.

— Да, придется позвонить.

* * *

Вернувшись домой, Маша уложила Ирину в кровать и позвонила Вите. Тот тут же примчался.

— Он жив? — спросил Витя с порога. — Вы с врачом говорили?

— Да, шансы есть, но небольшие. Говори потише, чтобы мама не услышала. Мы надеемся, что он выкарабкается. У него сильный ушиб головы, что-то с печенью, переломы и он без сознания.

— Плохой признак. Шансы невелики.

— Ты вообще умеешь поддерживать? Я тебя для этого позвала, а не чтобы ты накручивал меня еще больше!

— Прости, просто нужно смотреть правде в глаза и готовиться