Битва двух царевичей - Фуррорэ

- Папа! Папа! – в гостиную всё-таки решили войти львята. – Мама приготовила ужин. Жареные стейки из нашего пищевого принтера.

- Что, правда? – оживился Леннокс. – Вы… Вы его починили?

С кухни действительно шли аппетитные запахи. Жареное мясо. Напечатанное на специальном пищевом принтере, который важно стоял на кухне, пристроившись рядом с посудомоечной машиной. В Фурроне такие технологии были уже обыденностью. Даже за пятьдесят лет до современности.

- Да, дорогой, я получила аванс. И заплатила ремонтнику. Ещё прилично денег ушло на то, чтобы купить капсулы для принтера. Всего вышло где-то тысяча триста леорублей.

- Сколько?! – ахнул Леннокс, прикончив наконец своё пиво. – И сколько же у нас осталось до получки?

Средняя зарплата в Леограде в те времена составляла пять тысяч триста леорублей. Пятая часть зарплаты ушла! Это было серьёзно.

- Сказать по правде, сейчас мы надеемся на тебя…

Леннокс тяжело вздохнул.

- Я получу свою зарплату ещё не скоро, Ляля. Да и когда получу, жировать мы тоже не будем.

- Но… Но папа! – дружно воскликнули Лекс и Лида. – У Лары из параллельного класса папа тоже гаишник. Он прапорщик. А ты – старший лейтенант. Ты ведь главнее него?

- Ну, раз так, то да…

- Ну, вот! А Лара уже третий портфель модный за четверть сменила! И всех в своём классе угощает чипсами и шоколадками! А мы…

- Тише, тише, тише, дети, - замахал лапой отец семейства. – Лекс, Лида. Я очень вас люблю. Но вы что, хотите, чтобы я брал взятки?..

***

- Ну, что, Боня? – серьёзно спросил у прикованного к столу и перепуганного насмерть бурундука в деловом костюме огромный серый волк с дробовиком в лапе. – Будем подписывать документики?

Рядом с волком стоял огромный лев в элегантном малиновом пиджаке. На его шее красовалась толстенная золотая цепь. Грива его была заплетена в косички. А в лапе он держал боевой пистолет, который он подбрасывал и ловко ловил. Он скучающе глядел на всё, что он видел перед собой. А за их спинами, проверяя что-то в своём смартфоне, на стуле с пюпитром сидел нотариус – хитрого вида рыжий лис.

- Я… Я… - бурундук испуганно глядел на бандитов. – Я никогда этого не подпишу!

- Не хочешь, значит, по-хорошему, - усмехнулся волк. – Наш юрист тратит своё время. И мы тоже. Да и ты, небось, домой хочешь, а? Всего лишь только лишь твоя подпись в дарственной, сеть твоих клубов переходит к нам, а ты – целёхонький.

- И куда я потом пойду?! – пискнул бурундук. – Я ж на дно опущусь! Люмпеном стану! А у меня семья, дети, дочке операция нужна…

Лев с косичками в гриве зарычал.

- Ты будешь подписывать или как? Или… Водички хочешь? Чаю?..

С этими словами он кивнул волку. Тот послушно скрылся в коридоре и вернулся с только что вскипевшим чайником в лапе. Чайник был волчьего размера, а бурундуку он вообще казался сродни страшному хромированному бойлеру! Бурундук в страхе заверещал! Он понял, что сейчас будет пытка кипятком…

***

- А-а-а-а!!! А-а-а-а-а!!!..

В больничном коридоре, развалившись на стареньком матрасе, лежал маленький львёнок лет одиннадцати. Его левая нижняя лапа была обмотана бинтами, которые побурели от крови. Львёнок плакал, кричал от боли. Весёлое солнышко на его голубой футболке явно не вязалось с происходящим вокруг. Малыш был в страхе. Он даже думал, что ему сейчас придёт конец…

- Доктор! Доктор! – сердито окликнула врача пожилая медведица в белой ветровке. – Помогите львёнку! Не видите, у него лапа поранена!

Врач – рослый лев с чёрной гривой – раздражённо посмотрел на медведицу.

- Мы уже наложили компресс с соком личинок муленов, уважаемая. Это пока всё, что требуется.

- А чего это он здесь в коридоре лежит?! – в немолодой медведице начал просыпаться материнский инстинкт вперемешку с непониманием, которое начало превращаться в праведную злобу. – Почему его не положат в палату?!

- Легко сказать, уважаемая, - врач тоже недобро сощурился. – Палата всем нужна…

Медведица быстро поняла, куда дует ветер…

- О-о-о-о-ой!!! – опять захныкал малыш. – Больно! Больно-то как…

- Где наш Лавси? – в коридор вбежала пара из льва и львицы. – Где он?!

Увидев своего сына не в палате, а на полу коридора, чета пришла в ужас.

- Что здесь творится?! – заревел отец. – Кто главный?! Кто?!..

- Я главный, сударь, - ответил тот самый врач-лев. – У вашего сына серьёзная кровопотеря из-за обширных и глубоких резаных ран, нанесённых осколками стекла. Мы вынули осколки из тела, продезинфицировали и наложили компресс с соком личинок муленов…

- И положили его здесь?! – лев-отец глядел на сородича с дикой ненавистью. – Вы обязаны были положить его в палату! Я жалобу подам!..

- Вот так им! – поддержала льва медведица. – Совсем врачи скурвились! Чему вас учат-то в ваших медах восемь лет?!

Мама-львица в это время опустилась на колени перед своим сыном.

- Лавси, Лавси… Как же тебя так?..

- Я… Я больше не буду лазить на дедову теплицу, мам. Обещаю… - слабо проговорил львёнок Лавси.

Львица лизнула своего львёнка в лоб и поцеловала.

- Палаты нужны всем! – повторил врач. – К нам больные со всего административного округа съезжаются! Другие больницы закрылись. Никто не хочет во врачи идти и денег нет! А знаете ли, сок муленов тоже денег стоит!

Лев-отец нахмурился. Обнажил клыки. Он понял. Да, в нынешнее царствование царя Ленноза Девятого Синего граждане Леомии буквально боятся болеть. О, боги, что случилось с мощнейшей в мире леомийской медициной? А потом он произнёс:

- Что мы можем сделать?

- Всего-то ничего. Две тысячи леорублей за палату. Мы, врачи, тоже, знаете ли, кушать иногда хотим. А ведь бензин, на котором наша машина вашего мальчика сюда доставила, тоже, по сути, мы оплатили…

***

- Ну, здорово, пополнение! – задорно обратился к новым членам своей группировки огромный бурый медведь в кевларовых доспехах, экзоскелете и с автоматом на ремне. – Меня звать Бурый. Откуда вы такие будете?!

С этими словами медведь в кевларе ткнул когтем в сторону