Ford против Ferrari. Самое яростное противостояние в автогонках. Реальная история - Эй Джей Бэйм

Единственным автомобилем, вклинившимся в эту группу лидеров, был спорткар Shelby American Cobra. Рыча в тумане, он шел на четвертой позиции. Сам Шелби взирал на проезжающие мимо машины из бокса. Чем дольше длилась гонка, тем все сильнее казалось, что стрелки часов замедляются. Команда подала сигнал Дэну Герни сворачивать для ремонта, дозаправки и смены пилота. Все боялись спугнуть удачу. Герни смог установить новый рекорд круга для класса GT и шел первым в своем классе. Но где-то около часа назад его автомобиль начал терять масло: потек маслорадиатор. Главный инженер Ремингтон придумал, как быстро починить его. По правилам масло можно было подливать лишь каждые 25 кругов. Дальнейшая утечка масла привела бы к заклиниванию двигателя и вынужденному сходу с дистанции. Герни вылез из машины и присоединился к Шелби и второму пилоту Бобу Бондуранту.

– Тормоза в порядке? – спросил Бондурант.

– Ага, – сказал Герни. – Но я бы им особо не доверял.

Шелби посоветовал Бондуранту не форсировать чересчур двигатель и следить за давлением масла. Он подтолкнул пилота к машине, и тот, запрыгнув в нее, «ушел в точку».

Последние часы гонки тянулись невыносимо медленно. Скорость, дым, шум вновь разгорячили отдохнувшую за ночь толпу, эмоции на трибунах накалялись. Когда стрелки на циферблате Dutray пересекли отметку 15:45, финальная расстановка мест была практически очевидна, и водители немного сбавили ход, чтобы гарантированно добраться до финиша. Автомобиль, шедший первым, на пять кругов обогнал своего преследователя, а тот, в свою очередь, был на семь кругов впереди машины, занимавшей третью позицию. Зрители, не привыкшие к местной традиции, были поражены тем, что в конце самой безжалостной автогонки в мире машины вдруг стали двигаться не быстрее, чем они ехали бы в любое другое время по этим же дорогам общественного пользования. Ни один пилот не хотел в самый последний момент сойти с трассы со сломанным двигателем или лопнувшей шиной. Все, что им оставалось сделать, – это просто доехать до финиша. Зрители наклонились вперед, ожидая момента, когда взметнется клетчатый флаг, коронующий чемпионов.

Как только пробило 16:00, красный прототип Ferrari, который пилотировали сицилиец Нино Ваккарелла и француз Жан Гише, пересек финишную линию, став главным призером «24 часов Ле-Мана» 1964 г. Автомобили Энцо Феррари заняли пять из шести ведущих мест. Сертис финишировал третьим в перенесшем ремонт 330 P. На четвертом месте была Shelby Cobra – лидер в классе GT. Ни один прототип Ford не закончил гонку. Фил Хилл и Брюс Макларен встречали машины на финише как простые зрители.

Болельщики и журналисты высыпали на трассу и облепили машину чемпиона. Высоко над трибунами поднялись флаги Ferrari. Победители подошли к подиуму. Из громкоговорителей зазвучал государственный гимн Италии. Команда Shelby собралась вокруг Cobra, на которой сзади внизу был прикреплен калифорнийский номерной знак. Подошел Стирлинг Мосс со съемочной группой, чтобы взять интервью у Герни и Бондуранта для своей программы «Большой мир спорта».

– Поздравляю, Боб, – сказал Мосс. – Похоже, на наших глазах вершится история. Как себя чувствуешь? Сколько удалось поспать?

– Часов пять, – ответил Бондурант.

– А тебе? – обратился он к Герни.

– Думаю, около трех.

К ним подошел худосочный мужчина в шляпе немецкого фасона. Это был Хушке фон Ханштайн, менеджер команды Porsche. Он заключил Бондуранта в объятия.

– Спасибо за то, что обогнал их, – сказал он.

Не только американцы мечтали сбросить Энцо Феррари с его чемпионского трона.

В нескольких метрах от них стоял Шелби. Его пышная шевелюра была немного примята. Вокруг сгрудились члены команды, радостно вскидывая руки в победном жесте. Всего два года назад Шелби впервые переступил порог кабинета Якокки с идеей построить свой спорткар. Сначала никто и подумать не мог, что у него получится одолеть Corvette. Потом никто не верил, что его машины выдержат 24-часовую мясорубку «Ле-Мана». Но вот Shelby Cobra, «приводимая в движение мотором Ford», заняла четвертое место в общем зачете и первое в классе GT. Cobra Шелби была Мухаммедом Али автогонок: такой же симпатичной и способной на невозможное. Журналисты ждали комментария техасца. От него всегда можно было ожидать броской фразы.

– Четвертое место – совсем неплохо, – сказал Шелби. – Пусть Америка в этот раз не забила ни одного гвоздя в гроб Феррари, но мы порядком припугнули его. В следующий раз сдерем с него шкуру.

Глава 12

Неутешительные итоги: июнь – декабрь 1964 г.

В понедельник утром, на следующий день после гонки, команду Ford собрали в отеле De Paris в центре Ле-Мана. Утомленные люди заполнили холл опустевшего отеля, пропитанный запахами кухни и перегара. Встречал их топ-менеджер Ford Лео Биби. Это был человек с худым, даже костлявым лицом и долговязой фигурой баскетболиста, звезды школьной команды. Он создавал вокруг себя постоянную атмосферу сдержанного оптимизма. По мнению Джона Уайера, Биби «походил на проповедника-евангелиста».

Бо́льшая часть команды узнала его. Облаченный в костюм и галстук, он всю гонку загадочно простоял в боксе со скрещенными на груди руками. Не выпуская изо рта здоровенную сигару, Лео Биби молча впитывал в себя все происходящее. По воспоминаниям участников, за все 24 часа гонки он изрек не больше пары слов. Сорокашестилетний Биби был глазами и ушами Генри Форда II.

Они познакомились во время Второй мировой войны, когда вместе служили во флоте. Их связывала особая армейская близость. Биби не принадлежал к миру автопромышленников, он был обычным учителем физкультуры в средней школе. И все же Генри II взял его в команду и назначил главным «решалой» – специалистом по улаживанию конфликтов. Этим Биби и занимался в компании уже почти 20 лет.

– Если бы он сказал мне выпрыгнуть из этого окна, то я бы сначала прыгнул, а думал бы уже потом, в падении, – сказал как-то Биби, имея в виду своего босса.

До того как возглавить все гоночное направление Ford Motor Company, куда входили состязания серийных автомобилей, индикаров и спорткаров, а также полное их техническое сопровождение, Биби ни разу не был на автогонках. Да это было и неважно: Генри II в первую очередь нуждался в человеке, которому мог доверять.

По мнению Уайера, дебют автомобилей Ford в «Ле-Мане» был успешным.

Лео Биби был иного мнения.

– Я ни черта не смыслю в гонках, – начал он и пояснил, что не нужно иметь диплом инженера, чтобы понять очевидное: машины Генри II проиграли. И эта проблема, возможно, не так проста, как кажется. – Конечно, все можно списать на коробку передач, – сказал Биби. – Но если не сработала коробка, то как мы можем быть уверены, что в следующий раз все остальное сработает как надо?

Генри II потратил кучу денег на эти машины, и Биби хотел как можно скорее положить к его ногам клетчатый флаг. Ближайшая крупная международная гонка спорткаров называлась «12 часов Реймса» и проходила неподалеку, в самом сердце французской провинции Шампань. До соревнований оставалось