Шахматы на раздевание - Дарья Калинина

Этого ни одна из подруг не знала. Но никогда и нигде не терявшаяся Кира тут же предложила следующую версию:

– А что, если все три убийства – это дело рук не киллера, а маньяка?

Эта мысль давно крутилась в головах у подруг. Как только они узнали, что способ, каким были умерщвлены Костя и Людочка, одинаков, сразу же задумались о версии о маньяке. И когда сегодня Серж подтвердил, что и Лена убита аналогичным образом, версия вновь напомнила о себе. Было лишь одно «но».

И сейчас Леся высказала вслух то, что сбивало их до сих пор с толку:

– Но что общего у Людочки, Лены и Кости? По какому принципу маньяк выбирает своих жертв?

– Это вопрос не ко мне, это вопрос к самому маньяку.

И увлекшись новой версией, Кира даже предложила кандидатуру:

– Как тебе Антон на эту роль?

– Какой Антон?

– Пациент Людочки.

– В принципе подходит, – кивнула Леся. – Двух женщин он ведь убил.

– Вот-вот! Мог на этих двух убийствах и не успокоиться. Стал убивать не только жен, но и вообще людей.

– Но пока рано говорить о чем-то конкретно. Сначала надо с этим человеком хотя бы просто познакомиться.

С этим утверждением спорить было невозможно, и подруги снова двинулись в путь. На этот раз путь должен был наконец привести их в тот самый психоневрологический диспансер, который послужил покойной Людочке последним местом ее работы и в котором сыщицы надеялись найти продолжение следа своей запутанной истории.

Глава 13

На первый взгляд данное медицинское учреждение показалось подругам даже симпатичным. Если забыть, что тут лечились и наблюдались психически или, как их называли на Руси в старину, душевно больные люди, то тут было очень даже ничего.

Чистенькие стены выкрашены в приятный для глаза персиковый оттенок, нарядные белые двери и пластиковые окна, медицинский персонал, щеголяющий в идеально чистой форменной одежде. Да и больные, вопреки опасениям девушек, совсем не напоминали орду буйно помешанных психов. Пациенты выглядели опрятно и миролюбиво. Столкнись подруги с большинством из них, к примеру, в магазине или просто на улице, ни за что бы не заподозрили в них хоть в чем-то ненормальных людей.

Кира подошла к окошечку регистратуры и, просунув голову поглубже, произнесла:

– Скажите, у вас раньше работала доктор Людмила Милюкова?

Регистраторша, полная тетка с одутловатым лицом, подняла на Киру взгляд и смущенно пробормотала:

– Да, работала, но… но теперь не работает.

Рядом с ее пухлой рукой стояла большая чашка с чаем, таким густым, что он казался сиропом. Да еще за спиной регистраторши наблюдалась коробка с несмотря на ранний час уже початым кремовым тортиком. Тетка была большой сластеной, а Кира отрывала ее от любимого занятия. Тем не менее регистраторша не теряла любезности, что само по себе было достойно уважения.

– Этого доктора у нас сейчас нет.

– Ой, как жаль, что мы не застали Милюкову. А вы не скажете, как мне ее найти?

Регистраторша побагровела, что при ее тучности было делом совсем нехитрым, но зато опасным. Полным людям следует быть очень осторожными, малейшее волнение способно спровоцировать у них гипертонический криз. Но Кира, желающая добиться своего, не собиралась жалеть тетку.

– Куда она перебралась? – продолжала пытать она даму, краснеющую все больше и больше. – Кто бы мог нам помочь?

– Идите к заведующей, – выдавила наконец из себя регистраторша. – Она вам объяснит.

– Объяснит, как нам попасть к Милюковой на прием? – наивно улыбнулась ей Кира.

И, не дожидаясь, пока тетка еще больше побагровеет, поблагодарила:

– Огромное спасибо. И как найти заведующую?

– В девятом кабинете она.

И регистраторша поспешно захлопнула окошко, ей явно требовалась передышка и чашечка чая с еще одним кусочком тортика, чтобы привести свои нервы в порядок. Нельзя быть такой впечатлительной и одновременно такой пухлой. Этак и до беды недалеко. И никакой маньяк не понадобится.

В отличие от регистраторши, заведующая оказалась женщиной худой и очень деятельной. Сладкого в ее кабинете не было и в помине, зато пахло коньяком и сигаретами. Она не стала краснеть, бледнеть или как-то иначе реагировать на фамилию Милюковой, просто деловито кивнула и произнесла:

– Конечно, я помню Милюкову. Отличный специалист, хотя и молодая. Но старательная, умненькая и очень работоспособная. А вы к ней по какому вопросу хотели обратиться?

– Один из ее бывший пациентов, некий Антон, подозревается в совершении тяжкого преступления – убийства.

– И… и кого же он убил?

– В частности, саму Милюкову, если вы понимаете, о чем я.

Вот теперь заведующая покраснела.

– Значит, вы все знаете? Почему же вы сразу мне об этом не сказали?

– А вы? Почему изображали, что Милюкова жива и все с ней в порядке? И сотрудников заставили обманывать.

– Понимаете, у нас специализированное учреждение, – принялась оправдываться заведующая. – Если поползут слухи, что один из наших врачей стал жертвой неизвестного маньяка, то это в первую очередь коснется наших пациентов. А многие из них и так идут на поправку с большим трудом. Любой стресс может нарушить хрупкое равновесие, в котором они пребывают после полученной терапии. Поэтому я велела всем сотрудникам делать вид, будто Милюкова просто уволилась. Ну, увольняются же люди по собственному желанию!

– А пациентам Милюковой вы что сказали?

– Я просто поставила их в известность, что теперь с ними будет работать другой, более опытный психолог. Большинство из них даже не заикнулись о Милюковой. Некоторые, конечно, интересовались, куда она перешла, пришлось сказать, что она уехала за границу.

Заведующая достала пачку дорогих сигарет, пепельницу и нервно закурила. Из этого подруги сделали для себя вывод, что убийство Людмилы прошло для диспансера, где она трудилась, далеко не так безболезненно, как пыталась представить им сейчас заведующая.

Выпустив из ноздрей дым, хозяйка кабинета произнесла:

– Но могу я в свою очередь вас кое о чем спросить?

– Да?

– Людмила погибла уже месяц назад, а вы взялись за расследование обстоятельств ее смерти только сейчас. Почему у полиции возникла такая задержка?

– А мы не из полиции.

– Нет? Кто же вы?

– Мы – частные детективы, нас нанял супруг покойной.

Лишь половина фразы более или менее соответствовала правде. Но Киру это не смущало.

– Муж покойной подозревает в убийстве жены одного из ваших пациентов – некоего Антона.

– Но это совершенно невозможно! – возмутилась заведующая, которая заметно приободрилась, поняв, что явившиеся к ней девушки не имеют никакого отношения к официальному следствию. – Совершенно невозможно!

Демонстрируя свое возмущение, она даже сигарету затушила. А потом решительно заявила:

– Все наши пациенты находятся под медицинским наблюдением. Они не способны на агрессию. Вы пришли к нам напрасно!

– Другими словами, вы отказываетесь помочь нам? Не хотите, чтобы мы нашли убийцу вашей коллеги?

– Нет, – слегка растерялась заведующая. – При чем тут это? Просто я хочу сказать, что среди пациентов нашего диспансера убийц быть не может.

Кира молча смотрела на нее, не мигая. И заведующая сдалась:

– Ну, хорошо, я помогу вам. Но я вас уверяю, вы только даром теряете время у нас.

– Это наше время, мы как-нибудь сами разберемся, на что его потратить.

– Все медицинские карточки пациентов Милюковой я передала другому врачу.

– А Антона? Кому вы его передали?

– Не понимаю, о каком Антоне вы все время говорите, – с досадой пожала плечами заведующая. – Как хотя бы его фамилия?

– Если бы мы это знали, то не явились бы к вам сюда, – отозвалась Кира с не меньшей досадой. – Нашли бы этого типчика самостоятельно.

– У нас много пациентов. И Антонов среди них немало. Будете проверять их всех?

– Уверена, этот молодой человек выделяется среди остальных. Иначе покойная Людочка не стала бы заниматься с ним индивидуально.

– Он убил двух своих жен.

– Если бы вы знали, сколько подобных пациентов прошло за это время через наш диспансер, – вздохнула врач.

– Но как такое возможно?

– Человека, которого судмедэксперты признали невменяемым, не могут просто отправить за решетку, как обычных убийц или насильников. Он ведь болен, а значит, не виноват в совершенном им преступлении.

Вот только родным и близким жертв такого преступника от этого не легче.

Но заведующую, судя по всему, этот вопрос мало волновал, или она предпочитала об этом не задумываться, а бойко чирикала дальше:

– Больного отправляют на лечение, которое проводится в специализированном заведении, разумеется, с решетками на окнах и с соблюдением прочих мер безопасности для предотвращения побега. Но держать больного там могут лишь до тех пор, пока в его состоянии не наметится положительный перелом.

– Другими словами, пока он не выздоровеет?