Тайны Морлескина - Наталия Викторовна Шитова

странный гигантский ананас, который при ближайшем изучении оказался небольшим холодильником с напитками.

Горничная уже подала завтрак на верхнюю террасу, а я всё бегала по ступеням вверх-вниз и то сидела на лакированной скамейке и слушала мерное журчание в гроте, то спускалась на мини-пляж и ходила по тёплому песку вокруг лежака.

Только своей подруге Вере я рассказывала, как хочу на Мальдивы, где горячий белый песок, и как я хочу проваляться на пляже весь свой отпуск, не шевелясь, и только чтобы до прохладных соков с лимонадами можно было дотянуться. Ну а об уединённом домике на опушке леса, где течёт прохладный ручей, а по его берегам растут невероятно красивые белые цветы, я вообще никому не говорила. Это даже не мечта была, а просто такое место, которого не могло быть в реальности, а только в моей голове. Но зато я в любой момент могла «уйти» туда, когда мне было больно, обидно, страшно или тревожно.

Я вернулась к столику с завтраком, что-то наскоро пожевала, оставив почти нетронутыми мясную нарезку и тонкие мягкие лепёшки. Не то, чтобы мне не хотелось есть, просто это превращение дощатых помостов в маленькие филиалы моей мечты было таким удивительным, что о еде совсем не думалось. Я думала о том, а как кто-то всё это сюда принёс, установил и подключил так, что я даже не проснулась.

Не усидев на месте, я спустилась на нижнюю террасу, побродила по песку, скинув свои потёртые и сношенные мокасины. Выкинуть бы их вообще в пропасть, они совершенно не подходили к здешним женским одеждам… А может быть, и правда выкинуть? Раз уж платьев напихали целый шкаф, наверное, и туфли модные где-нибудь стоят.

Я подхватила свои мокасины и подошла к перилам. Да, действительно, пропасть была, прямо под террасой. Поросшее развесистыми деревьями ущелье спускалось глубоко вниз, к побережью. А чуть слева из-под моей террасы выглядывала ещё чья-то.

Я бросила мокасины себе под ноги и занялась более интересным делом: разглядыванием чужой террасы. До неё было метров пять, и моим глазам открывался только небольшой кусочек, где у парапета стоял узкий топчан. На нём лежал на животе плечистый темноволосый мужчина в светлых брюках, больше похожих не то на кальсоны, не то на треники. Голову он опустил на сложенные руки и, казалось, мирно спал, подставив солнцу мускулистую, но бледную спину. Сгорит, бедняжка…

Мужчина пошевелился, повернул голову в другую сторону, и я узнала Ольгера.

Я позвала его по имени.

Он вздрогнул, повернулся, опираясь на локоть, и заслонился ладонью от солнца.

– Как устроились? – спросил он с улыбкой.

– Пока всё замечательно. Вы правы, это место очень необычное, и столько неожиданных приятностей. Даже постельное бельё моего любимого цвета…

Ольгер довольно усмехнулся.

– … а террасы за ночь превратились в чудо ландшафтного дизайна. Словно мысли мои кто-то прочитал…

Ольгер снова спрятал довольную улыбку, и тут до меня дошло очевидное.

– Так это ваши штучки?! Как вы узнали, о чём я мечтаю?!

– Это умение присуще ведьмарям моего уровня, – проговорил он. – Я мог бы за него извиниться, но моей вины здесь нет. Я интуитивно чувствую желания людей, особенно если они давние. Если люди не умеют от меня закрываться, их эмоции можно считать, как образы.

– Да ну вас!

– Аля, ну что плохого в том, что я понял, какие цветы вы хотите видеть рядом с собой? – с лёгкой обидой уточнил он.

– Не знаю. Плохого, наверное, нет, – буркнула я.

Хорошего, видимо, тоже было не много. Я поняла вдруг, что мне больше понравилось бы, если бы он просто угадал, случайно. Вот хотел сделать приятное и угадал. Или даже не угадал бы, но надеялся, что угадает, волновался бы, получилось ли, нет ли… А так, сделал гарантированную приятность и теперь ухмыляется. В этом было что-то ненастоящее.

– А как вам новый гардероб? – как ни в чём не бывало поинтересовался Ольгер.

– Не поняла ещё. Девушки чем-то набили шкафы.

– Почему же чем-то? Очень милое платье, – любезно кивнул Ольгер. – А если что-то не понравится, сразу же им говорите, чтобы заменили, поясняйте, что именно хотите, не стесняйтесь.

– Да ладно, главное, чтобы размер подошёл, – промямлила я.

– Размер не может не подойти, – уверенно сказал Ольгер. – У местной прислуги глаз намётанный. Но всё, что они принесут, будет из последних местных модных коллекций. Не обязательно, что вам всё понравится. Отказывайтесь и меняйте на то, что вам нужно.

– И ходить тут среди местных модниц, чтобы они надо мной потешались?

– Пусть рискнут, – сурово отозвался Ольгер.

Он отвернулся от меня и взял с низкой подставки у изголовья стакан с изумрудно-зелёной жидкостью, сделал несколько глотков – и отставил.

– Что это?

– Лекарство, – усмехнулся он. – Вино с добавлением настоя местных целебных трав.

– Ты заболел?

– На ты мы ещё не переходили, – строго напомнил Ольгер. – Нет, это всё матушкины твари. В ближнем бою они могут нанести глубокие раны. Хоботки у них с выдвижными зубищами. Мне, правда, повезло, шкуру сберёг. А вот энергетически они меня затоптали, как слоны. Так что приходится срочно лечиться.