Мальдивская загадка - Тур Хейердал

Аббас Ибрахим присутствовал во дворце, когда мы показывали там камни с солярными знаками, и ему было известно, что мы приглашены президентом. Да вот ведь какая незадача - президент только что улетел в Египет...

Солярные символы типичны для древнейшего пирамидального храма, каким его сооружали на островах у Экваториального прохода

Сейчас нам было не до поисков гостиницы. Оставив девушку присматривать за багажом, Аббас повез нас на прием к важному деятелю, который замешал Хасана Манику.

На этот раз за знакомой стеклянной стеной в министерстве информации нас принял государственный министр при президенте, его превосходительство Абдулла Джамель. Сердечно поприветствовав гостей, он объяснил, что временный Мусульманский комитет, который отказал нам в разрешении искать каменную статую на Фуа - Мулаку, заменен недавно учрежденным Национальным советом лингвистических и исторических исследований в составе пятнадцати человек. К сожалению, продолжал господин Джамель, этот совет не представляет себе суть намеченных нами занятий. В Мальдивской Республике никогда еще не работали настоящие археологи, и в отсутствие президента никто не уполномочен принимать решения.

Наверно, стеклянные стены вибрировали от нахлынувших на меня противоборствующих чувств. Сидевший по другую сторону служебного стола официальный представитель мальдивского правительства, весьма приятный и учтивый человек, говорил от имени комитета, у которого были все основания неодобрительно относиться к иностранцу, приехавшему раскапывать запрещенного Аллахом идола, пусть даже найденного на их земле. Но ведь и сам этот иностранец не стал бы приезжать для раскопок, не будь ясно выраженной просьбы главы вышеупомянутого правительства. Наши приветливые мальдивские собеседники заверили нас, что понимают необходимость удовлетворительного для обеих сторон решения. Они тотчас распорядились забронировать номера в гостинице "Алиа", и мы договорились вечером, когда спадет жара, собраться там, чтобы продолжить переговоры.

В гостинице у нас не было ни минуты покоя. Все время кто-нибудь заходил, чтобы убедиться, что мы не чувствуем себя покинутыми, и заверить, что все будет в порядке, надо только набраться терпения. Пришел Абдул, наш бойкий молодой переводчик в прошлой поездке; заглянул степенный Мухамед Вахид, который тогда сопровождал нас как представитель мальдивских властей.

Большое впечатление произвело на нас знакомство с Мухамедом Лутфи; он занимал высокий пост в министерстве просвещения и был одним из пятнадцати членов Национального совета лингвистических и исторических исследований. Высокий и плечистый, немолодой уже мужчина с приветливым лицом и темной кожей, Лутфи рассказал нам, что двенадцать поколений назад eго предков привезли из Хадрамаута в Южном Йемене в качестве рабов и сделали телохранителями султана в Мале. Потом они взбунтовались, стали вольными людьми и обзавелись семьями, так что добродушный статный Мухамед Лутфи и по отцовской, и по материнской линии был в родстве с султанами. Он поразил нас основательным знанием истории Мальдивов и местонахождения различных древностей. Но еще больше мы удивились, услышав от Лутфи, что ему предложено быть нашим гидом, когда начнутся археологические изыскания на островах. Похоже было, что, несмотря на отсутствие президента, можно надеяться на удачный исход.

Однако вечером над отелем "Алиа" вновь сгустились темные тучи. Когда пришли наш улыбчивый друг Аббас и господин Джамель и мы расположились в креслах в саду, государственный министр сообщил, что ни он, ни Аббас не уполномочены разрешать нам производить какие-либо раскопки. В отсутствие главы государства этот вопрос может быть решен только Национальным советом. И Джамель добавил, что созовет заседание совета, как только все пятнадцать его членов соберутся в Мале. Похоже было, что наша экспедиция сорвется, даже не начавшись... Спокойно, но достаточно твердо я ответил, что не намерен дискутировать с полутора десятками людей, которые все равно не придут к единому мнению. Время дорого, и я обязан положиться на слова президента, сказанные в присутствии Аббаса Ибрахима. Через три дня прибудут археологи, отпущенные на короткое время университетом и музейным руководством, и каждый лишний день, проведенный нами в Мале, сократит срок, предусмотренный для полевых работ.

Аббас поспешил заверить, что абсолютно все за то, чтобы исполнить волю президента. Вылетая из Мале, президент в последнюю минуту поручил Аббасу проследить за тем, чтобы нам было оказано всяческое содействие. За нами даже закреплено на один месяц правительственное госпитальное судно, и господин Лутфи покажет нам все, что мы пожелаем увидеть. Вот только раскопки производить нельзя.

Я выразил признательность за то, что нашему отряду предоставляется чудесная возможность совершить круиз, который, конечно же, доставит нам огромное удовольствие. Однако археологи, несомненно, будут слегка озадачены, если, приехав из далекой Норвегии, в отпущенное им строго ограниченное время не смогут заниматься раскопками. Боюсь, что дело обернется скандалом для всех сторон, хотя, конечно, еще не поздно послать телеграмму, чтобы они не выезжали.

Наш друг Аббас был в отчаянии, и, озабоченный тем, как нам помочь, Джамель тоже чувствовал себя весьма неловко. Подали новую порцию прохладительных напитков, и Аббас сказал, что просит меня извинить мальдивские власти, но ведь до сих пор здесь не работали археологи, поэтому они просто не знают, что это такое. Национальный совет плохо представляет себе, чем мы будем заниматься.

Я понимал, что ситуация и впрямь необычная. Поскольку Манику оставил свой пост, наши письма, похоже, где-то затерялись; тем не менее, хотя почтового диалога не вышло, хозяева в Мале не отрицали, что ждали и желали нашего приезда.

Время было позднее, и, так как Аббас и Джамель утверждали, что воля президента будет нарушена, если я отменю приезд археологов, мне виделся лишь один выход. Составлю за ночь проект контракта, в котором укажу все, что хотели бы сделать археологи, какая помощь потребуется от властей, перечислю права и обязанности обеих сторон. Мое предложение было принято.

Утром до начала рабочего дня мой проект был готов, и Аббас забрал его, чтобы отдать на машинку и затем представить на рассмотрение Национального совета.

Вскоре прибыл самолет, доставивший одного из двух кинооператоров экспедиции; второй вынужден был остаться в аэропорту в Шри-Ланке, потому что кто-то похитил его паспорт. С тем же самолетом прилетели первые журналисты, прослышавшие о наших планах.