Метка Афины - Рик Риордан

— Чарльстон? — повторил Джейсон, так, будто название напомнило ему о чем-то плохом. — Так что именно вы нашли в Атланте?

Фрэнк расстегнул свой рюкзак и принялся вынимать подарки.

— Некоторое количество персикового варенья, пару футболок, снежный шар и… вот эту ловушку для пальцев, которая вовсе не китайская.

Волевым усилием Аннабет приказала себе не выходить из себя.

— Почему бы вам… не начать рассказ с начала, а не с конца?

Они собрались на квартердеке, чтобы Лео тоже мог слышать разговор, не отходя от руля. Перси и Фрэнк по очереди излагали все, что с ними случилось в Аквариуме Джорджии, а тренер Хедж время от времени вставлял замечания вроде: «Это было потрясающе!» или «А потом я лягнул ее в голову!».

По крайней мере тренер, похоже, позабыл, что накануне Перси с Аннабет заснули в конюшне. Впрочем, судя по рассказу Перси, у Аннабет появились гораздо более веские причины для беспокойства, нежели домашний арест.

Когда Перси поведал о содержавшихся в неволе морских обитателях, она поняла, почему он так подавлен.

— Это ужасно, — согласилась девушка. — Нужно им помочь.

— Мы поможем, — пообещал сын Посейдона. — В свое время. Но сначала мне придется придумать, как именно. Жаль, что… — Он покачал головой. — Не важно. Сначала мы должны разобраться с наградой за наши головы.

Тренер Хедж потерял интерес к беседе — возможно, из-за того, что о нем больше не говорили — и убрел на нос, отрабатывать удар копытом с разворота и нахваливать себя за прекрасную технику.

Аннабет сжала рукоять кинжала.

— Награда за наши головы… мало нам чудовищ, которые наверняка будут нас преследовать.

— Наши лица появятся на плакатах «Разыскивается»? — спросил Лео. — А у них есть списки расценок?

Хейзел наморщила нос.

— Что ты имеешь в виду?

— Мне просто интересно, во сколько меня оценили, — пояснил Лео. — То есть, понятное дело, навряд ли я такой же ценный, как Перси или Джейсон… но я в два или в три раза дороже Фрэнка?

— Ну ты!.. — начал было Фрэнк.

— А ну-ка хватит, — приказала Аннабет. — По крайней мере, мы знаем, что наш следующий шаг — Чарльстон и поиски этой карты.

Пайпер склонилась над пультом управления. Сегодня она вплела в косу несколько белых перьев, чудесно смотревшихся на ее темных волосах. Аннабет подивилась, как дочь Афродиты сумела выкроить на это время. Сама она порой забывала даже расчесать волосы.

— Карта, — задумчиво проговорила Пайпер. — Но что на ней изображено?

— Метка Афины. — Перси внимательно посмотрел на Аннабет, как будто боялся, что переборщил. Словно она испускала мощные флюиды «Я не хочу об этом говорить».

— Какая разница, что там, — продолжал юноша. — Нам известно, что эта карга приведет нас к чему-то важному в Риме, к чему-то, что может положить конец разладу между римлянами и греками.

— Бич гигантов, — добавила Хейзел.

Перси кивнул.

— И в моем сне гиганты-близнецы говорили о какой-то статуе.

— Хм… — Фрэнк перекатывал между пальцами свою «не китайскую» ловушку для пальцев. — По словам Форкия, только безумец станет ее искать. Но что же это такое?

Все посмотрели на Аннабет, и у нее начала зудеть кожа головы, как будто мысли, толкаясь, хотели выбраться из ее мозга наружу. Статуя… Афина… греки и римляне, ее кошмары, столкновение с матерью. Кусочки мозаики сложились воедино, но Аннабет никак не могла принять открывшуюся ей истину. Ответ оказался слишком грандиозным, слишком важным и крайне пугающим.

Девушка заметила, что Джейсон изучающе на нее смотрит, как будто наверняка знает все ее мысли, и они ему нравятся не больше, чем ей самой. И снова она подумала: «Почему этот парень так меня нервирует? Действительно ли он на нашей стороне?» А может, об этом говорила ее мать…

— Я… я близка к разгадке, — ответила она. — Если мы найдем эту карту, я буду знать больше. Джейсон, твоя реакция на слово «Чарльстон»… Ты бывал там прежде?

Джейсон неуверенно посмотрел на Пайпер (хотя Аннабет не поняла, почему) и кивнул:

— Ага. Год назад мы с Рейной отправились туда с заданием: спасали имперское золотое оружие из «Ханли».

— Из чего? — не поняла Пайпер.

— Ух ты! — поразился Лео. — Это же первая боевая подводная лодка, успешно потопившая корабль во время Гражданской войны. Всегда хотел на нее посмотреть.

— Ее спроектировали римские полубоги, — продолжал Джейсон. — В ней хранились секретные запасы золотых имперских торпед, пока мы их не вытащили оттуда и не переправили обратно, в Лагерь Юпитера.

Хейзел скрестила руки на груди.

— Значит, римляне сражались на стороне Конфедерации? Как внучка бабушки-рабыни, могу я сказать, что это… не здорово?

Джейсон выставил перед собой руки с открытыми ладонями.

— Лично меня тогда еще и на свете не было. И потом, греки и римляне тогда воевали за обе стороны. Но ты права, это не здорово. Иногда полубоги принимают неверные решения. — Он робко взглянул на Хейзел. — Например, когда мы становимся слишком подозрительными и говорим, не подумав.

Хейзел гневно на него уставилась. Похоже, до нее медленно доходило, что парень извиняется.

Джейсон сделал Лео знак бровями.

— О… да! — подхватил Лео. — То есть… неверные решения. Например, недоверие к чужим братьям, которые могут, знаете ли, нуждаться в спасении, говоря гипотетически.

Хейзел скривила губы.

— Ладно. Вернемся к вопросу о Чарльстоне. Так вы считаете, что стоит повторно обыскать эту субмарину?

Джейсон пожал плечами:

— Ну… Мне приходят на ум два места, в которых следует искать, и одно из них — музей, где хранится «Ханли». Там вообще выставлено много вещей времен Гражданской войны, возможно, карта спрятана в одном из экспонатов. Я знаком с планировкой и смогу провести нас внутрь.

— Чур, я иду, — заявил Лео. — Все это так круто.

Джейсон кивнул, потом повернулся к Фрэнку — тот пытался вытащить пальцы из китайской ловушки.

— Тебе тоже стоит пойти, Фрэнк. Нам может понадобиться твоя помощь.

— Зачем? — удивился здоровяк. — В аквариуме от меня не было никакого толку.

— Вовсе нет, — заверил его Перси. — Только втроем мы смогли разбить то стекло.

— Кроме того, ты — дитя Марса, — добавил Джейсон. — Дэхи побежденных обязаны тебе служить, а в Чарльстонском музее полным-полно призраков солдат-конфедератов. Так что ты поможешь нам их построить.

Фрэнк сглотнул. Аннабет вспомнила рассказ Перси о том, как Фрэнк превратился в огромную золотую рыбку, и с трудом сдержала улыбку. Теперь, глядя на этого здоровяка, она вечно будет представлять его в виде карпа кои.

— Хорошо, — сдался Фрэнк. — Конечно, — он хмуро посмотрел на свои пальцы, силясь высвободить их из игрушки. — А как вообще?..

Лео хохотнул.

— Старик, ты что, никогда раньше не видел таких штучек? Чтобы освободиться, существует простая хитрость. Фрэнк снова дернулся, но впустую. Даже Хейзел давилась от сдерживаемого смеха.

Фрэнк пыжился, сосредоточенно глядя на ловушку, и вдруг исчез. Вместо него на палубе, рядом с теперь уже пустой китайской ловушкой для пальцев, съежилась зеленая игуана.

— Неплохо, Фрэнк Чжан, — сухо произнес Лео, копируя манеру речи кентавра Хирона. — Вот так люди и побеждают китайские ловушки для пальцев — превращаются в игуан.

Все расхохотались. Фрэнк снова превратился в человека, подобрал игрушку и запихал в свой рюкзак. Потом смущенно улыбнулся и сказал, явно торопясь сменить тему:

— В общем, в музее поищем. Но, м-м-м, Джейсон, ты вроде сказал, что есть еще второе место?

Улыбка Джейсона померкла. Аннабет показалось, что он обдумывает что-то неприятное.

— Ну да, — наконец сказал юноша. — Другое место называется Бэттери, это парк рядом с портом. В последний раз я там был… с Рейной.

Он быстро глянул на Пайпер, потом торопливо продолжил:

— Мы видели, как по парку проплывало какое-то мерцающее привидение, или дух, этакая красавица Юга времен Гражданской войны. Мы пошли за призраком, но стоило нам приблизиться, как он тут же исчезал. Потом Рейну озарило шестое чувство, она сказала, что попробует одна — вроде как это чисто женский разговор. Она подошла к призраку, и тот ей что-то сказал, я уверен.

Все ждали.

— И что же он сказал? — наконец спросила Аннабет.

— Рейна ни за что не соглашалась мне рассказать, — признался Джейсон. — Но наверняка что-то важное. Мне показалось, что она… потрясена. Может, она услышала пророчество, или какие-то плохие вести. Впоследствии я никогда не видел Рейну в таком состоянии.

Аннабет обдумывала услышанное. После случая с эйдолонами ей совершенно не хотелось и близко подходить к призракам, особенно, если они внезапно сообщают людям плохие новости и пророчества. С другой стороны, ее мать — богиня премудрости, а знание — самое сильное оружие. Нельзя пренебрегать никакими источниками информации.