Жандарм 2 - Никита Васильевич Семин

я сдам отчет ротмистру Агапонову. Да и насчет уроков фехтования можно будет узнать у командира роты быстрого реагирования.

В институт я пришел за пять минут до начала занятий и, оказалось, сделал абсолютно правильно.

— Григорий Мстиславович, а мы вас уже заждались, — такими словами встретил меня ректор. — Я взял на себя смелость представить вас коллективу, чтобы не было никаких недоразумений. Идемте, а то скоро занятия начнутся, и другого такого случая может не представиться до понедельника.

Из своего кабинета он меня повел в деканат. Просторное помещение с несколькими столами, приставленных друг к другу, и парой диванчиков для отдыха. Само помещение больше походило на совещательный зал, где деканы собирались для обсуждения важных вопросов по управлению институтом или решению иных не менее важных задач.

Когда мы вошли, в комнате стоял легкий гул от общающихся между собой деканов. Что примечательно — опять я не увидел среди них представительниц прекрасного пола, лишь мужчины не младше сорока лет.

Стоило нам войти, как гул стал стихать, пока все собравшиеся не обратили на нас внимание.

— Коллеги, у нас пополнение. Позвольте вам представить — Григорий Мстиславович Бологовский. Наш новый наставник по дисциплине. Поручик в отставке, служил на границе с Персией, имеет боевой опыт. Уж такой офицер сможет навести порядок среди студентов.

Ректор явно был доволен, а вот среди присутствующих деканов далеко не все разделяли его оптимизм. Правда пока они выразили свое недовольство лишь мимикой, не спеша озвучивать свое мнение обо мне. Но далеко не все.

— Ну наконец-то! Хоть какая-то управа найдется на некоторых, а то тот же Антипов совсем распоясался! Уже не стесняясь спорит со мной на занятии! — всплеснул руками низкий худой мужчина.

Длинные разлохмаченные волосы, под стать им борода и черная одежда такого кроя, что чем-то похожа на рясу священника.

— В споре рождается истина, — возразил ему другой профессор.

Высокий, с причесанными назад короткими волосами и в пику первому декану аккуратно подстриженной бородой, хоть та и была длиной в ладонь.

— Ах, оставьте эти свои вольнодумские замашки, — махнул на своего визави рукой «лохматый». — Ни к чему хорошему они не ведут. Или забыли, что из-за такого распутства произошло девять лет назад?

«Опрятный» недовольно поджал губы, но продолжать очевидно давний спор не стал, оставшись при своем мнении.

— Господа, не ссорьтесь, — пройдя во главу стола, покачал головой ректор и указал мне на свободный стул по правую сторону от него в конце сдвинутых столов. — Итак, Григорий Мстиславович, знакомьтесь — Эммануил Йозефович Марецкий, — указал ректор на сидящего слева от него мужчину.

В круглых очках, короткими каштановыми волосами и пусть и длинной, но редкой бородой.

— Проректор по научной части нашего института. Георгий Семенович Скоромыш, — рука ректора указала на человека справа от него.

Мужчина в годах, чуть сутулый, как и большинство присутствующих деканов с бородой, но при этом с огромной лысиной и свисающими по бокам длинными с проседью волосами.

— Проректор по учебной части.

Далее он по очереди представил мне деканов факультетов, коих оказалось восемь человек. Тот, что первым обрадовался моему назначению, оказался деканом факультета философии. Иван Егорович Пирожков. Его оппонент был деканом факультета точных наук — Роман Наумович Истринов. Кроме этого в институте были факультеты истории, механики, экономики, медицинский факультет, факультет права и государственного устройства и факультет биологии. Как я понял из дальнейшего разговора, изначально институт при создании был университетом, отчего и имеет такой обширный список факультетов. Однако после демарша студентов в тысяча девятьсот одиннадцатом году и некоторого числа поддержавших их преподавателей, которые требовали свержения монархии и установления демократической республики, по университету прошли чистки, а само заведение «понизили в звании». Даже удивительно, как после такого у жандармерии здесь нет своих людей. Или есть, но я о них не знаю?

— ... так что присутствие в наших стенах Григория Мстиславовича в наших же интересах, коллеги, — завершил свой спич ректор. — Лично я не хочу из-за бунтарской натуры отдельных студентов встречаться с представителями полиции, или хуже того — жандармерии. У кого-то есть вопросы к нашему новому коллеге?

Ко мне тут же обернулся декан факультета права и государственного устройства — Игорь Вадимович Логинов. Строгий черный костюм сидел на нем как влитой, а худое лицо с крючковатым носом делало его похожим на коршуна.

— Мне бы хотелось узнать, как вы представляете себе свои действия в случае обнаружения нарушения?

— Сначала вынесу устное предупреждение. Если не подействует, то зависит от степени нарушения. В случае срыва студентом занятия — выведу его из аудитории. Продолжит вести себя неподобающе — выведу за пределы института и вызову полицию для его задержания и препровождения в участок.

— С первым согласен, но если дойдет до силового решения, то будьте готовы, что у студента могут оказаться друзья, которые вступятся за него, — тут же предупредил меня Игорь Вадимович. — Кроме этого вы обязаны после случившегося написать записку на имя ректора, где подробно описать происшествие. Иначе ваши действия можно квалифицировать, как самоуправство.

Я благодарно кивнул декану будущих чиновников.

— Больше вопросов нет? — заметив общее молчание, уточнил ректор.

— Мне необходимо на занятия. Лекция должна была начаться еще пятнадцать минут назад, — недовольно покосившись на меня, заявил Роман Наумович.

Никак камень в мой огород, что я так поздно пришел. Но я сделал вид, что не заметил эту шпильку. Но на заметку декана взял.

— Если вопросов к Григорию Мстиславовичу нет, то я больше вас не задерживаю.

Деканы стали кто степенно, кто чуть быстрее, но тоже без юношеской поспешности, подниматься со своих мест и покидать деканат. Оставшись наедине, я не торопился уходить, а решил расспросить Игоря Александровича о тех кружках, что есть в институте и кто их ведет.

— О, это дело не быстрое, — покачал головой ректор. — Я так даже и не упомню, сколько их есть. Лично я ими не занимаюсь. Список есть у моего секретаря. Наверняка есть еще у Георгия Семеновича. Пожалуй, вам стоит об этом поговорить именно с ним. Его кабинет здесь же. Думаю, он как раз отправился к себе. Мои заместители, как и я, преподавательской деятельностью уже не занимаются. Времени нет.

— Благодарю, тогда и я вас покину, — встал я из-за стола.

Проректор по учебной части действительно только зашел в свой кабинет и как раз принялся разбирать какие-то