Спасти нельзя сдаться - Марина Серова

ответить за дочь, – покачала головой женщина. – Надеюсь, Лиза забыла про него, по крайней мере, она не упоминала его в наших разговорах, да и вообще выглядела нормально… И я старалась не травмировать ее лишний раз. К тому же я сомневаюсь в том, что сейчас она еще думает о своем бывшем ухажере, у нее появился новый кавалер, и с ним, думаю, у Лизы все серьезно. Вы сами можете поговорить с ней, хотите, дам ее номер?

– Давайте, – кивнула я. – Буду вам очень благодарна.

Мария Ивановна продиктовала мне номер мобильного телефона Лизы, а потом поинтересовалась:

– Надеюсь, Лиза ни во что не вляпалась? Мало ли в какую историю она может влипнуть… Дочь хоть у меня и умная, но с любым человеком может произойти что угодно!

– Пока я ничего не могу сказать, – уклончиво проговорила я. На случай, если Мария Ивановна что-то станет рассказывать дочери, я добавила:

– Я проверяю всех людей, кто посещает клуб спелеологии. Поэтому ваша дочь – не единственная, с кем бы я хотела пообщаться. Вы не знаете, ее молодой человек, Александр, один проживает?

– Да, Лиза мне говорила, что они вместе живут с ним. У него своя квартира, вот дочь к нему и переехала.

– Двадцать девятого апреля Лиза была вместе с Александром? – задала я новый вопрос.

– Наверно, – пожала плечами Мария Ивановна. – Иначе с кем ей еще быть? Если бы ее молодой человек уехал куда, в командировку, например, Лиза бы домой пришла. Что ей одной делать в пустой квартире?

А мне стало очень и очень интересно: если Лиза живет с Александром, почему в его квартире я не обнаружила ни единой женской вещички? Даже если барышня просто пару-тройку раз в неделю ночует у парня, его жилище непременно оккупируют всевозможные гигиенические принадлежности, расчески, шампуни, ну, зубная щетка, на худой конец. У Шевцова же абсолютно мужская обстановка, без единой дамской безделушки. Почему?

– Вы рассказывали, что после разрыва с Михеевым Лиза впала в депрессию, – произнесла я. – Было ли такое состояние у вашей дочери раньше? Она часто бывает в подавленном настроении или, наоборот, по жизни является оптимистом?

– У каждого человека случаются плохие периоды, – заметила женщина. – Естественно, человек будет на них реагировать апатией, подавленностью, грустью. Но если вы имеете в виду, свойственно ли подобное настроение моей дочери, то скорее нет, чем да. Лиза – реалист, она не впадает в крайности. У моей дочери ровный, стабильный характер, к неудачам она относится спокойно, если может что-то изменить – делает все возможное, дабы исправить ситуацию. Но, к сожалению, не всегда человек способен все контролировать: в случае со Стасом именно так и произошло. Лиза ничего не могла сделать: чужому сердцу не прикажешь. Поэтому погоревала и успокоилась.

– И она даже не попыталась вернуть Стаса? – удивилась я. – Многие женщины идут на что угодно для того, чтоб удержать мужчину. Беременеют, например, ребенок помогает сохранить отношения!

– Нет, Лиза бы не стала этого делать, – с уверенностью заявила Мария Ивановна. – У нее ведь учеба тогда была, спорт… А какой спорт может быть у женщины с огромным животом? Разве что йога для беременных, но Лизе это явно не подходит…

– Аборт Лиза не делала? – спросила я. Мария Ивановна отрицательно покачала головой.

– Нет, у дочери есть принципы на этот счет. Сначала надо встать на ноги, выйти замуж, запланировать беременность и только потом заводить детей. Лиза мечтает, чтобы у ее ребенка была полноценная семья: ее-то отец умер, и воспитывала дочь я одна. Но своим детям она желает лучшего будущего. А беременеть в надежде, что бывший ухажер вернется к ней, Лиза никогда бы не стала. Слишком это рискованно, да и насильно мил не будешь…

– Спасибо, вы мне очень помогли, – я решила закончить наш разговор, так как уже узнала все, что хотела. – Запишите мой номер телефона, если вдруг вспомните что-то или узнаете, что делала ваша дочь двадцать девятого апреля, свяжитесь со мной в любое время дня и ночи.

– Да, хорошо… – Мария Ивановна занесла номер в свою телефонную книжку, и мы попрощались.

Сразу после беседы с матерью Лизы мы со Стасом поехали забирать результаты экспертизы – мне пришло СМС-сообщение, что они готовы. Однако в результате исследования было выяснено, что белый порошок из пакета с мукой ею же и является. То же самое касалось и соли. Выходит, наркотики в доме Шевцова я не нашла.

Но я не спешила вычеркивать Александра из списка подозреваемых. И камеру изымать не торопилась. Из разговора с Марией Ивановной я выяснила, что у Лизы нет алиби на тот день, когда была совершена поломка машины. Если она находилась в квартире Шевцова, никто, кроме самого Шевцова, не мог подтвердить это. Я все больше склонялась к мысли, что парочка действовала вместе. У Лизы был мотив ненавидеть Стаса – ведь он бросил ее ради Надежды, и девушка сильно переживала разрыв. Мать Лизы могла не замечать, что ее дочь вынашивает план мести: о таком никому не рассказывают. Встретив Шевцова, Аксенова каким-то образом настроила мужчину против Стаса, и вдвоем они решили устранить Михеева. Вроде все сходится, за одним маленьким «но»: у меня нет доказательств верности своей теории.

– Женя, мы сейчас еще куда-то поедем? – спросил меня Стас, когда я села за руль.

– Вам куда-то нужно? – вопросом на вопрос ответила я.

– Желательно домой, – проговорил Михеев. – Завтра в девять утра отъезд в пещеру, вы помните? А мне нужно еще собраться, чтоб утром впопыхах не гоняться по магазинам и по квартире…

– Да, конечно, – задумчиво произнесла я. – Про пещеру я не забыла. Поедем сейчас к вам, будете собираться.

Остаток дня Стас укладывал в свой рюкзак все необходимое. Вещи он собирал по списку, выданному Вадимом Ереминым. У Михеева была своя страховочная система со времен увлечения скалолазанием, ее он и планировал взять с собой. Маша и Вадим должны были взять обвязки из клуба спелеологии, но на всех могло не хватить, а своя собственная спелеологическая страховочная система имелась лишь у Осипова и у Шевцова. Стас погрузил в свой рюкзак карабины, веревку, перчатки, плотные штаны и куртку, предназначенную для похода.

– Женя, а вы будете заезжать к себе домой собирать вещи? – поинтересовался Михеев. Я пожала плечами.

– Страховочной системы у меня нет, карабинов тоже. А в качестве одежды пойдут спортивные штаны и футболка с курткой, они у меня с собой. Думаю, я готова.

– Ничего себе! – воскликнул Михеев. – Я вам завидую! Сборы ненавижу, постоянно что-то забываю, а вам и собираться не нужно!

– Просто я привыкла к самым разным ситуациям, – пояснила я. – Мало ли куда придется лезть в ходе расследования, поэтому я ношу такую одежду, в которой удобно выполнять абсолютно любые действия. К тому же не хочется тратить время на лишнюю суету и хлопоты, мне это все равно не нужно…

Надя, вернувшаяся сегодня раньше обычного, застала приготовления в самом разгаре. Мы со Стасом расположились на кухне, чтобы в других комнатах сохранить порядок, наведенный днем Верой Алексеевной. Молодая женщина посмотрела на рюкзак Михеева, перевела взгляд на меня, а потом обратилась к мужу:

– Ты окончательно решил ехать?

– Надюш, ты не волнуйся, Женя поедет со мной! – принялся ее успокаивать Стас. – К тому же это ненадолго – в субботу вечером я уже буду дома!

– А я уже и не волнуюсь, – проговорила Надя с обидой в голосе. – Между прочим, в субботу у меня будет показ, к которому я столько времени готовилась, ради которого сидела на этой треклятой диете и на котором будут присутствовать представители самых известных модельных агентств и кутюрье из Москвы! А тебе только твоя спелеология нужна или другие развлечения! Мог бы ради исключения хоть раз меня поддержать! Только о себе и думаешь!

– Надя, ну опять ты начинаешь! – раздраженно произнес Стас. – Что у тебя за привычка такая появилась – пилить меня по всякому поводу и без него? По-моему, у нас ни дня без скандалов не проходит, и кругом я один виноват!

– А разве нет? – вскинулась та. – Знаешь, за годы нашей с тобой супружеской жизни у меня накопилось много претензий, я просто держала все в себе. Но сейчас мое терпение лопнуло, мне надоело жить