Аромат жасмина - Наташа Данн

— Послушай, Виктория, неужели я такой скверный отец, что ты не могла сказать мне сразу все как есть? Разве ты не знаешь, что для меня превыше всего счастье моего ребенка? Твое счастье значит для меня больше, чем все остальное в этом мире! — Он тяжело вздохнул и мрачно уставился в пол.

Виктория сделала несколько шагов и присела на подлокотник его кресла, в глазах ее стояли слезы.

— Дело не в тебе, — сказала она, обняв отца за плечи. — Просто мне прежде было стыдно об этом говорить. Зато теперь ты понимаешь: мы с тобой должны Мэдисону куда больше, чем просто извинения.

Отец и дочь обменялись выразительными взглядами, а затем Стентон со значением откашлялся.

— Ну что же, сынок, — смиренно обратился он к Мэдисону, — если у тебя найдется для меня время, я бы хотел еще раз услышать твои предложения.

Глава 12

Вся похолодев, Андреа с потерянным видом взглянула на подругу и пролепетала еле слышно:

— Возможно, тут какая-то ошибка. Он не мог… Надо как-то это проверить!

— У тебя что, плохо со слухом? — ехидно спросила Моу. — Разве я не ясно сказала: подписал Мэдисон Макки. В чем еще тебе надо удостовериться?

— Мне все-таки кажется, что сначала нам следует все хорошенько выяснить, а не паниковать.

Морин печально покачала головой:

— Послушай, Андреа, неужели он так заморочил тебе голову, что ты потеряла способность реально смотреть на вещи? Перестань постоянно его оправдывать!

Андреа молча встала с кушетки и неверной походкой направилась к столу.

— Я собираюсь позвонить Мэдисону, — неожиданно спокойным голосом сказала она. — Надо дать ему шанс объясниться.

Моу с сомнением покачала головой:

— Зачем? Ты только напрасно потратишь время.

Андреа готова была разрыдаться.

— Я должна. Для себя, — еле слышно прошептала она.

— Давай, давай! Все равно этим ты ничего не добьешься. Он накормит тебя очередной сказочкой. Если ты все еще веришь в его благие намерения, уговорить тебя ему не составит труда. — Моу вскочила с кушетки и обняла подругу за плечи. — Я знаю, что ты здорово привязалась к этому парню, но теперь тебе пора понять — он такой же хитрый и скользкий, как и все люди его круга. Макки с самого начала знал, что уничтожит меня и мой «Сандиал-Хаус», а все остальное было лишь для отвода глаз.

— Я все еще считаю, что нам надо его выслушать, — тихо повторила Андреа.

— Ну тогда я сдаюсь. — Морин негодующе всплеснула руками. — Делай то, что считаешь нужным, а мне пора заняться делом — через полчаса сюда придут люди на ленч. — Она повернулась, направляясь к двери, но у выхода, чуть задержавшись, добавила: — Я этого так не оставлю, Мэдисон Макки еще пожалеет, что связался со мной.

С этими словами она вышла, громко хлопнув дверью.

Несколько секунд Андреа молча смотрела на телефон, собираясь с духом, потом сняла трубку и набрала знакомый номер.

Когда секретарь ответила ей, что у хозяина офиса совещание, она почувствовала мгновенное облегчение, так как не была готова к тому, чтобы из уст Мэдисона услышать подтверждение печального известия.

— Пожалуйста, передайте, что звонила Андреа Дюссо, и попросите перезвонить мне, как только он освободится.

Повесив трубку на рычаг, Андреа медленно опустилась в кресло. Она прекрасно понимала, что скорее всего просто пытается утешить себя, однако интуиция подсказывала ей: всему этому должно быть какое-то рациональное объяснение.

Собравшись с силами, она прошла в фойе, чтобы принять на себя заботы по обслуживанию клиентов в главном обеденном зале, в то время как Моу наверху занималась заказным ленчем.

В час дня Андреа вновь набрала номер Мэдисона.

— Мистер Макки ушел обедать, — сообщила секретарь.

— Это опять Андреа Дюссо. Я просила передать, чтобы он перезвонил мне после совещания. — Она едва сдерживала раздражение.

— Мистер Макки получил ваше сообщение. Я уверена, что он вам позвонит, как только найдет время.

— Спасибо. — Андреа со стуком положила трубку на рычаг и уставилась в пространство. Ее чуть не затошнило при мысли о том, что Мэдисон сознательно избегает разговора с ней. Моу права — он ее просто использовал как последнюю дуру, и то, что случилось в Седоне, тоже было частью его подлого плана. Боже, какой стыд!

Взгляд Андреа бесцельно блуждал по столу, пока не зацепился за пометку, сделанную рукой Моу в календаре. «Пятница, Андреа возвращается в Нью-Йорк». Еще четыре дня. Но стоит ли ждать так долго? Или мало бед она уже натворила? Даже лучшая подруга возненавидела ее! Нет, ни к чему ей здесь оставаться. С холодной решимостью Андреа взяла в руки справочник и, отыскав нужный телефон, вновь подняла трубку. Медлить больше не имело смысла, она покинет Финикс еще до вечера.

Двигаясь словно лунатик, Андреа собирала вещи. Никаких мыслей, никаких чувств. После двух часов слез и самобичевания она превратилась в робота и в конце концов совершенно запретила себе думать о чем бы то ни было. Чуть-чуть ослабить вожжи, и можно сойти с ума.

Дверь в передней хлопнула, и она замерла, мысленно готовя себя к худшему.

— Что это ты делаешь? — возмущенно воскликнула Моу с порога.

— А ты как думаешь? — Не поднимая опухших глаз, Андреа продолжала тщательно складывать блузку.

Моу растерянно присела на край кровати.

— Ты плакала? Прости, детка, — нежно проговорила она. — Не стоит принимать всерьез все те глупости, которые я тогда наговорила.

— Дело вовсе не в твоих словах.

— Тогда зачем ты укладываешь вещи?

— Потому что для всех будет лучше, если я уеду сегодня. Из-за меня ты попала в беду. А я? Даже не хочу думать о том, в какую гадость я сама вляпалась.

Моу вздохнула:

— На самом деле я считаю, что Макки не так уж плох. Уверена, что к тебе он испытывает искренние чувства, и… Знаешь, я подумала, может, правда есть всему случившемуся какое-то объяснение?

— Благодарю за дружбу. — Андреа попыталась улыбнуться. — Будем надеяться, время все поправит. Мой самолет улетает в пять. — Она захлопнула чемодан.

— Но мы могли бы по крайней мере поговорить? — Моу схватила Андреа за руки. — Это ни к чему. Я знаю, что ты права.

— Нет, не знаешь. Это мне надо было открыть глаза пошире! — с чувством воскликнула Моу. — Ты пыталась дать мне совет, а я отмахнулась от него.

Андреа озадаченно посмотрела на подругу:

— Вот как? И какие такие мудрые слова ты от меня услышала?

— Хочешь, скажу, в чем разница между нами? Ты всегда готова признать правоту других, отказывая себе в праве судить верно, в то время как я чертовски самоуверенна.