Аромат жасмина - Наташа Данн

— Ты теперь совсем как джинн из бутылки! — счастливым голосом сообщил Кристофер.

Пока они шли к машине, необычный головной убор Моу откровенно привлекал к себе внимание публики, и это успело их утомить. Кристофер, впрочем, при этом не испытывал ничего, кроме восторга. На пути домой он трещал без умолку, рассказывая обо всем, что успело произойти в отсутствие матери.

— Как хорошо дома! — с чувством произнесла Моу, когда они наконец поднялись на крыльцо. Она вставила ключ в замок, а Кристофер и Андреа украдкой обменялись многозначительными взглядами.

Увидев огромный транспарант, свисавший с потолка гостиной, Моу в растерянности прижала ладонь к губам. На желтой ткани блестящими буквами было выведено: «Добро пожаловать домой». Повсюду подрагивали в потоках воздуха воздушные шары и спирали серпантина.

— Вот это да! — По лицу хозяйки дома было видно, что она действительно растрогана.

— У нас еще есть торт и мороженое! — гордо сообщил Кристофер и потянул мать к столу.

Моу чуть не прослезилась:

— Спасибо. Вы для меня — самые лучшие люди на свете, и я хочу, чтобы вы это знали. — Чмокнув каждого в щеку, Моу в изнеможении опустилась на стул.

— Ты в порядке? — с беспокойством спросила Андреа.

— Просто немного устала. Надеюсь, торт и мороженое вернут меня к жизни.

«Моу выглядит совсем неплохо, — подумала Андреа, — особенно если учесть, что совсем недавно она перенесла серьезную операцию, а потом еще и достаточно длительный перелет».

— Как там моя команда? — Морин кивнула в сторону «Сандиал-Хаус».

— Все отлично. Они шлют тебе горячий привет.

— Может, заскочить поздороваться?

— Успокойся, завтра у тебя будет сколько угодно времени, чтобы с ними пообщаться.

Едва Андреа успела подать десерт, как в дверь позвонили.

— Вы ешьте, а я посмотрю, кто там. — Она поднялась и пошла открывать.

На пороге стоял мальчик-посыльный с целой корзиной фруктов.

— Господи, вот это да! Вы только посмотрите на этот презент!

— Надо полагать, от наших знакомых бандитов? — осторожно спросила Моу.

— Пока не знаю.

Отпустив посыльного, Андреа вынула из корзины маленький конверт и протянула его подруге.

Моу нахмурилась и презрительно поджала губы.

— Это от Мэдисона Макки. Сюрприз, которого не ждали.

Андреа молча подождала, пока Кристофер отправится смотреть телевизор.

— Сейчас ты готова поговорить о Мэдисоне? — спросила она и умоляюще посмотрела на Морин.

— Я устала и не стану ни о чем разговаривать, пока ты не расскажешь о той ночи, что провела с ним в скалах.

— На пожарной вышке.

— Какая разница.

Андреа покраснела. Моу смотрела на нее так, будто воочию видела все, что там происходило.

— Ну так как это понимать: мимолетная страсть или что-то более серьезное?

— Пока не знаю, но одно могу сказать — это не просто флирт. Я сейчас живу одним днем.

— Мне горько опускать тебя с небес на землю, но все-таки хотелось бы знать, каким образом все это отражается на мне и на моем ресторане?

— Мэдисон придумал решение. Он не посвятил меня в подробности, но сказал, что все может получиться лучше, чем ты способна вообразить.

— Должно быть, он волшебник, а не адвокат, иначе, работая на моего противника, он не может заодно угодить и мне.

Андреа молчала.

— Ты всерьез влюбилась в этого парня, так?

— Я и представить не могла, что такое возможно, но… Да, я влюбилась.

Моу вздохнула:

— Ну и дела. Ты его любишь, Кристофер в нем души не чает, а я стою между вами, и, что бы я ни сделала, все будет плохо.

— Послушай, почему бы не дать Мэдисону шанс — вдруг он и вправду придумал что-то стоящее? Пообещай по крайней мере, что выслушаешь его.

Поднявшись, Моу внимательно посмотрела на подругу:

— Ладно, утро вечера мудренее. — Она зевнула. — А теперь нам обеим не мешает немного вздремнуть.

Глава 11

В понедельник утром Морин носилась по ресторану как угорелая, поражая всех, и в первую очередь Андреа, своей энергией. Казалось, она никогда и не покидала своего рабочего места, по крайней мере надолго. И выглядела она вполне привычно: румянец покрывал ее щеки, а в глазах светилось веселье. Единственное, чем Моу отличалась от себя прежней, так это прической и цветом волос. Впрочем, купленный накануне каштановый парик неплохо подходил ей и выглядел вполне органично. Помогая Моу накрывать столы к ленчу, Андреа с удовольствием вспоминала прошедшее воскресенье. Чудесный был выходной! Единственное, что омрачало ее настроение, так это отсутствие звонка от Мэдисона. Андреа решила, что, следуя врожденному чувству такта, он просто не хотел мешать их с Морин встрече; в то же время ей не терпелось узнать, удалось ли ему сдвинуть дело с мертвой точки, а для этого надо было прочесть присланные Моу предложения, которые, судя по всему, должны полностью изменить ситуацию.

Во время воскресного ужина Кристофер в который раз рассказывал матери, как здорово они играли с Мэдисоном в парке и как интересно было ему на ранчо. Андреа, исподволь наблюдая за реакцией подруги, с удовлетворением отметила, что та уже не кривит губы при упоминании ненавистного имени. Возможно, позиция в отношении «Сандиал-Хаус» в конце концов станет не такой жесткой, и она по крайней мере сможет непредвзято выслушать то, что ей предложит Макки. Андреа не терпелось вновь завести разговор на эту тему, но она каждый раз одергивала себя: надо было дать Моу возможность сначала все спокойно обдумать самой.

— Взгляни-ка на эти чудесные картины! — Андреа открыла старинной работы шкаф, стоявший на верхней площадке лестницы. — Зачем им здесь пылиться? Давай развесим их по стенам, пусть гости любуются.

Морин состроила недовольную гримасу.

— Некогда. Может, на следующей неделе. — Тут она в испуге округлила глаза: — Боже мой, тогда тебя здесь уже не будет! Ты уверена, что должна лететь в Нью-Йорк в пятницу? — Моу опустила вазу с цветами на стол и в растерянности посмотрела на подругу.

— Ты же знаешь: в понедельник я должна быть на работе. К тому же за выходные мне еще надо найти квартиру.

Морин бросила в сторону Андреа быстрый взгляд и, поправляя букет в вазе, осторожно спросила:

— А как насчет Мэдисона, какая ему отводится роль в Нью-Йорке?

— Вот уж, честное слово, не знаю.

Андреа и сама уже не раз задавала себе этот вопрос, и он неизменно ставил ее в тупик. Несмотря на то что Мэдисон, казалось, относился к ней со всей искренностью, на которую только был способен, он ни разу не намекнул ей, что их всепоглощающая страсть может перейти в какие-то более прочные отношения. Делал ли он это сознательно или, возможно, она сама старалась уйти от скользкой темы?