Лишённые смерти - Якимова Валерьевна

   "Она продолжает пьесу", - отметил Гектор и снова выругался про себя. Мало украсть куклу! Её нужно ещё разговорить, выбить из образа, утверждённого для неё хозяином на эту ночь!

   - Платье и камешки мне - и брысь отсюда, - мрачно повёл не свою роль вампир, и кукла задохнулась от возмущения: такая реплика в пьесе Нефандуса не значилась. Неприятный поворот событий!

   Остался один способ заставить пассажирку снять маску - сыграть на чувстве голода хозяина, утомляемого содержанием многих рабов. На таком расстоянии от лабиринта, полуслепой Нефандус вполне мог принять бессмертного - за смертного, тем более что сердце Гектора сейчас так и заходилось от волнения. И вампир нарочно повернулся к даме боком. Потом, прилежно играя добычу carere morte, он вовсе отвернулся, якобы случайным движением приоткрыл беззащитную шею.

   Дама странно затихла, и на мгновение Гектор испугался, что Нефандус всё-таки решил оставить это тело. Но женщина рванулась вперёд. Руки мертвеца пробили стекло, цепко схватили человека. Гектор ощутил краткое холодное прикосновение острых клыков к шее... и кукла отпрянула и забилась, удерживаемая за запястья сильными руками.

   - Либитина... Властительница мёртвых, - задыхаясь от неподдельного, ненаигранного восторга зашептал вампир. - Не фиглярствуй... Недостойно королевы мёртвых... Откройся мне!

   В глазах куклы полыхнула ненависть, сравнимая по испепеляющей силе с солнцем:

   - Кто ты такой, чтобы я...

   - Богиня! Я отниму лишь мгновение.

   - Ты умрёшь сегодня, бессмертный!

   - Не торопись! Я могу дать тебе, Либитина, много-много великолепного м-м... материала.

   Дама, казалось, успокоилась, и Гектор отпустил её.

   - Я не от Дэви. Я ему враг. Ты знаешь о поисках Избранного, что ведёт Владыка? Я из группы его ищеек.

   - Ты в группе ищеек Дэви и ты не от Дэви? - на губах куклы отразилась усмешка хозяина.

   - Я ему враг, - вновь повторил Гектор.

   - Мечтаешь забрать Избранного себе? - кукла широко, плотоядно улыбнулась, показав высохшие мёртвые дёсны и желтые оголившиеся зубы, провела язычком по кромке зубов... В глаза вампиру неприятно бросились её клыки - размером не больше человеческих, но острые, похоже, подпиленные каким-то инструментом.

   "Ах-да, у кукол не растут клыки. Можно залатать раны, но мёртвое тело не заставишь вырастить недостающий орган, - запоздало понял Гектор и тут же вспомнил о странном обычае людей севера: они хоронили своих покойников с вырезанными глазами и сердцем. - Видимо, чтобы их мертвецами не смог воспользоваться Нефандус".

   - Что тебе нужно от меня? - дама прищурилась.

   - Сведения. Мне нужна истинная история Великого вампира. Я знаю, что ты знаешь её, богиня. Взамен... - Гектор перевёл участившееся дыхание и невозможным усилием воли заставил замолчать бешено бьющееся сердце. - Взамен я подарю тебе всю Карду. Каждого жителя. Лучшие будущие экземпляры твоей коллекции кукол! Подробное описание внешности. Особенности защиты дома. Пути проникновения в жилище для carere morte. Вкус крови... Эти сведения я собирал пять лет.

   - Сведения точные? - в глазах дамы вспыхнула заинтересованность.

   - Да. Мы перепроверяли всё дважды. Расскажи мне историю Великого и получишь подробную э-э... персональную карту Карды.

   - Карта у тебя с собой?

   Гектор усмехнулся.

   - Нет, королева. У меня в убежище. Это недалеко, я укажу путь. Прикажи своему рабу - он доставит. Только сперва расскажи...

   Кукла сверкнула глазами:

   - А ты всё продумал...

   - Гектор.

   - Гектор. Но если я солгу?

   - Я умею различать ложь.

   Минута прошла в молчании. Собеседники изучали друг друга. Краем глаза Гектор заметил знакомую птицу - чёрный силуэт на верхушке дерева на краю кладбища. Но вот кукла устроилась поудобнее на сидении и начала:

   - Что я могу рассказать о Великом? Это случилось во времена, когда вампирами правил некто Улисс Алитер. К Владыке пришёл юноша и попросил бессмертия. Было это незадолго до Бала вампиров - ночи инициаций, и Алитер согласился. Он пожелал обратить его в ночь Бала, и бал обернулся трагедией. Инициация смертного убила Владыку. Его тело иссохло, будто века провело в земле, юноша же стал Великим вампиром, сильнейшим из всех. Лишь Дэви сумел укротить его. Дэви и Великий развязали войну за Карду. Орден был изгнан. Охотники ушли в Дону, и вампиры праздновали победу. Только Великий пробыл с ними недолго: его голод и жажда убийств были неутолимы. Он ненавидел своё существование и однажды вышел на солнце, пренебрегая законом. Говорят, всё потому, что тот Великий был обращён против воли... В последний момент тот юноша, Избранный, отказался от предлагаемого бессмертия, и тогда Алитер заставил его силой. Владыка напрасно отверг старое правило: инициация должна быть добровольной.

   - Это известно всем, - нетерпеливо сказал Гектор. - Мне нужно другое.

   - Что?

   Вампир обескуражено молчал. Действительно, что? Как чётким вопросом очертить контуры своего расплывчатого, туманного недоумения? Какую тайну скрывает Владыка?

   - Владыка никогда не говорил, кто будет инициировать Избранного, - нашёлся он. - Мои юные друзья уверены, что он заставит кого-то силой. А что думаешь ты, Либитина?

   Вампирша облизнулась как кошка:

   - Не гляди на меня с таким страхом, милый, смешной Гектор. Лучше бойся Зеркальной галереи Дэви! Просто я очень люблю кукол. Ты видишь, как я берегу их... Либитина думает... думает, что Владыка желает сам осуществить эту инициацию.

   - Что?!

   Лёгкий, полушутливый вопрос, нацеленный лишь на то, чтобы разговорить собеседника, внезапно обернулся крушением всех представлений об Избранном, Даре, целях Владыки. Это было какое-то безумие.

   - Какое-то безумие... - пробормотал Гектор.

   - Никакого безумия! Алитер не погиб при инициации, Гектор. Его тело разрушилось, но дух накрепко связался с Даром, перешёл в него. Ты задумывался, почему Дар часто называют проклятым? Проклятие Избранного - частица Алитера, она до сих пор в Даре, она теперь подлинно вечна.

   - Наш Владыка безумен.

   - Только лишь умён. И горд. Ему давно мало бессмертия carere morte! Он мечтает о другом - подлинно вечном, неуязвимом. Ему стала мала оболочка языческого бога - она слишком телесна. Дэви надеется стать богом другой, не юной - зрелой религии. Властительным духом...

   Нефандус прервался. Вновь облизнулся и вдруг спросил:

   - Ты мне веришь?

   - Да, - прошептал Гектор. - Да, теперь я всё вижу ясно.

   Быстрым движением он достал из неприметного кармана сюртука конверт, протянул даме в разбитое окно.