Золото дракона - Пирс Энтони

— Не знаю, королева больше ничего не говорила. При ней был этот придворный, который… э… чуть не лижет ей ноги и они… ну да неважно. Главное, у них есть еще один круглоухий.

— Я ничего об этом не знаю, — проворчал Морвин. — Зато знаю об этом ничтожестве. Королева пускает их к себе в постель, а когда устает, просто выбрасывает вон. Таким, как он — одно название…

— И для подобных женщин тоже, — вставил Лес.

— Больше ничего не удалось узнать, — вздохнула Хелн. — Но королева явно не шутит.

— А Затанас? — спросил Мор. — Он опаснее всех.

— Он против. Боится магии круглоухих и даже пытается отговорить Королеву. Но если его волшебство не подействует — королева настоит на своем. Жаль, что я не сумела узнать больше.

— Ты сделала, что смогла, девочка, — утешал Морвин. — Мы предупреждены и будем настороже. Теперь отдыхай!

Хелн, устало улыбнувшись, откинулась на подушку и мгновенно уснула.

У Келвина все горело внутри. Завтра Скэгмор и битва, в которой решится — смогут ли они добраться до Скептора и дворца. Хелн потребовала, чтобы он утвердил себя, Келвин так и сделал и спас Рыцарей от сражения, но по-прежнему ненавидел войну. Быть солдатом не для него.

— Фортуна позвала меня, а я сбежал и со мной дьяволы…

Келвин подпрыгнул. Морвин пел! Фальшиво, немелодично, но пел! Заметив удивление Келвина, здоровяк расхохотался.

— Это я просто так. Видно, тебе не очень все это нравится, Хэклберри!

Келвин кивнул.

— Пойдем в мою палатку. Нам нужно потолковать.

Келвин, чувствуя странную неловкость, последовал за Морвином, ожидая увидеть в палатке Леса или кого-нибудь из офицеров, но там никого не было.

На столе стояла большая бутылка с янтарной жидкостью. Мор поднял ее, взмахнул в сторону Келвина.

— Выпьем, парень?

— Нет, — неловко пробормотал Келвин.

Он как-то попробовал спиртное и возненавидел его, а узнав, что Хелн тоже не пьет, решил, что, возможно, на круглоухих крепкие напитки действуют по-другому, чем на местное население.

— Я никогда не рассказывал тебе о старых временах? — спросил Морвин. — Мы сражались с войсками королевы и побеждали. Дошли до Скэгмора, а потом…

Холодный озноб прошел по спине Келвина. Завтра предстоит битва при Скэгморе. Очевидно, Мор неспроста завел этот разговор.

— Волшебство? — прошептал он, боясь ответа.

— Магия круглоухих, сынок. Застала нас врасплох. Круглоухие… Боги не так судили, Хэклберри. Не так.

— Расскажи, — попросил Хэклберри с внезапным интересом.

Если Мор знает о круглоухих…

— Это было давным-давно, но я помню все, как будто это было вчера. Я убивал круглоухих мечом, знаешь это?

— Предполагал, — признался Келвин, усаживаясь на табурет.

— Их трудно победить. Великие воины. Но хуже всего у них волшебное оружие. Не стрелы и меч, нет. Чародейство. Гром, который, взрываясь, разносит на куски всадников коней. Молнии, поражающие людей и проникающие даже сквозь латы. О, Хэклберри, это было ужасно. А некоторые даже летали, летали над головами, но не как птицы. Я видел, как двоих сшибли стрелой из арбалета и они упали на землю. Но третий взлетел высоко и управлял молниями. Люди, лошади, деревья — все превращается в пылающие дыры. Мы бежали, бежали, спасая свою жизнь.

— Понимаю, — кивнул Келвин.

— Разве?

Морвин схватил его за руку, пьяно глядя в лицо.

— Мы были словно трава под стальным серпом. Представляешь, что значит оказаться лицом к лицу с таким созданием!

— Вы говорили, я один из них, — напомнил Келвин.

Это был самый резкий упрек, который он осмелился бросить Крамбу.

Морвин пронзительно взглянув на него, покачал головой.

— Может, ты один из них сынок, но не владеешь их волшебством.

— Нет, — признался Келвин.

Почему он ощущал, что Морвин видит его насквозь? Видит страх и боязнь, как глубоко бы Келвин ни пытался спрятать их.

Он судорожно сглотнул:

— Нет… Конечно нет, разве только немного могу заклинать растения, а это совсем не то. Но…

— Но овладеешь этой магией, так?

— Я… не знаю.

Вскочив, Келвин вылетел из палатки, глотнул чистого холодного воздуха. И только равнодушные глаза далеких звезд глядели на него.

19. Скэгмор

— Как думаешь, плохо придется? — спросила Джон.

— Меня всего трясет, — призналась Хелн. — Они знают, когда мы придем и откуда, так что успеют приготовиться. Драконов на этот раз не будет, потому что мы можем их обращать против королевских войск, но солдат очень много. Хотела бы…

— Я тоже, — перебила Джон. — Но Морвин полон решимости сражаться и победить и убедил в этом Келвина, так что ничего изменить нельзя. Люди так глупы!

— Наконец-то ты поняла, — сухо кивнула Джон. — Вот она, участь мужчин! Идти на верную смерть!

— Ты права. Поэтому доля женщины — женить на себе мужчину, заставить его осесть на земле и вести спокойную жизнь.

— Тебе нравится жить на земле? По-моему, ужасно скучно!

— Все ж лучше, чем быть выставленной на аукционе.

Джон кивнула:

— Все же…

— Просто нужно, чтобы это был твой мужчина.

— Как же это узнать?

— Ты слишком молода, Джон. И я тоже. У нас еще есть время!

— Особенно если все мужчины погибнут! — заметила Джон.

— Будем надеяться, что Рыцари победят, королева отречется и войны не будет. Тогда я очарую твоего брата, а ты… сможешь выбирать кого угодно.

— Думаешь, я в самом деле…

— Конечно! Ты такая хорошенькая, если только немного позаботишься о своей внешности!

— Уже пыталась однажды — и чуть не убила брата, — с горечью пробормотала Джон.

— Он был плохим человеком. Использовал тебя. Но если ты поищешь хорошенько, обязательно найдешь.

— Если хорошие выживут в бою.

Хелн улыбнулась.

— Давай договоримся… если мы победим, все хорошие люди останутся в живых. Тогда я помогу тебе стать настоящей девушкой, а ты попытаешься изо всех сил.

— Не знаю…

— Хочешь, чтобы победила королева?

Джон в ужасе встрепенулась.

— Ни за что! Конечно, я согласна.

— Ну вот, даже малое волшебство помогает, — кивнула Хелн.

Они пожали друг другу руки.

Скэгмор был невероятно уродлив. Выцветшие на солнце армейские бараки, висевшая клочьями краска, поломанные заборы, разбросанные кучи мусора. Повсюду стояла вонь, типичная для военных городков — пахло лошадиным навозом, отхожими местами, гниющими отбросами. Достаточно неприятно…

Стояла такая тишина, что был слышен шелест птичьих крыльев.

Келвин оглядел Рыцарей и недоумевающе покачал головой. Странно, почему здесь так пусто? Враг ожидал нападения. Но королеве не было известно, что Хелн сумела все подслушать. Значит, Рыцарям приготовили западню. Неужели они добровольно шагнут в западню? Да, но только чтобы расставить свою — вызвать королевские войска на открытый бой, так, чтобы они почувствовали себя в выгодной позиции, атаковали уверенно и потеряли осторожность. Потом…