Дети Русколани - Илья Маслов

И Солнце поднималось над Закатом. Языческие Боги вернулись.

Два человека стояли в чистом поле и безмолвно смотрели вдаль. Один из них, облаченный в богатые одежды, был довольно молод, но печальные, полные усталости, глаза мешали назвать его юношей. Другой был высоким и жилистым стариком с длинной седой бородой и длинными же волосами, опирающимся на резной посох. Как же он хотел помочь своему молодому спутнику, ответив на все его вопросы и разрешив все сомнения… Но так уж устроены люди, что во всяком объяснении им открывается новая тайна.

Наконец, волхв Богумил решил нарушить молчание:

-Тебя беспокоит будущее Заката, Володар? После всего, что было сделано тобою и другими вождями во имя мира?

Царь кивнул:

-Я не нахожу покоя и не чувствую уверенности в том, что сделанного – достаточно. Неужели все жертвы, принесенные во имя нашей свободы, могут оказаться напрасными?

-Могут, Володар…

Владыка Русколани тяжело вздохнул. Богумил продолжил:

-Зло невозможно изгнать насовсем, оно – неизбежный спутник Добра, ведь то, что мерзко и отвратительно для нас, является сокровенной страстью для иных. Но отстоять свое Добро, свою Правду мы можем. Как можем и отогнать враждебные силы еще дальше.

-Ты говоришь об этом так спокойно, Богумил… Но я люблю – понимаешь? Люблю! – нашу Землю, наш народ… Неужели ему еще будет грозить подобная опасность?

-Будет. Но он преодолеет ее.

-Я не обладаю твоей мудростью. И эти слова наполняют мое сердце печалью.

-А как ты представляешь себе мир без борьбы, мир, застывший на одном месте, мир жирных и самодовольных ничтожеств, позабывших о мужестве и о сладости риска? Не ты ли бежал бы первым из этого мира?

Володар подумал и кивнул.

-Я не говорю, что ты не прав, волхв. Но… неужели и союз, заключенный между народами, победившими Хейда, обречен временем?

-Увы, это так. Огромные расстояния и грядущие годы изгладят память о необходимости единства, как это уже происходило не раз. Ничто не вечно, царь.

Володар повесил голову. Ничто более, чем эти простые слова, сказанные волхвом, не могли смутить разум этого сильного и храброго человека. Но неожиданно Богумил положил руку ему на плечо и громким, исполненным непоколебимой веры, голосом продолжил:

-Но придет еще время, когда люди поймут свои ошибки, и Единство наших потомков воцарится несокрушимо! Грядущие поколения построят большие, красивые города, проложат широкие дороги, переплывут моря и овладеют тайной полета в небесах. И чем больше будут проникать они в тайны Природы, тем чаще будут устремляться разумом в наши времена, вспоминать наши заветы и наши дела – и никто, никакой враг – ты слышишь, Володар?! – никакой враг не сможет остановить их на пути ко все новым и новым вершинам! В это я верю – и никто, никогда не сможет поколебать моей веры в славное будущее нашего народа! За это ты сражался, Володар. Это – достойная судьба, которой стоит гордиться…

-Может быть. Я не ропщу на Богов.

-Воистину подвиг – защитить границы Арьяварты от этой проклятой заразы! Ты не хуже меня знаешь, что Хейд, как и все его предшественники, был игрушкой в руках темных сил. Такие, как ты, охраняют будущее человечества, будущее ариев, Володар!

-Не слишком это у нас получается…

Богумил улыбнулся:

-Ты сказал так, не подумав. Пусть не навсегда, но на долгие годы силы Мрака забудут путь в землю ариев!

Царь и волхв опять замолчали. Они любовались закатом, бескрайним полем вокруг и табуном коней, пасшимся у самого горизонта.

А победившему воинству предстоял дальний путь домой.

Страшный всадник ехал по дорогам Заката…

Белый конь нес его, закованного в измятую ударами броню, все дальше и дальше, будто зная, куда стремится хозяин. Казалось, в седле – мертвец, так безжизненно, безвольно склонился он к гриве. В спине и щите, закрепленном на левой руке, торчало множество стрел и даже несколько сломаных дротиков. Часть плюмажа на шлеме отсутствовала, а сам всадник был с головы до ног забрызган грязью и кровью. Это и был Хейд, волею случая избежавший пленения на поле брани.

Разумеется, сознания он не потерял. Им попросту овладела апатия, нежелание двигаться, бороться за жизнь. Только что, несколько часов назад, все земли на много переходов вокруг принадлежали Хейду – а теперь он в одиночестве находился в глубине враждебной территории. Нет, нападения вилленов или разбойников он не боялся – другое дело, что ему было некуда ехать. Нет цитадели, нет армии. Нет больше ничего, теперь он еще более беден, чем в начале восхождения к славе – тогда впереди были сражения и победы, он знал, что делать, а теперь… Как начать теперь все заново, если народы Заката наконец-то объединились, и на страже их единства стоят многотысячные воинства Арьяварты?? Попытаться дождаться нового благоприятного часа?

Инстинктивно он выбирал путь на Север. Закат и Восход были смертельно опасны, а на Полудне и без того хватало своих тиранов, которые не нуждались в соперниках. Хейд знал, что на него и на всех оставшихся в живых вампиров уже идет охота…

Когда позади с громкими криками появилось несколько всадников с обнаженными мечами, Хейд неожиданно четко и ясно понял: даже теперь умирать он не хочет. Жить! – пусть даже таким отверженным скитальцем, бесправным и ненавидимым! Он развернул коня навстречу врагам, но тут же вспомнил, что потерял меч. Тогда Хейд стремительно, не смотря на сковывающие движение доспехи, спрыгнул на землю и скрылся в зарослях у дороги. Разумеется, всадники не смогли его настигнуть. Так Хейд лишился коня, а чуть позже выбросил и щит со шлемом за ненадобностью и чтобы не цеплялись за ветви.

Теперь он уверенно направлялся в сторону океана. Спустя несколько дней ему открылось побережье и небольшая рыбачья хижина чуть ли не на линии прилива. Хозяин ее, старик из прибрежных туатов, близоруко прищурился и почтительно склонился перед представшим ему вампиром. Видимо, сюда еще не дошли вести о падении Империи Хейда.

-Мне нужна твоя лодка, старик.

Это наверняка означало голодную смерть для рыбака, но он с готовностью, подобострастно закивал:

-Конечно, ведь Небесный Господин велел почитать земных господ и делиться своим имуществом с нуждающимися в нем…

Хейд посмотрел ему прямо в глаза, хорошо зная силу своего взгляда. Рыбак повалился на колени, решив, что чем-то прогневал вампира. Страшный гость почти прошептал:

-Небесного Господина нет. Его придумал для вас, рабов, я…

Вдруг Хейд вцепился в плечи старика, рывком поднял его в воздух, встряхнул и бросил на влажный песок побережья. Воздев руки, вампир закричал: