Средневековая история - Галина Гончарова

Ну что ж!

Девушка должна быть польщена вниманием благородных господ, разве нет?

А что их трое… ну польщена втрое больше!

А почему нет?

Он молод, красив, умеет обращаться с женщинами, служанки в доме отца были им весьма довольны, друзья тоже в грязь лицом не ударят…. да и вообще, если они останутся довольны — они даже подарят девушке пару серебряных! Очень щедрое и благородное предложение! Разве нет?

Вирмане оказались совершенно дикими людьми.

Девушка, вместо того, чтобы обрадоваться и тихонько пройти с господами на сеновал (ну там посмеяться, пошутить по дороге, повертеть попкой) залепетала что-то о своем муже. Как будто кого-то это интересует! Можно подумать, ее жениться приглашали!

А потом и вовсе спряталась за спину такого громилы, что на лошади не объедешь. И смотрел этот громила очень нехорошо.

Впрочем, это парней не сильно напугало. Стоит только кликнуть стражу — и вирмане закончат ночь в тюрьме, а красотка — в их постели. Поэтому они слегка надавили! А почему бы нет!?

Они у себя дома, на своей земле, пусть эти дикари поблагодарят, что их вообще к людям пустили… уроды! Особенно предводитель! Встретишь такого в темном переулке — сам все отдашь, точно его арестовать надо было!

Откуда взялась та толстуха?

Молодые люди сразу ее и не заметили. Были заняты конфликтом с вирманами. И только когда на них полетели похлебка и вино, соизволили обратить внимание на бешеную бабу.

В то, что она графиня — поверилось сразу. И бесповоротно. Только благородная дама могла вести себя подобным образом. Для остальных — плетьми шкуру спустят!

Но в то, что она защищала вирман!?

Встала на сторону разбойников, пиратов, даже не пожелала вникнуть в ситуацию!? И выставила их с таким позором!!!

Кипящий от ярости Дарий вылетел из таверны. Савла надо было доставить домой.

А с вирманами мы еще поквитаемся. И хорошо поквитаемся! Лишь бы завтра их корабль не снялся с якоря.

И не надейтесь, никто вас не защитит. Это с Вирмы выдачи нет. А здесь вы никто и звать вас никак.

Вот сейчас оттащим Савла и заглянем в казармы городской стражи… и приказ они выполнят, никуда не денутся! В гавани всего один корабль вирман. Да, до него так просто не доберешься, а закидать его снарядами никто не даст — могут пострадать купеческие корабли. Но если никто из вирман не гуляет сейчас по трактирам… а может будет возможность перехватить и того урода с красоткой… вспомнив стати Ингрид Дарий аж причмокнул губами.

Никуда ты, куколка, не денешься. Моя будешь…

Уязвленное самолюбие требовало поквитаться с вирманами. Жестко и быстро.

Леди Аделаида Вельс была довольна собой. И жизнью тоже.

Она молода, красива, она едет с посольством в Уэльстер, а затем и в Ивернею. Разве мало?

А алые розы с приличествующей запиской на окне радуют глаз и душу. Все-таки Джеса Иртона она тогда зацепила.

Первые цветы принесли на следующий же день. Ада подумала — и отправила их обратно. Мол, вы неотразимы, но мой траур…

Цветы вернулись обратно с прибылью. И приходили каждый день. А с самим Джесом она увиделась во дворце.

Аделаида аж зажмурилась от воспоминаний.

Нет-нет, ничего такого как раз не было. С такими — нельзя по-хорошему. Джес Иртон — слишком завидная добыча. Красив, избалован, пресыщен женским вниманием… если сразу получит все, что пожелает — потом и глазом в ее сторону не поведет.

А посему при встрече Аделаида краснела, бледнела, опускала глазки и трепетно лепетала, что никак не может принимать знаки внимания. Ее горе слишком глубоко и безнадежно…

Она так страдает, так страдает о своем безвременно ушедшем муже…

Джес проявлял понимание, гладил ее по ручке, затянутой в надушенную перчатку, уговаривал не хоронить себя… а Ада опускала голову все ниже.

Мол, не подавайте надежд бедной вдове. Вы все равно уезжаете…

Как Джес добился для нее приглашения?

Аделаида не знала. Но служанки стояли на ушах уже три дня. Она должна, нет, обязана выглядеть королевой!

Так, чтобы Джес Иртон ни на кого другого и не смотрел.

И плевать, что он женат!

Жена — не стена! Подвинется!

— Кузина?

Ада стиснула зубы. Не ко времени. Но вошедшему улыбнулась весьма радушно.

— Алекс! Рада тебя видеть!

Мужчина улыбнулся, притянул женщину поближе и поцеловал.

— Как идет дело с графом Иртон?

— Сам видишь, я еду с посольством.

— Вижу. Не торопись ему там уступать, вываживай добычу…

Двое обменялись понимающими взглядами.

Алекс был племянником мужа Ады. Но вопреки всему они с молодой женой не стали враждовать. Может, потому что с первой встречи их потянуло друг к другу словно магнитом? Гостиные, конюшни, пикники… старый муж и не подозревал о таком увлечении. Наоборот, Ада шипела, что Алекс — дармоед и бездельник. Приживал и подхалим. Алекс честил ее продажной девкой и подзаборной кошкой. Так что супруг был абсолютно спокоен за свою честь.

И ни о чем не беспокоился. В том числе и о своем кошельке… сволочь старая!

После его смерти вдруг выяснилось, что полученного наследства хватит только года на три самой скромной жизни в глуши. А это любовников не устраивало.

Они продали, что смогли, заложили все остальное — и отправились покорять столицу. Почему бы и нет?

Оба красивы, молоды, Ада еще и с титулом…

Действительность оказалась грустнее. Деньги таяли втрое быстрее, чем хотелось бы. А вот достойных кавалеров не находилось.

Можно бы опять выйти замуж за старика. И Аделаида рассматривала и этот вариант. Но… не хотелось! Джес Иртон был просто подарком судьбы.

— Я буду очень осторожна. Но он ведь женат!

— Его жена живет в глуши. И вообще — не бери в голову. Я о ней позабочусь!

— Вот как?

— Малышка, даже не думай об этом. Приручай своего бобра. Нам нужна эта жирненькая тушка. А когда станешь законной женой — ты обо мне не забудешь, не так ли?

Аделаида согласно улыбнулась.

— Сомневаюсь, что Джес Иртон даже в подметки тебе годится в постели.

— главное — пока это не проверяй. Ты женщина добродетельная, у тебя никого кроме мужа не было — и тот по большим праздникам.

Аделаида еще раз улыбнулась. Уже не согласно, а откровенно блудливо.

— А сейчас не праздник?

Тонкие пальцы потянули корсаж чуть вниз.

— Праздник, — согласился мужчина, подхватывая ее на руки. — И мы будем праздновать долго.

Остаток вечера Лиля потратила на расспросы о вирманах. И воспользовалась самым близким источником. Хозяином трактира.