Это не учебная тревога (ЛП) - Саммерс Кортни

— Потому что здесь безопасно.

— А ты выяснил, как в школу пробрался Бакстер? — спрашивает его Кэри.

Харрисон открывает рот и закрывает его.

— Ну да, так я и думал.

— Нельзя винить его в том, что он не хочет выходить на улицу, — замечает Грейс.

— Я сказал, что мне плевать, пойдет он туда или нет. Я ухожу. Хотите идти со мной — хорошо. Хотите остаться здесь — мне пофиг. Я просто говорю вам, что я здесь не останусь.

— Не будь идиотом, — морщится Райс. — Хочешь, чтобы тебя сожрали заживо? Сядь и…

— Я не идиот, — отвечает Кэри. — Снаружи меня могут сожрать заживо. Внутри меня запросто может грохнуть счастливый-обладатель-пушки-засранец-Трейс. Я хочу рискнуть.

— Так значит всё-таки дело во мне, — лыбится Трейс. — Что ж, где выход ты знаешь, придурок. Кто-кто, а я-то уж точно удерживать тебя здесь не собираюсь.

— Это не шутки! — стучит кулаком по столу Кэри. — Это возможность спастись. Вы что, не понимаете этого? Я зову вас поговорить о Рейфорде — о спасательном лагере — а вам, видишь ли, необходимо сначала морду лица со сна протереть. Вы прикалываетесь, что ли? Мы услышали по радио сообщение и последнее, чего хотим — уходить? По ходу, от проживания здесь у всех нас мозги поотшибало. Здесь не безопасно. Мы тут совсем расслабимся и разучимся выживать, а когда нам понадобится выжить, мы сдохнем. Нас всех с легкостью попереубивают.

— Ты чересчур драматизируешь, — отзывается Трейс.

Сначала я с ним согласна, но потом осознаю, что Кэри прав. Он нисколько не драматизирует.

В школе есть проход, через который в любую секунду могут проникнуть мертвые, а мы разгуливаем тут как ни в чем ни бывало. Мы отправили Бакстера на смерть, а на следующее утро Харрисон, Грейс и Трейс играли в баскетбол. И только трое из нас — Кэри, Райс и я, пытались найти дверь, через которую вошел в школу Бакстер. Я мельком смотрю на Грейс. Достаточно ли она смела для того, чтобы бежать, чтобы принимать молниеносные решения, от которых зависит жизнь? Мы стали гораздо меньше бояться.

Привыкли к жизни здесь.

Я поворачиваюсь к Трейсу:

— Почему ты перестал бегать?

Он пожимает плечами:

— Не видел в этом… — закрывает рот и не заканчивает предложения.

Смысла. Он больше не видел в этом смысла.

Кэри удовлетворенно скрещивает руки на груди.

— Ты же не сегодня уйдешь? — спрашиваю я его.

— Нет. Мне нужно несколько дней, чтобы всё спланировать. Я хочу быть полностью готов. — Он ненадолго замолкает. — Они вернутся. Рано или поздно они вновь облепят школу, а бензоколонка Руссо повторно уже не взорвется. Если хотите пойти со мной — хорошо. Но только имейте в виду: вы идете со мной, а не я с вами.

— И с чего ты решил, что я последую за тобой? — не унимается Трейс.

— Ты дважды прослушал, как я сказал, что мне плевать, пойдешь ты со мной или нет?

— Вы уверены, что к нам ближе всего Рейфорд? — спрашивает Грейс.

Хороший вопрос. Кэри пересекает зал и включает радио. Тут же раздается белый шум. Помехи. Никаких сообщений.

Кэри крутит ручку настройки.

— Нет больше радио, — бесстрастно сообщает он.

— Может, батарейка села? — предполагает Грейс.

— С батарейкой всё нормально, — отвечает Кэри. — Не работает передача.

Мы все напряженно прислушиваемся в надежде услышать пробивающийся сквозь помехи человеческий голос, но ничего не слышим.

— Плохо дело, — говорит Трейс.

Харрисон сглатывает:

— Это значит, что убежища…

— Это значит только то, что радио больше не работает, — перебивает его Кэри, но его голос подернут сомнением. — Что-то могло случиться с вышкой, вот и всё. Это совсем не значит, что что-то случилось со временными убежищами.

Но оно может значить именно это. Чем дальше, тем хуже. Городская телефонная сеть не работает, мобильные — тоже. Электричества и водоснабжения нет. Нам повезло, что на крыше установлен бак, но и в нем вода скоро закончится, мы только не знаем когда. А теперь и радио заглохло. Коммуникации никогда не восстановят. Случившееся поглотит нас, уже поглощает. Здания разрушатся и прорастут сорняками. Мы будем бродить по городу живыми мертвецами — жалкое подобие когда-то радующихся жизни людей. Поэтому я не вижу смысла бороться, не понимаю, что плохого в том, чтобы пустить всё на самотек. Ничего не осталось.

— Выключи, — просит Харрисон, наверное, думая о том же, о чем и я.

У Кэри, видимо, другие мысли. Он с такой обидой смотрит на радиоприемник, будто только что принял смелое решение уходить, а радио взяло да предало его.

Ровный треск из колонок становится громче, и Харрисон начинает плакать.

— Выключи его! — кричит он.

Кэри выходит из оцепенения и выключает радио, однако я жалею, что никто больше не слышит гул помех, потому что слыша их, все бы поняли, какие они дураки. Как глупо продолжать бороться. Я встаю, подхожу к радиоприемнику и снова его включаю. Кэри мне не мешает. Зал заполняет шумный треск. Харрисон хнычет, и я выворачиваю звук на полную громкость.

— … убежища снабжены едой, водой, медикаментами и охраняются. Проявляйте крайнюю осторожность на пути туда и избегайте ранее густонаселенных районов. Если вы встретитесь с кем-то, возможно инфицированным, не пытайтесь ему помогать…

Голос Нуты вызывает всеобщий вздох. Я ужасно разочарована.

— Твои руки творят чудеса, Слоун, — говорит Райс.

Трейс кхекает:

— Ничуть не сомневался, что ты так думаешь.

Я пропускаю его слова мимо ушей и уже хочу выключить радио, но Кэри поднимает руку, останавливая меня, и я вспоминаю, зачем мы вообще его включали. Мы слушаем перечень мест, где организовали убежища, и ближайший к нам всё-таки Рейфорд.

— У вас пара дней на раздумья, — предупреждает Кэри. — Потом я уйду.

Он выходит из зала, и Райс следует за ним.

Трейс, Харрисон и Грейс молчат.

— Мэган в Рейфорде, — через минуту говорит Грейс. — Может быть, она выжила.

— Кто это? — спрашивает Харрисон.

— Наша двоюродная сестра.

— Я не хочу идти с Ченом и Морено, — заявляет Трейс. — Морено готов за Чена свою шею подставить. Сами видели. Эти двое заодно, и я не доверяю ни одному из них.

— Но безопаснее идти группой, — возражает Грейс. — Ты же не можешь с этим поспорить? Главное — добраться до Рейфорда, а там нам с ними не придется больше общаться.

Трейс смеется, уставившись в стол:

— Было бы здорово.

— Так и будет.

Так и будет — для них. Что будет для меня, я не знаю. Я ухожу из зала, и никто меня не останавливает. Выйдя в коридор и предположив, в какую сторону пошли Кэри с Райсом, я иду в другом направлении.

— Слоун, — зовет меня Грейс.

Я поворачиваюсь.

— Ты пойдешь с ним? — спрашивает она. — С Кэри?

— Да, — отвечаю я. Раз все они идут, то мне куда деваться?

— А когда мы доберемся до Рейфорда, ты останешься с нами?

— Что?

— Райс пойдет с Кэри. Я — с Трейсом и Харрисоном. А ты? У вас с Райсом это серьезно?

Невероятно, просто невероятно неловко.

— Грейс…

— Потому что если у вас всё серьезно, то ты останешься с ним, да? Мне просто интересно.

— Я не знаю еще, что буду делать, — признаюсь я. — Не хочу загадывать наперед, понимаешь? Кто знает, получится ли у нас…

— Получится, — прерывает меня Грейс. — Мы выживем. Доберемся до Рейфорда, отыщем там мою двоюродную сестру Мэган, а потом расслабимся и… — Она слабо улыбается. — Всё наладится. Не будет идеальным, но наладится.

— Уверена в этом, — соглашаюсь я.

— Я хочу сделать тебе предложение.

— Предложение? — удивленно моргаю я.

— Да.

У нее столько искренности в глазах. Нужно быть до глубины души честным человеком, чтобы выказывать подобную искренность.

— Когда мы в Рейфорде разделимся, я хочу, чтобы ты пошла с нами.

— А Райс?

Грейс переминается с ноги на ногу.

— Ты слышала Трейса.

— Вы не доверяете Райсу?

— Трейс не захочет видеть его там, — объясняет она. — После всего, что я совершила… я не буду на него давить. Слоун, я хочу, чтобы ты пошла с нами.