Власть и прогресс - Саймон Джонсон

как в Средневековье, а тысячи – и господствующая элита зачастую складывалась постепенно. Но так или иначе, в обоих случаях важнейшее значение имела политическая система, отдавшая в руки элиты непропорционально большую власть. Разумеется, играло свою роль и принуждение, однако часто ключевым фактором становилась сила убеждения, присущая религиозным и политическим лидерам.

В сравнении с ранними земледельческими обществами широко распространилось рабство; во всех древних цивилизациях, от Древнего Египта до Греции, мы видим значительное количество рабов. При необходимости без стеснения использовалось принуждение. Но, как и в Средние века, вовсе не принуждению подчинялись люди день ото дня. Часто оно находилось на заднем плане, а ведущую роль играло убеждение.

Возьмем пирамиды – символ богатства и могущества фараонов. Постройку пирамиды невозможно считать вложением в общественную инфраструктуру, со временем улучшающую благосостояние простых египтян, хоть такое строительство и создавало много рабочих мест. Так, чтобы возвести 4500 лет назад Великую пирамиду Хуфу в Гизе, требовался труд 25 000 человек единовременно на протяжении примерно 20 лет. Проект намного грандиознее любого средневекового собора! И на протяжении более 2000 лет каждый египетский правитель считал необходимым возвести собственную пирамиду.

Прежде было распространено мнение, что пирамиды возводились принудительно: их строили рабы под кнутами жестоких надсмотрщиков. Теперь мы знаем, что это не так. Среди строителей пирамид было много искусных ремесленников; их труд вполне достойно оплачивался, их хорошо кормили – например, говядиной, самым дорогим в те времена мясом. По всей видимости, на такую тяжелую работу они соглашались из-за денежного вознаграждения и по убеждению.

До нас дошли интереснейшие документы об этой работе, например подробности о том, как проводила время одна «строительная бригада» в Гизе. В этих описаниях мы не встречаем упоминаний о наказаниях или о принуждении. Скорее, дошедшие до нас фрагменты рисуют картину, напоминающую строительство средневековых соборов. Камень для пирамид добывают в нильских каменоломнях, везут по реке на плотах, затем доставляют на место строительства. Сама работа тяжелая, но и требующая мастерства. Рабство не упоминается вовсе; однако некоторые современные исследователи считают, что речь шла о «барщине», подобной той, что существовала в феодальные времена, или той, что использовал Лессепс в 1860-е годы на строительстве Суэцкого канала.

В эпоху фараонов искусные египетские ремесленники могли хорошо питаться и получать достойное жалованье, поскольку элита выжимала из крестьян все соки. Технология производства зерна помогала достичь в плодородной долине Нила большого количества продукции, которую затем перевозили в города. Но важна была и готовность людей выполнять огромный объем работы за столь скудное вознаграждение. А это, в свою очередь, происходило потому, что в необходимости этого их убеждала власть и величие фараона – как и то, разумеется, что при необходимости фараон мог применить насилие.

Чем мотивировались древние, никому доподлинно неизвестно; мы не можем заглянуть в головы крестьянам, жившим 2 000 или 7 000 лет назад, а письменных свидетельств о своих надеждах и тревогах они не оставили. По-видимому, организованная религия помогала убедить их, что их жизнь вполне приемлема – или, по крайней мере, что такова их неизбежная участь. Космологии централизованных сельскохозяйственных обществ выстроены строго иерархично: на вершине боги, в середине – цари и жрецы, а крестьяне всегда занимают нижний ярус. Вознаграждение за то, чтобы безропотно терпеть свою участь, в разных религиозных системах варьируется, но в целом речь всегда идет о какой-то отложенной компенсации. Кроме того, эта роль предназначена тебе богами… короче, закрой рот и иди пахать!

В египетской религиозной системе основной мотивацией стало желание помочь правителям достичь благоприятного посмертия. Простые люди и от загробной жизни особых улучшений не ждали: слуги там должны были остаться слугами и так далее. Но боги одобряли тех, кто служил царям, строил для них пирамиды, отдавал зерно, помогая правителям достичь большей славы и возвести для себя еще более роскошные мавзолеи. Те, кому особенно не повезло, отправлялись в загробный мир немедленно вслед за своими хозяевами: в некоторых пирамидах найдены свидетельства того, что придворных и слуг фараона ритуально убивали во время погребения их властелина.

Правящая элита Египта обитала в городах и сочетала в себе черты жреческой иерархии и «божественных царей», претендуя на преемничество с богами или даже на прямое происхождение от богов. Это далеко не уникально. В большинстве древних цивилизаций мы встречаем храмы и иные священные сооружения, как правило, по той же причине, по которой средневековая церковь строила соборы, – чтобы легитимизировать правление элиты, воплотив в камне почитание ее богов, и поддержать в людях веру.

И монокультура зерновых, и жесткая иерархическая организация общества, отбиравшая у крестьян бо́льшую часть избыточного продукта, были в Древнем мире обычным делом – и все же речь не идет о неизбежности, связанной с самой природой земледелия или выращивания зерновых. Всегда оставался выбор. Были общества, даже в схожих природных условиях специализировавшиеся на других видах земледелия, например на бобовых и клубневых. В Чатал-Хуюке зерновые, по-видимому, сочетались с разнообразным набором плодов диких растений, а также с мясом диких животных, добываемых охотой: туров, лис, зайцев и барсуков. В Египте около 7 000 лет назад, наряду с культивацией пшеницы-двузернянки и ячменя, охотники добывали водоплавающих птиц, антилоп, кабанов, крокодилов и слонов.

Даже выращивание зерна не всегда порождало неравенство и иерархию, как показывают нам более эгалитарные цивилизации долины Инда и Мезоамерики. Выращивание риса в Юго-Восточной Азии на протяжении нескольких тысяч лет велось в намного более свободном и равноправном обществе; появление серьезного экономического и политического неравенства в этом регионе, по-видимому, совпадает с введением новых земледельческих и военных технологий во время бронзового века. Сочетание массового производства зерна, масштабного изъятия излишков и жесткой централизованной власти, как правило, становилось результатом политических и технологических решений, принятых элитами, – там, где элиты обладали достаточной властью и могли убедить остальных с этим смириться.

Один из способов модернизации

Технологический выбор в интересах элиты и за счет всех остальных характерен не только для глубокой древности; такова была норма на протяжении тысячелетий – в том числе и во время решительной модернизации английского сельского хозяйства, начатой в середине XVIII века.

Говоря об эпохе неолита или о Египте времен фараонов, мы можем лишь гадать о том, как выбирались и использовались новые технологии, какие аргументы предлагались, чтобы убедить людей отказаться от старых договоренностей и принять новые. Но о том, как происходила сельскохозяйственная модернизация в XVIII веке, нам известно гораздо больше. Здесь мы можем ясно проследить, как те, кто рассчитывал выиграть от применения избранных ими новых технологий, добивались своего, приводя в свою пользу аргументы от «общего блага».

К середине XVIII