Женщина в библиотеке - Джентилл Сулари

— В прошлый раз у меня тоже были адвокаты, Фредди. Хорошие. Мать продала дом, чтобы им заплатить. А меня все равно упекли за решетку на семь лет.

Я притягиваю его к себе.

— Это не значит, что в этот раз они не помогут. — Обнимаю его. — Просто подумай над этим.

Он целует меня в лоб:

— Хорошо.

— Хорошо — ты позвонишь адвокату?

— Хорошо — я подумаю над этим.

— Можно поговорить с Уитом…

— Если уж и буду нанимать адвоката, — говорит он резко, — то Уита в этот цирк втягивать не стану. Нам правда пора идти.

— Мы же увидимся вечером? — добавляю я, надеясь, что это не звучит слишком навязчиво.

— Зависит…

— От чего?

— От того, захочешь ли ты меня видеть.

На лестнице мы встречаемся с детективом Дуайер. Она выглядит удивленной.

— Я поднималась узнать, не забыли ли вы про нашу встречу. — Она бросает взгляд на часы. — Мы же договорились на половину десятого, верно?

— Верно. Простите, я опоздала.

Каин сжимает мою ладонь:

— Не буду мешать.

Кивнув Дуайер, он спускается по лестнице и внизу машет мне на прощание рукой.

Я поворачиваюсь к детективу:

— Спустимся?

— На самом деле будет лучше, если мы поднимемся к вам в квартиру. Больше приватности.

Хочу спросить, зачем нужна приватность, если она пришла задать всего несколько вопросов, но в конце концов просто приглашаю ее к себе.

Она оценивающе оглядывает квартиру.

Нервничая, я рассказываю про стипендию Синклера.

— Если бы не фонд, я бы не смогла себе позволить такие апартаменты!

Она улыбается:

— А я думала, что вы какая-то наследница.

— Нет, к сожалению! — Предлагаю ей выпить кофе, и она соглашается, настаивая, чтобы я звала ее Джустиной.

— Разве австралийцы не пьют чай? — спрашивает она, пока я хозяйничаю на кухне.

— Мы пьем и чай, и кофе — мы очень непостоянные, когда дело доходит до напитков. Как вам заварить?

— Мне черный и покрепче.

Приношу в гостиную две чашки кофе, черный ставлю перед Джустиной. Она берет чашку двумя руками и делает глоток:

— Ух, хорошо. В такое утро мне очень нужен кофе.

Я молчу, но понимаю, что немного расслабляюсь: детектив кажется обычным человеком, несмотря на авторитет своей должности.

— Должно быть, тяжело здесь жить, — говорит она. — Наверное, скучаете по дому?

— Иногда, — признаю я. — Но реже, чем я думала.

Она кивает.

— Каин Маклеод здесь ночевал?

Вопрос на мгновение выбивает меня из колеи.

— Да.

Она никак особо не реагирует:

— Вы говорили, что вы просто друзья.

— Да… были…

— Но теперь вы вместе?

— Видимо, так.

— Несмотря на его прошлое?

— Да.

— Он совершил хладнокровное убийство.

— Он защищался.

— Так он вам сказал? — Джустина качает головой.

— Ему было пятнадцать, а этот человек пытался… — Я замолкаю.

— «Этот человек» был полицейским со множеством наград и делал все возможное, чтобы быть хорошим отцом. — Она говорит медленно и с уверенностью. — Авель Меннерс дождался, пока он придет пожелать ему спокойной ночи, и ударил его ножом в горло.

— Каин пытался сбросить его с себя. Он даже не хотел…

— Если он не хотел убивать отчима, если он этого не планировал, почему держал нож под подушкой?

Я повышаю голос. Это же очевидно!

— Потому что он не чувствовал себя в безопасности. Нож был нужен для защиты.

— Ох, Уинифред. — Голос Джустины полон сочувствия. — Если это правда, почему Авель запер свою мать в ее комнате и выпустил только после убийства?

Я смотрю на нее:

— Что?

— Еще до возвращения отчима Авель запер свою мать в ее комнате. Чтобы она не смогла помешать убийству. Чтобы та не смогла его остановить.

— Это неправда.

— Уинифред, она вызвала полицию.

На несколько вздохов я теряю способность говорить и думаю. Каин соврал мне? Я вытаскиваю себя из лап паники и сомнений:

— Если мать Каина была заперта в своей комнате, она не могла видеть, что произошло. — Я говорю на удивление уверенно, не отрывая взгляда от детектива. — Что вы хотели уточнить, Джустина?

Она выдыхает:

— У меня создалось впечатление, что вы совершенно не знаете, кем является человек, который называет себя Каином Маклеодом, и хотела вас предупредить…

— Прошу прощения, что дала повод так думать. Вы не правы. Меня не нужно предупреждать.

Джустина наклоняет голову:

— Вы понимаете, что Каин Маклеод — опасный человек, подозреваемый в убийствах Кэролайн Полфри и Шона Джейкобса?

— Когда убивали Кэролайн, я сидела с Каином Маклеодом за одним столом, а что касается Шона Джейкобса, Каин даже не хотел звонить в полицию, когда Шон на него напал. — И снова я говорю спокойно — по крайней мере, мне так кажется. Возможно, Джустина видит меня насквозь. — Зачем ему его убивать?

— Может быть, он не хотел вовлекать в дело полицию по какой-то другой причине, не связанной с желанием защитить мистера Джейкобса.

— Джустина, Каин вышел из тюрьмы семь лет назад. Почему он вдруг начал убивать случайных людей?

— Вы полагаете, до Кэролайн Полфри он никого не убивал.

— Он не убивал Кэролайн Полфри. Он ее даже не знал.

— Значит, это просто совпадение, что ее дедушка был судьей, который приговорил Авеля Меннерса к тюремному заключению?

— Я… Что? — Мой голос срывается на хрип.

— Дедушкой Кэролайн Полфри был судья Эндрю Китон, который приговорил Авеля Меннерса к десяти годам тюрьмы — семи без досрочного освобождения. — Взгляд Джустины прикован ко мне, она внимательно наблюдает за моей реакцией.

— Каин это знает? — спрашиваю я, заставляя голосовые связки работать.

— Мы думаем, да. Поэтому он организовал ее убийство так, чтобы у него было неопровержимое алиби.

— И алиби — это мы? Уит, Мэриголд и я?

— Да.

— Но у вас нет доказательств — иначе вы бы давно его арестовали. — Я выдыхаю.

— Я хочу обеспечить вашу безопасность. Хочу, чтобы вы понимали, с кем связались. — Она складывает руки на коленях и наклоняется вперед. — Какую бы печальную историю он вам ни рассказал, факт в том, что он убил своего отчима. Человек, который сейчас называет себя Каином Маклеодом, опасен.

Я трясу головой:

— Я в это не верю.

Джустина явно раздражена.

— Вы читали его роман?

Опять это.

— Нет. Еще нет.

— А я читала и вам советую — прежде чем вы решите, продолжать вашу дружбу с мистером Маклеодом или нет.

Я закатываю глаза:

— Каин уже рассказал, что…

— Это история про бывшего заключенного, который мстит тем, кто отправил его за решетку — присяжным, адвокатам, прокурору, свидетелям.

— Ох… серьезно?

— Вы удивлены? — В ее голосе звучит еле уловимая нотка триумфа.

Я пожимаю плечами:

— Ну, это такой заезженный сюжет, а я знаю, что роман стал бестселлером…

— Уинифред, это не шутка.

— Я знаю, но вы же не можете всерьез утверждать, что Каин претворяет в жизнь собственный роман? Писатели придумывают всякое — это наша работа. — Я ставлю чашку на столик — она все еще полная, но уже холодная. — Чего вы от меня хотите, Джустина?

Она тяжело сглатывает.

— У вас есть мой номер. Если мистер Маклеод скажет или сделает что-то, что заставит вас передумать насчет его невиновности, пожалуйста, позвоните мне.

— Хотите, чтобы я за ним шпионила?

— Хочу, чтобы вы не стали его следующей жертвой.

Несколько секунд мы смотрим друг на друга в тишине.

— Хорошо, — наконец говорю я.

— Правда? — удивляется Джустина.

— Если передумаю насчет его невиновности, я вам позвоню.

Обещание мне ничего не стоит. Если вдруг решу, что Каин убил кого-то, помимо отчима, я, конечно же, обращусь в полицию. Не собираюсь быть сообщницей.

Дуайер, похоже, удовлетворена моими словами. Она вспоминает, что ей пора в суд, и, убедившись, что у меня действительно есть ее номер и я знаю, что могу звонить ей в любое время суток, она уходит.