Сирены озера Молчания - Яна Черненькая

   - ... теперь, согласно воле вечной Аунаррэ... - речь Линайи подходила к концу. Тим закрыл глаза, вспоминая тех, кого больше никогда не увидит.

   Кид, Элмор, Ариан, Лель... - имена друзей, словно последние лучи перед закатом, вспыхивали и уходили в прошлое.

   Илика... Илика... Илика... - маленький солнечный зайчик, теплый, невесомый, с ним было расстаться труднее всего. Илика...

   "...Земляничный чай в чашке, пирожки на тарелке, стол накрыт, но чего-то не хватает... Хм... Кажется, не хватает одного странного асура, который получит холодный завтрак, если и дальше будет мечтать, сидя на подоконнике..."

   Тим улыбнулся, вспомнив родной голос.

   - ... хочу представить своего преемника Тимира Тай'рела ир Ильшасс...

   - Прощай... - тихо сказал Тим. Темная бархатная занавесь взметнулась вверх. - Прощай... - губы изобразили снисходительную улыбку, лицо застыло в маске приветствия.

   - Начинается, - сказал посол Линсин, первым заметив выходящего на возвышение церемониймейстера.

   Кид и Элмор тут же повернулись к тронному возвышению.

   - Правительница Восточного предела, владычица старшего клана Ильшасс, благородная Линайя Кирия.

   Взметнулся бархатный занавес. Собравшиеся в зале как по команде замолчали, оркестр грянул гимн клана Ильшасс, и на возвышение гордо вышла властительница Линайя. Кид не сдержал восхищенного вздоха. Нынешняя глава клана напоминала скорее темную богиню, нежели обычную женщину. Ее утонченные черты лица были безупречны настолько, что казались неживыми, ненастоящими. Величие скользило в ее осанке, жестах, голосе. Она была самим совершенством. Вышитые по подолу ее платья языки алого пламени казались настоящими, и каждое движение властительницы оживляло их.

   - Я рада приветствовать вас, достойные дети клана Ильшасс, - ее низкий, но удивительно чистый голос завораживал. - Вас, дети западного и южного пределов из старших кланов Триэльнир и Аш'еназ и вас, дети младших кланов. Мне также приятно видеть сегодня среди гостей представителей дев и гайя.

   Пронзительно черные глаза владычицы скользнули по лицам послов и их сопровождающих.

   - Я возглавляла клан Ильшасс на протяжении многих лет, но теперь, согласно воле вечной Аунаррэ, мне надлежит передать бразды правления своему преемнику. Тяжелой утратой для нашего народа стала гибель Алькора Дил'галлада, который сегодня должен был бы стать вашим повелителем. Мы все скорбим о нем... - правительница сделала паузу. В зале воцарилась полная тишина. - Тем не менее, клан Ильшасс нуждается в мудром властителе, а потому сегодня будет оглашено имя нового наследника. Итак, я хочу представить вам своего преемника Тимира Тай'рела ир Ильшасс.

   Зал взорвался аплодисментами, хотя от внимания Кида и Элмора не ускользнули кривые ухмылки на лицах многих присутствующих. Тяжелые занавеси вновь поползли вверх, и в зал вышел Тим. Увидев своего приятеля, Кид тихо присвистнул, а Элмор нахмурился. Рядом с невысокой изящной правительницей ее племянник смотрелся настоящим верзилой. Дорогой черный камзол, казалось, придавливал его к земле, заставляя сутулиться. Украшенный рубинами церемониальный кинжал выглядел слишком маленьким. Да и походка... С первого же взгляда было очевидно - на тронное возвышение вышел ассасин, но не владыка. Тимир шел плавно, бесшумно, точно подкрадывался к жертве, а не готовился предстать перед сотнями своих будущих подданных. Аплодисменты вскоре стихли. Повисла неловкая пауза. Тим оглянулся на владычицу. Она сдержанно ему улыбнулась. Будущий правитель откашлялся и, видимо, намеревался что-то сказать, но в этот момент его взгляд остановился на делегации светлых. Заученные накануне слова застыли у него на губах, потому что те, с кем он только что простился навсегда, видимо, решили, что статус простых воспоминаний их вовсе не устраивает. Без всяких сомнений там, за спиной посланника Лакси, стояли Кид и Элмор. Тиму потребовалось все его самообладание, чтобы не показать, что он узнал их. Сердце словно провалилось в воздушную яму.

   - Хочу также подтвердить, что согласно воле Аунаррэ и нашим обычаям, в течение месяца Тимир выберет себе жену из числа подданных кланов Триэльнир и Аш'еназ, - холодный голос Линайи вернул Тимира с небес на землю.

   - Позвольте выразить свое почтение вам, мои будущие подданные, вам, наши давние союзники из Западного и Южного пределов, а также вам, представители светлых и гайя... - голос наследника звучал твердо, но при этом казалось, будто он механически повторяет заученные фразы, что, в общем-то, так и было. Сейчас ему больше всего на свете хотелось быстрее закончить со всеми речами и ритуалами и изыскать способ поговорить с друзьями. Ведь они же не просто так прибыли в Катан и пробрались на эту проклятую церемонию. Может даже статься, что они привезли с собой Илику. Конечно, они не могли привести ее с собой - питомцев в тронный зал не пускали, но вечером наверняка удастся одурачить телохранителей и, слившись с тенями, выбраться из окна. Если все продумать, то никто о его отлучке даже не узнает. Голос разума, задавший вопрос: "Ну вот, увидишь ты ее, а что дальше? Зачем терзать и ее, и себя?", был полностью проигнорирован. Легко было говорить "Прощай" той, что осталась за тридевять земель, но как отказаться от соблазна увидеть ее тогда, когда она совсем рядом, буквально в нескольких шагах. - Я в полной мере осознаю ответственность перед кланом и готов посвятить свою жизнь служению моему народу...

   Слова, слова, слова... Только никогда ему, Тиму, не стать настоящим правителем. Не его это дело, не его это призвание.

   Наконец, слова закончились. Церемониймейстер трижды ударил своим жезлом о пол. С разных сторон к тронному возвышению подошли три девушки в черных развивающихся платьях. В руках одна из них держала кубок из червленого серебра, вторая - меч, третья несла на подушке серебряный обруч, украшенный крупным рубином.

   - Из Катана ведут три дороги. И первая из них - путь Смерти, - сказала Линайя. По ее сигналу одна из девушек протянула Тимиру кубок. - Это кратчайшая из дорог и ведет она через пламя Погребального костра к черному трону самой Аунаррэ. Пусть первая твоя жертва будет во славу богини-матери.

   После этих слов Тим вытащил из-за пояса кинжал и, не поморщившись, полоснул им по запястью. Темная струя крови потекла в кубок.

   - Вторая из дорог - путь Предательства. Отныне и навсегда она для тебя закрыта. Народ может предать своего владыку, но владыка не может предать свой народ. Пусть вторая твоя жертва будет во славу клана и народа асуры.

   В пораненную руку Тим взял наполненный кровью кубок, а здоровой - зажал рану. Вторая девушка опустилась на колени у его ног и протянула ему меч. Асур полил серебристый клинок своей кровью. Лезвие было зачаровано, поэтому темная вязкая струя, попадая на серебристый клинок, впитывалась в сталь, словно в губку. Ни одна капля не упала на пол.