Будешь моей - Екатерина Котлярова

кабинку, захлопнул крышку унитаза, поставил меня на неё, щёлкнул замком на двери и, наконец, дал мне свободу.

— Выплеснула эмоции? — снова вздёрнул бровь, мимолётно прикоснувшись кончиками пальцев к щеке, которая покраснела от моих пощёчин.

— Бесчувственный урод! Издеваешься надо мной! Боже. Какого чёрта ты появился в моей жизни? Я бы лучше умерла, чем… — рычание мужчины заставило встать волоски на спине.

— Глупая девчонка, — грубо прикусил мои губы, руками сминая ягодицы.

— Снова затыкаешь мне рот, — зло всхлипнула, ладошкой ударяя по плечу. — Иди к своей блондинке, — как дура ревнивая повторила я. — Поверь, я смогу найти себе верного парня. Уверена, что Кирюша прекрасный парень, который…

— Не смей, — дёрнул ворот платья в сторону, безжалостно разрывая ткань. Я вскрикнула испугано от неожиданности. Губы Клима прижались к месту укуса, которое и так вечно вызывало волну обжигающего желание, а сейчас так вообще, мне показалось, что я достигла пика. Потому что язык мужчины стал выводит узоры на коже. — Никакой сосунок не сможет заменить меня, девочка. Ты принадлежишь мне. И так будешь реагировать только на мои прикосновения. Ты моя, девочка.

— А ты? Ты мой? — я с силой сжала пальцы на его затылке. Оторвала его голову от своей кожи и заглянула с яростью, болью и злостью в красивое лицо, на котором светились карамельным светом глаза. — Ты мой, Клим?

Мужчина медлит с ответом, поэтому я подаюсь вперёд, благо я сейчас даже выше Клима, и дёргаю с силой ворот рубашки Клима. Конечно, сил не хватает, чтобы её разорвать, но пара верхних пуговок вылетает из петелек. Со всей силы вонзаю зубы в кожу на шее мужчины. Клим даже не дёргается. Только кладёт руку мне на затылок и притягивает ближе. Я в безумном порыве кусаю его шею. Раз за разом оставляю следы своих зубов, где-то даже прокусываю до крови.

Когда жгучий порыв ревности отходит на задний план, а боль и злость прекращают разъедать душу, я с сожалением начинаю покрывать поцелуями ароматную кожу Клима. Я себе напоминаю ненормальную, повёрнутую девушку. Напоминаю ту, что набрасывается с жадностью на еду, после длительного голодания. Я не имею сил оторваться от горячей, пылающей кожи Клима. Дышу запахом мужчины. Слизываю его языком. Собираю его губами.

— Весна моя, — пробормотал невнятно и напряжённо.

В этот раз сильные пальцы мужчины с лёгкостью порвали капроновые колготки. Пробрались под незамысловатое хлопковое бельё. Туда, где всё было слишком влажно.

— Клим, — я смущённо пискнула, ноги попыталась скрестить. Оторвалась от шеи мужчины и поймала просто бешеный, одержимый взгляд мужчины. Слова застряли вместе с воздухом в горле. Чёрт возьми! До чего он красив!

Клим легонько, очень осторожно подтолкнул меня к стене, так, чтобы я ягодицами упёрлась в бачок. Стащил с плеч рубашку и бросил на прохладную поверхность, чтобы усадить меня на неё. Развёл сильными руками, на которых бугрятся мышцы, мои ноги в стороны. Я выдохнула прерывисто, вновь попыталась свести ноги вместе. Но Клим не позволил. Опёрся коленом в крышку унитаза. Теперь его мощный торс находился между моих ног.

— Клим, — снова писк, вместо голоса.

Мужчина улыбается нервно уголком губ. Задирает юбку моего платья вверх, оголяя бёдра. Пока я пытаюсь в смущении вернуть ткань на место, горячие пальцы отодвигают ткань в сторону.

— Клим, прекрати! — шепчу смущённо. Я чувствую дискомфорт и дикое смущение, которое с каждой секундой отступает на задний план. Я будто начинаю пылать. Сгорать от жгучего желания. — Климушка, — срывается неосознанно ласковое обращение.

Одной рукой мужчина удерживает мою голову за затылок, сминая чуть отросшие мягкие волосы на затылке. А пальцами другой, самыми кончиками, проводит по чертовски влажным складочкам. Если бы не рука Клима на моём затылке, я бы ударилась головой о стену позади. С губ срывается сиплый стон. Клим ловит его губами, собирает языком. Он ловит приоткрытым ртом моё дыхание, будто дышит мной. Моим дыханием. Моим запахом. Меня подбрасывает, трясёт, выворачивает от чувств. Прикосновения пальцев Клима к моей плоти заставляют стонать и тихо вскрикивать. Особенно в тот миг, когда палец мужчины проскальзывает в меня. Настолько глубоко, что я чувствую укол боли.

— Моя весна, — шепчет в губы, после чего склоняется к плечу и чуть прикусывает метку, которую сам оставил. И в этот момент меня прошибает таким острым удовольствием, что я кричу. Клим притягивает мою голову к своему плечу. И я впиваюсь в его плоть зубами. Я распадаюсь на мириады осколков в его руках. Дрожу всем телом. Каждая мышца напряглась, натянулась до самого предела.

Клим целует меня за ухом, продолжая размазывать влагу по моим складочкам. Я чувствую, как рвано и часто он дышит. И на меня накатывает желание принести ему такое же удовольствие, какое получила только что я.

Мягко целую его в плечо и поднимаю голову, что заглянуть в полыхающие ярким светом глаза. Никак не могу привыкнуть в этому. Так необычно. Только дёргаюсь, чтобы потянуться руками к пряжке на его брюках, как застываю ошарашенная и смущённая до слёз, когда вижу, как мужчина языком проводит по своим пальцам.

— Клим, — я хлопаю глазами, чувствуя, как горят щёки и уши. — Боже, Клим…

— И на вкус, как весна, — улыбнулся широко.

Он вновь не дал мне ничего сказать, заткнув меня поцелуем. Жадным, порочным и сладким. Выпрямился и отстранился. Снял меня с бочка, поправил трусики и расстегнул ботиночки, чтобы стащить с меня колготки. Хорошо, что я надела носки, поэтому не пришлось надевать обувь на босую ногу.

Мужчина с невозмутимым видом взял влажную рубашку с бочка, встряхнул её и надел на плечи, на которых переливались капельки пота. Застегнулся, поправил часы, взъерошил волосы, а после, глядя мне в глаза, демонстративно поправил внушительную выпуклость в штанах. Щёки опалило краской вновь. Особенно когда я заметила, что вся шея моего мужчины покраснела, и на ней чётко прослеживаются следы моих зубов.

Клим ничего мне не сказал. Только вновь поцеловал жадно, одёргивая юбку платья ниже, и открыл дверь, покидая кабинку. В небольшом предбаннике стояла высокая и красивая брюнетка. Она набрала в грудь воздуха и сердито выдохнула:

— У нас здесь ресторан, а не бордель. Вы выбили дверь.

— Всё возмещу, — Клим даже не посмотрел в её сторону, из-за чего в моей груди расцвели цветы.

— И как же? — я увидела, как женщина выпрямилась