Будешь моей - Екатерина Котлярова

была оборотнем. А бабушка… она полукровка. Я сама только узнала обо всём этом, Сень. В это трудно поверить. Мир изменился так резко.

— Мне… мне нужно прилечь, — мир резко закрутился перед глазами.

Эля даже отреагировать не успела, а я уже была на руках Клима. Мужчина с обеспокоенным видом вглядывался в моё лицо.

— Поэтому у тебя глаза в больнице светились? — спросила тихо.

Клим не ответил, вернулся обратно в комнату и вместе со мной опустился на кровать.

— Могу я осмотреть пациентку? — только сейчас заметила незнакомого мужчину в помещении.

После кивка Клима он приблизился и… закрыл глаза и стал водить руками над моим телом. Я вскинула брови. И этот мужчина меня лечить собрался? Далеко пойдём!

— Так. Хорошо. Кровь уже начала действовать. Нужно ещё немного. Но для лучшего результата необходимо закрепить связь.

Мужчина поднялся, достал из своего небольшого чемоданчика странной формы сосуд и прижал к запястью Клима. Увидела, как он стал наполняться кровью мужчины.

— Так, достаточно. Теперь девушка, — без предупреждения доктор задрал рукав моей сорочки и прижал сосуд к сгибу локтя. Почувствовала лёгкий укол. Я дёрнулась, но мужчина крепко держал запястье длинными пальцами. Каких-то две минуты прошло, и сосуд опустел. — Отлично. Нужно поесть и после приёма пищи выпить этот настой. После крепкого сна снова проведу диагностику. На сегодня всё.

— Спасибо, — Клим пожал мужчине руку. Он поставил маленькую бутылочку на стол, закрыл чемоданчик и вышел из комнаты.

— Клим, это всё странно, — я даже не пытаюсь вырваться из рук мужчины или отстраниться.

— Я знаю, Сеня, — поглаживает пальцами по шее. — Но скоро ты будешь здорова.

— А что значит «закрепить связь»? — вскинула глаза на мужчину, чтобы увидеть, как они вспыхнули завораживающим карамельным цветом. Клим задышал глубоко и часто, быстро пробежался кончиком языка по губам.

Вместо того, чтобы ответить он вместе со мной с кровати поднялся и двинулся на кухню, где усадил меня за стол и поставил передо мной тарелку с ароматным пловом.

— Ешь, тебе нужно набираться сил.

После позднего ужина, во время которого я давилась под пронзительным взглядом мужчины, и выпитой сладкой настойки, снова отключилась.

Глава 12

Эля

— Макс, ты уверен, что всё нормально? — тихо спросила я, лбом утыкаясь в плечо любимого. — Сене ведь непривычно. Она ничего не знает.

— Всё будет хорошо, — Максим лицо обхватил ладонями и ласково-ласково прижался губами к моим. — Отец её истинный, он сделает всё, чтобы Сене было хорошо. Она будет спать долго. Быть может, сутки. Или больше. Её организм должен окончательно принять кровь бати.

Я кивнула, толком не соображая, что Максим мне говорит. Я в нетерпении провела языком по губам, страстно, бесконтрольно мечтая вновь почувствовать его жадный поцелуй. Потянулась к нему, вытянувшись стрункой, привстав на носочках. Парень тихо и ласково рассмеялся. Окинул меня лучащимся от счастья взглядом. Вновь его глаза засветились этим завораживающим огнём. Максим всё же склонился и поцеловал меня именно так, как мне этого хотелось. Страстно, жадно, несдержанно. Так, что я задрожала. Так, что все мысли вылетели прочь из головы. Застонала в жадные губы, ноготками царапнув заднюю часть его шеи. В ответ из груди любимого раздалось рычание. Оно дрожью прошло сквозь моё тело. Скопилось жаром внизу живота.

— Маленькая моя, — прохрипел, отрываясь от моих губ. — Поехали ко мне домой.

— А что мы там будем делать? — я закусила нижнюю губу и кинула на парня взгляд исподлобья, сквозь полуопущенные ресницы.

— Всё, что ты захочешь, — рассмеялся низко, склонив голову ещё ниже, чтобы опалить дыханием нежную кожу щёк. — Всё. Абсолютно всё, что захочешь…

Любимые голубые глаза полыхнули ярким светом. Завораживающим. Обещающим столько, что даже дыхание перехватило. Мигом перед внутренним взором предстали картинки того, как он ласкал меня. Как его губы выводили узоры на коже, а руки с жадностью сминали кожу.

— Ма-а-а-кс, — всхлипнула.

— Так что, маленькая моя? — прикусил мочку уха. — Поехали ко мне?

— Лучше ко мне домой, — неуверенно улыбнулась. — Бабушка сегодня ночует у подруги.

— Уверена, что нам никто не помешает? — потёрся кончиком носа о моё плечо, чуть прикусил кожу. После провёл языком по пылающей коже.

— Не знаю, — простонала, откидываю голову назад.

Макс рыкнул, подхватил меня на руки и быстрым, прерывистым шагом направился на выход из квартиры. Сорвал мою куртку с крючка, ловким движением подхватил обувь и побежал вниз по лестнице.

— Максимушка, — рассмеялась тихо, — на улице холодно, мне бы одеться. К тому же, нам нужно на автобус идти.

Парень остановился на первом этаже и опустился на ступеньку, удерживая меня на руках. Натянул на мои стопы сапожки, после чего надел шапку и куртку. От такой заботы в горле встал ком.

— А ты без куртки, — покачала головой.

— Не забывай, что я оборотень, любимая моя девочка. Я не мёрзну.

— Тогда хорошо, — обхватила его лицо ладошками и несколько раз быстро поцеловала в губы.

— Чё-ё-ёрт, Эльфёнок, я и так с огромным трудом сдерживаюсь. Придётся на некоторое время отложить поцелуи. Не хотелось бы лишить тебя невинности в подъезде.

Я тут же засмущалась и спрятала лицо в ладонях.

— Пойдём, — вновь поднялся со мной на руках, чтобы покинуть подъезд.

— Любимый мой, я и сама могу дойти, — рассмеялась счастливо, обхватывая ладошками его за шею.

— Знаю. Но так мы дойдём быстрее.

И действительно, Макс всего за две минуты добрался до остановки, аккурат в тот момент, как прибыл автобус. Я всё же смогла настоять на том, чтобы не сидеть на его коленях, а рядом. Но любимый не переставал касаться меня. То ладошку перехватит и прижмёт к губам. То кончиками пальцев по шее проведёт. То начнёт поцелуями покрывать шею. К концу дороге мне показалось, что я просто взорвусь от переизбытка эмоций. Внизу живота всё скручивало от желания. Я сжимала с силой ноги и слышала, как порыкивает довольно Макс, носом зарываясь в мои волосы и глубоко втягивая мой запах.

— Ты уже возбуждена, нежная моя. Хочешь меня. Уже влажная для меня, — шептал жарко на ухо.

— Макс, прекрати, — зашипела смущённо.

— Обожаю, когда ты смущаешься, — засмеялся сипло на ухо.

Я отвернулась к окну и