Игрок поневоле - Терентий Гравин

Но и мой удар оказался для богомола страшной силы. Того откинуло метра на три, явно оглушив при этом или вводя в ступор.

А самым удачливым среди нас оказался Пятница. Он мгновенно снёс половину передней клешни-лапы, являющейся наиболее опасным оружием, и во втором прыжке отрезал внушительный кусок опорной лапы агрессора. И на секунду все участники сражения замерли, даже Чайревик сжался на булыжной мостовой, готовясь откатиться в нужную сторону при грядущей атаке.

Зато повторной атаки не состоялось. Богомол, искусно разворачиваясь на ходу, бросился обратно на территорию рынка. Самый молодой наш товарищ чуть не ринулся следом, намереваясь добить врага, но я успел его остановить окриком. Потом и пояснения дал:

— Оно нам надо? Просто теперь знаем, что на рынок соваться не следует, и вся недолга. Возвращаемся в гостиницу! Если лошадки не сбежали…

Стояли родимые поодаль и никуда сбегать не собирались. То ли насмотрелись на подобных монстров, то ли с нами окончательно подружились, оценив мою заботу и постоянную опеку. Пока их подзывали, встал на ноги Димон, растирая ушибленное правое плечо и рассматривая останки своего покорёженного наплечника. Придись удар чуть выше, мог и без головы остаться. Да и мой своевременный удар не позволил клещам разрезать геройское туловище из «Центра вселенных».

Александр поспешил подхватить свой трофей в виде метрового отрезка той самой клешни и теперь с изумлением рассматривал и взвешивал в руках:

— Ого, какая тяжеленная! И шипы со всех сторон, гляди. О! И костяные выступы, острые, как ножи. Никогда таких раньше не видел. Но как я её ловко срезал, а?!

Ничуть не кривя душой, я его поздравил и похвалил, и с восхищением оценил оба его мастерских удара. Довольный малый, которого я всё больше и больше начинал считать за родного племянника, стал притачивать добычу к седлу, а ко мне сбоку приблизился Чайревик. Подгадал момент, когда Даниэлла чуть в стороне поправляла подпругу у своей лошади, и несколько натянутым тоном стал благодарить:

— Спасибо, что вовремя крикнул…

— Да не за что! — повернулся я к нему, присматриваясь к повреждённым доспехам. — Или ты решил, что мы тебя бросим как приманку, а сами сбежим?

Он слегка пожал плечами:

— Мало ли что… Ты на меня так смотрел, когда я с её светлостью общался…

— Не путай мёд с вазелином! — оборвал я его. — Команда — прежде всего! И хорошо, что я вовремя успел заметить эту образину.

— Хм! А я-то не заметил. До сих пор не могу понять, откуда она взялась?

— Ты прошёл мимо одного из прилавков, а там эта голова треугольная и шевельнулась. Потом и само туловище за тобой устремилось. Показалось вначале, нечто прямоходящее на тебя охотится. Видал когда-нибудь нечто подобное?

Оказалось, что видел. В его мире имелись подобные экземпляры, но раза в два меньшие, вполне легко побеждаемые ловким, хорошо вооружённым рыцарем.

Пока Димон рассказывал, приблизилась сияда, ведущая лошадь в поводу. При этом она внимательнейшим образом присматривалась к нашим лицам, словно поражаясь нашей мирной, чуть ли не дружеской беседе.

А чего она ожидала от нас? Или от меня? Что мы с паладином станем врагами? И будем сражаться до последней капли крови за благосклонный взгляд какой-то высокоуровневой гейши? Хм… может, и будем… Но не сейчас. Сейчас я себя чётко держу в руках. Гляжу на милое и желанное личико, которое так хочется расцеловать, и получаю команду из мозга: «Урод!». Тут же вся магия влюблённости исчезает, я перевожу взгляд на поглупевшего рыцаря, хлопаю его по здоровому плечу и жизнерадостно восклицаю:

— И не сомневайся, я за тебя любой твари горло перегрызу! И не забывай, после ужина ты меня исследуешь магически и приступаешь к моему обучению. Грузимся!

После чего я первым запрыгнул на своего гнедого красавца, поправил Щит и двинулся по направлению к гостинице. Мелкий пристроился справа, но вскоре ещё правее в наш ряд втиснулась сияда, начавшая скрупулёзно расспрашивать обо всём, что с нами случилось в канцелярии губернатора. И хоть постоянно отвечал даме Пятница, пялилась она всё время почему-то на меня. Может, сказать чего хотела?

Сказала, но уже возле самой «Буже Вайс»:

— Мы не имеем права помогать этому мерзкому некроманту. Скорей мы даже обязаны его уничтожить. Ибо зло не имеет права на существование! А подобные Броку существа — это зло! Их у нас в Новой Византии уничтожали на месте без суда и следствия.

— У вас? — переспросил я с издёвкой. — Так у вас там и женщин на костре сжигают только за сам факт рождения ими ребёнка. И тебе это нравится? — Судя по вспыхнувшему румянцу и опасно блеснувшим глазам — очень не нравилось. — Да и как это можно казнить человека на месте поимки? Кто и как доказал его вину? И не окажется ли в итоге, что это преступники с помощью наговора убирают неугодного им человека? Потому прекращаем все разговоры на эту тему! А специалиста по умертвиям и восставшим покойникам будем проверять в деле.

Чайревик отмалчиваться не собирался:

— Он ведь порывался вас два раза убить, как я понял из рассказа.

— Издержки чрезвычайных обстоятельств, — легко отыскивал я оправдания.

— К тому же он изначально пытался врать и скрывать свою преступную сущность.

— Вполне нормальная реакция человека, учёность и пользу от которого недопонимают многие необразованные люди.

— Твоё заявление надо понимать как попытку оскорбления нас с её светлостью?

— С чего бы это? — удалось сыграть самое искреннее удивление. — Или вы и в самом деле не осознаёте все плюсы пребывания у нас в команде академика Брока?

Мы уже сдали лошадей на руки конюхам, и устремившаяся в здание гостиницы сияда постаралась оставить последнее слово за собой:

— Как бы совокупность минусов не превысила во много раз ожидаемые тобой плюсики! — но я успел выкрикнуть ей в спину:

— Вся ответственность на мне, как на лидере команды. Ужин — через двадцать минут! — И уже лысым гномам, которые встречали нас на крыльце дома: — Надеюсь, всё готово для вечерней трапезы.

— Не извольте беспокоиться, ваше высокопревосходительство! — истово кланялся коротышка. — Фейри уже оповещены о вашем прибытии и начали накрывать стол.

Я собрался поинтересоваться, с какой стати ко мне так обращаются, как меня сбил с мысли идущий сзади Пятница:

— А это что такое? — и сунул под нос слугам свой боевой трофей. Те вполне внимательно осмотрели клешню, даже осторожно её потрогали, но в итоге пожали плечиками:

— Первый раз такое видим! Это вы лучше у конюхов поспрашивайте. Они больше в топорах и животных разбираются.