Игрок поневоле - Терентий Гравин

— Раз мы тут ещё на сутки остаёмся, то завтра уже и город окончательно осмотрим. Тем более если у нас будет гид из местных. Но! Пошёл, родимый!

Застоявшийся Гнедой тотчас пустился резвым аллюром, а там и в галоп пошёл. Так что паладину и его восторженной слушательнице пришлось прекращать обсуждения услышанного и спешно нас догонять.

Ближе к нужному перекрёстку мы перевели животных на шаг и непосредственно к городскому рынку выдвинулись не спеша, а там и вообще остановились метрах в тридцати от первых прилавков. И стали тщательно присматриваться.

Висевшее в воздухе напряжение почувствовали незамедлительно. Ну и нараставшее ощущение чужого взгляда лишало легкости поведения или желания свободно переговариваться. Сразу возникало желание быстренько развернуться и рысью убраться отсюда как можно скорей.

Оставались мы на месте вопреки здравому рассудку, скорей из желания крайнего противоречия. Да и хотелось всё-таки понять: что там страшное такое прячется и чем оно нам может угрожать конкретно?

— Мне кажется, это связано с не захороненными трупами, — шёпотом стал делиться своим мнением Александр. — Вон их сколько под открытым небом валяется, как бы новый Поедатель не сформировался.

— С такой напастью мы справимся, — тоже шёпотом отвечал я, разглядывая мелкие детали с помощью бинокля. — Напалма у нас хватает. Да и, как по мне, то лучше было бы весь этот рынок сжечь… Может, и в самом деле зашвырнуть одну ёмкость вон в то скопление навесов и прилавков?

— А если все дома вокруг загорятся?! — зашипела на нас рассерженно сияда. — Вплотную ведь к рынку стоят, полгорода выгореть может, несмотря на то, что стены каменные.

Ну да, хоть и крыши покрыты черепицей, однако не внушали доверия. Зато наши опасения и предосторожности вконец рассмешили Димона Чайревика:

— Чего вы шепчетесь, словно воришки? Нет там никого, и быть не может! Только и всего, что местные дворники не имеют права трогать территорию рынка. Потому и неубрано. Вот я сейчас проедусь…

И бравируя своей крутостью да бесстрашием, рыцарь шевельнул поводьями.

— Стоять! — прикрикнул я на него негромко. — Коль такой отчаянный, останавливать не стану. А вот коня оставь с нами, нечего благородным и верным во всех отношениях созданием рисковать.

Это я удачно сделал сравнение и провёл параллели. Пусть прочувствует свою ущербность и заткнётся с неуместной инициативой.

Только белый паладин и не подумал отступиться от своих слов. Презрительно хмыкнул в мою сторону и спешился. Отдал повод в руку Пятницы. После чего снял притороченный к седлу щит и с наглой фривольностью обратился к даме:

— Дани, прогуляешься со мной? Может, чего ценного отыщем на ничейных прилавках? — Знал, скотина, чем можно завлечь наивную дурочку!

К счастью и к моему невероятному внутреннему удовлетворению, вышеназванная особа оказалась не настолько наивна:

— Пешком расхаживать среди трупов? Избавь меня от такого, Димон. Но если отыщешь что симпатичное, смело тащи мне, я не обижусь.

— Как скажешь, моя великолепная! — не осмелился Чайревик оспорить волю её светлости.

И довольно быстро пошагал в сторону ближайших прилавков. А у меня в голове проскочила злорадная и подленькая мыслишка: «Ну вот, тут тебя сейчас и схарчит Поедатель!» Хорошо, что совесть всё-таки восторжествовала, и я сам себя оборвал:

«Что за глупости в голову лезут?! Не дай бог, таких неприятностей! Человек всё-таки… Нас и так слишком мало…» — И вновь сосредоточился в наблюдении за рынком, не забывая и по сторонам оглядываться время от времени.

Вначале ничего не происходило. Рыцарь прошёл мимо первого прилавка, чуть приостановился возле второго, заглянул за третий. Затем мечом что-то пошевелил на четвёртом и пятом прилавках. Но так ничего стоящего не обнаружил, двинулся дальше. И уже через два ряда его поблескивающие латы только кое-где просматривались мною среди нагромождения стоек и развешанного товара. Но всё равно, именно я первым заметил надвигающуюся опасность и даже успел предупредить явно зазевавшегося паладина отчаянным воплем:

— Дим! Сзади!!!

Благодаря этому наш товарищ по команде и спасся. Оглянулся, резко отпрыгнул в сторону, затем отгородился сброшенным прилавком, вторым, перевернул третий и бросился бежать в нашу сторону. Встречать концентрированной магией или рубить неожиданного неприятеля своим мечом Чайревик даже не пытался. Потому что чудище имело более длинное оружие, смотрящееся невероятно опасным. По сути, рыцарь поступил правильно, и обвинять его в неуместном побеге не было смысла. С таким монстром лучше всего сражаться будучи в численном преимуществе. Да и не факт, что среди прилавков не затаилось ещё с десяток подобных тварей.

У них нижняя часть тела была как у сколопендры. Этакое брюшко бронированное, метровой длины на многочисленных ножках. Но вот передняя часть прямостоящая и скорей взята от богомола. Этакий бронированный хитином остов, с возвышающейся метра на три головой, поддерживаемый снизу двумя парами опорных лап. И оружие выглядело весьма устрашающе: две передние лапы смахивали на ухваты из мясницких топоров, утыканные острыми наростами и общей длиной гораздо больше, чем боевая алебарда.

Такую дичь лучше всего бить на расстоянии, а в ближнем бою только добивать в случае крайней необходимости. Поэтому изготовившийся заранее Пятница, как только рыцарь и его преследователь выскочили на открытое пространство, сделал первый выстрел из арбалета. И уже в который раз не посрамил гордое звание лучшего стрелка: болт разнес чуть ли не половину треугольной головы, лишая при этом тварь одного глаза. Богомола этот удар остановил на мгновение на месте, но нисколько не убил, а просто заставил изменить способ атаки. Остатки головы оказались опущены вниз, скрыты за бронированным корпусом, и чудище вновь устремилось в атаку.

Оторвавшийся к тому времени Чайревик уже влился в наш общий спешившийся строй и оттуда стал запускать свои белесые взрывающиеся шарики. Но если на гулей шарики оказывали убийственное влияние чуть ли не сразу, то на данное чудище они произвели впечатление медленно летящих снежков, оно попросту небрежно отбило их в стороны. Пришлось мне как танку выдвигаться со Щитом вперёд, начиная замах своим зазубренным Мечом. Санёк лихо пристроился слева от меня, размахивая Шершнем, ну а сияда воскликнула, оставаясь у нас в тылах:

— Бью пятисекундным оглушающим!

Что-то я не заметил, чтобы тварь после этого замерла или хотя бы приостановилась. Одной лапой богомол попытался ухватить Димона, отшагнувшего далеко вправо, чтобы не мешать моему замаху. Второй лапой — резво двигающегося Александра. Ну а всем своим корпусом, с вновь высоко поднятой головой, ударил с разгона по моей легендарной защите. Да так ударил, что меня откинуло на добрый метр назад, и я с трудом устоял на ногах. Мне помог удержать равновесие Меч, которым я успел отсечь одну часть клешни чудища. Благодаря этому захват рыцаря в клещи не получился. Паладин получил только удар, опрокинувший его наземь.