Призрачная любовь - Лаура Уиткомб

— Мне сказали, что я могу брать из библиотеки до двадцати книг за один раз.

— Между прочим, сейчас книги делают в мягких обложках!

Он передал мне свою сумку и обеими руками поднял мою:

— Иди за мной.

Я последовала за ним в школьный театр. Пожарный выход был прикрыт лишь деревянным заграждением. Джеймс открыл дверь и убедился, что нас никто не видит. В небольшом коридоре было очень темно. Я прикоснулась к его лицу, но он сказал:

— Подожди.

Сжав мою руку, он повел меня по узкому проходу за сценой. Мы шли мимо лестниц и больших холстов, натянутых на деревянные рамы. Наши шаги создавали гулкое эхо. В воздухе пахло плесенью и древесными стружками.

Когда мы подошли к большой деревянной лестнице, Джеймс сунул наши сумки под стол. Он указал рукой наверх, и я без колебаний поднялась по ступеням. Высоко над сценой располагалась платформа, накрытая толстым черным занавесом. Она походила на постель с бархатным покрывалом. Размеры помоста соответствовали весельной шлюпке. Я могла свободно стоять под перекрещивающимися балками, но Джеймсу приходилось пригибать голову. Платформа напоминала домик на дереве. Будучи призраком, я никогда не посещала это место. Мне захотелось снять туфли и пройтись по черной ткани босыми ногами. Сцена в двадцати футах ниже казалась волшебным озером тьмы.

— Мисс Элен, — сказал Джеймс. — Ты можешь отказаться.

Он стоял, ухватившись одной рукой за верхнюю перекладину.

— Если ты думаешь, что я воспользовался ситуацией…

— Насколько мне известно, мы единственные в своем роде. Других таких нет на всем белом свете. Перед глазами Бога мы естественная пара.

Это было все, что он хотел знать. Не прерывая ласк и поцелуев, мы начали раздевать друг друга. Он пытался снять мое платье через голову, а я сражалась с его штанами, на которых оказалось слишком много пуговиц. Одна из моих туфель слетела с платформы и со звуком, похожим на выстрел, упала на сцену.

Довольно странно, но, раздевая его, я не чувствовала никакого стыда. Прежде меня часто шокировало агрессивное поведение современных женщин, когда они в книгах и фильмах толкали своих партнеров на ложа или останавливали лифты между этажами. Даже миссис Браун пугала меня своими внезапными попытками обольстить возлюбленного. Она так быстро пробуждала желание уравновешенного мистера Брауна, что я едва успевала убегать от них во двор или на крышу. Конечно, я не помнила своих наставниц в прошлой жизни и их слов о правильных манерах юной девушки. Тем не менее я знала этикет: невеста, приукрасив себя, молча ожидала команду жениха и затем отдавалась ему, словно своему господину. Его удовольствие являлось главной целью, а ее чувства, если они возникали, оставались, как правило, в секрете. Но сейчас все изменилось. Любое событие, связанное с Джеймсом, казалось новым для меня.

Я удивлялась своей смелости. Когда мы легли на черную бархатную ткань, нас отделяла друг от друга только кожа. Он провел рукой по моему бедру, ввел в меня свою плоть, и я застонала от острой боли.

— Ты в первый раз занимаешься сексом? — спросил Джеймс.

— Нет.

— Я имею в виду Дженни.

Его тело дрожало от страсти, но он выжидал.

— Ах, я не знаю.

— Тебе больно?

— Все в порядке.

Он с облегчением продолжил поступательные движения. Гортанные стоны возвращались ко мне из кафедральной темноты. Моя небесная сестра отзывалась эхом из другого мира. Неясное воспоминание заставляло меня извиваться под ним и цепляться пальцами за его плечи и шею. Тени вокруг нас пульсировали в ритме его шепота и жаркого дыхания. Мои ответы были тихими, как пение птицы. Над нами простирался невидимый космос, откуда свисали веревки и темные лампы. Они безмолвно раскачивались, как ветви на ночных деревьях. Затем я прижала его к себе. Под моими закрытыми веками вспыхнул ослепительный свет, и волна сладкой неги нахлынула отовсюду, приникнув даже в корни волос. Я не понимала, что кричала. Чуть позже об этом мне подсказало громкое эхо. Джеймс прикрыл мой рот губами, но внезапно прервал поцелуй. Его тело выгнулось дугой. Он приподнял мою голову и плечи.

— Джеймс, — тихо прошептала я.

Он молча покачивался со мной какое-то время.

— Ты занимался сексом в первый раз?

Он сделал глубокий вздох и шутливо подмигнул мне:

— Я не знаю.

Мы со смехом сплелись в объятиях. Вскоре наши зубы начали стучать от холода. Мокрую от пота кожу обдувал сквозняк с чердака. Джеймс набросил на наши обнаженные тела свою рубашку и мой свитер. Я почувствовала легкое головокружение. Мне казалось, что мы лежали на маленьком плоту, и стремительная река несла нас по течению под безлунным небом.

— Как ты забрала ее тело? — спросил он.

Его вопрос рассмешил меня.

— Я вошла в нее во время молитвы на церковном пикнике.

— Ты шутишь?

— Они подумали, что это был священный транс и общение со Святым Духом.

— Где ты живешь? — спросил Джеймс.

— Не знаю. Я забыла, что нужно запомнить адрес и телефонный номер.

Его забота обо мне казалась такой милой и неожиданной. Мое сердце успокоилось, и тело расслабилось. Но он по-прежнему прижимал меня к себе, оставаясь внимательным к каждому моему слову и жесту. Как странно! Почему я думала, что он оставит меня после этого? Наверное, опять какие-то отголоски из предыдущей жизни.

— К тебе уже начали возвращаться воспоминания? — спросил он.

— Только небольшие моменты.

Мне не нравились чувства, которые я переживала во время этих вспышек памяти.

— А ты, наверное, вспомнил что-нибудь еще?

— Да, я работаю над этим.

Он смотрел на меня, поглаживая ладонью мой подбородок и левую ключицу:

— Сегодня утром мне вспомнилось, что моя мать имела травму руки.

Он приподнял правую руку и согнул указательный палец:

— Когда она надевала фартук, то завязывала тесемки примерно таким образом.

Джеймс попытался воспроизвести танец ее рук. Затем он прижал губы к моей шее и сделал несколько горячих выдохов. Внезапно зазвенел звонок. Я подскочила от неожиданности.

— Сейчас время для второго ланча, — сказал он, целуя меня в горло. — Мы можем оставаться здесь до часа дня.

— И пропустить ланч? Мне хочется попробовать вкус яблок.

Мы оделись, и Джеймс спустился, держа в руке одну из моих туфель. Я последовала его примеру. Он нашел на сцене мою упавшую туфлю и вернулся к лестнице, где я ожидала его. Встав передо мной на колени, он поднес обувь к моим ногам. Когда мы взяли наши сумки с книгами, он с улыбкой осмотрел меня и покачал головой.

— Что-то не так? — спросила я.