И придет волчица… - Ирина Шевченко

Авантюру? Сначала его, мастера четвертой ступени, отрывают от серьезных изысканий и отправляют сюда, в эту школу, чтобы он собирал информацию о местных магах. Затем за незначительную плату, правда сопровождаемую более чем щедрыми обещаниями, поручают организовать срыв наметившихся дружеских отношений Кармола с эльфами, ради чего он рискует собственной жизнью. А для его нанимателя это, оказывается, всего лишь маленькая авантюра?!

Сердце клокотало от бешенства, но внешне он оставался спокоен – за столько лет волей-неволей научишься скрывать эмоции и мысли.

– Пока от вас ничего не требуется. Оставайтесь на месте, занимайтесь обычными делами. Пусть вас продолжают считать… тем, кем считают. Я дам вам знать…

Пустой, бессмысленный разговор. И этого он ждал так долго?

Он один за другим погасил амулеты и набросил на зеркало темную ткань. Спать. Сердце вздрогнуло то ли от страха, то ли от другого чувства, поселившегося в нем с недавних пор, а мужчина улыбнулся. Страх? Страх – это ерунда. А огонь и боль – ничтожная плата за встречу с мечтой…

Галла

Всю ночь я спала как младенец, а проснувшись, чувствовала себя бодрой и отдохнувшей. Меня не мучили больше сомнения, не терзали ненужные страхи. Я все решила и все рассчитала, каждое слово, каждое действие. Я не поеду в школу с утра, когда Келай, по своему обыкновению, будет стоять на крыльце до тех пор, пока не начнутся занятия. Не поеду я туда и через час, когда в каморку распорядителя в любой момент может ввалиться кто-нибудь из учеников или наставников, чтобы попросить выдать какое-либо из хранящихся на складе пособий или ключ от одного из тренировочных залов. Я прибуду в замок ровно к десяти, когда, разобравшись с делами насущными, Келай привяжет к дверной ручке платок, предупреждающий о том, что хозяин кабинета изволит обедать и беспокоить его не стоит…

– Приятного аппетита, магистр.

– А, тэсс Галла, входите.

– Я уже вошла.

И закрыла за собой дверь, отрезав и себе, и ему путь к отступлению. И приготовила щит, на случай, если он окажется быстрее меня. И сплела заклинание, убивающее в одно мгновение… Да, Ил, в одно мгновение. Я не стану уподобляться ему. Он умрет сразу же. А там гореть ему в аду. Мне почему-то кажется, что для таких, как он, ад существует.

– Вы что-то хотели?

– Поговорить.

Я видела, как изменилось его лицо. Оно словно стало… лицом. Лицом, а не расплывчатой маской.

– Давно пора.

Голос тоже звучал иначе – резче, громче, с едва уловимой, но зацепившей меня насмешкой.

– Да, давно, – согласилась я, не зная, что делать теперь: потребовать от него признания или направить на него готовое уже плетение, сказав напоследок: «Это за всех, кого ты убил, тварь».

Наверное, все же второе – чем скорее, тем лучше.

Прямо сейчас. Один, два…

– Простите, тэсс Галла, но я не хотел лишний раз вас тревожить. И лорд Миаллан велел обращаться к вам только в крайнем случае.

– Лорд Миаллан?

Только мое удивление спасло ему жизнь…

Когда Каэтарской империей правил еще отец нынешнего императора Растан Первый, снедаемые алчностью завоеватели из рода человеческого в очередной раз высадились на Саатаре, чтобы обрести богатство, бессмертие и славу в веках. Естественно, все, что стояло между ними и великой целью, подлежало немедленному уничтожению. Тем более нечто столь незначительное, как маленькое людское поселение на границах с Лар’элланом, жители которого отказались выделить братьям-человекам проводников, став на защиту остроухих. Из всего поселка уцелело лишь несколько мальчишек, успевших укрыться в лесу.

Осиротевших детей приютили эльфы, предварительно вырезав вчистую разрушивший их селение отряд имперцев. А когда через несколько лет лар’элланский маг заметил в одном из приемышей проблески силы, некий лорд неожиданно заинтересовался судьбой потенциального волшебника, да настолько, что не пожалел ни денег, ни сил, чтобы отправить парнишку получать полноценное образование во вражескую тогда еще империю. Правда, великим магом сиротка не стал. Выучившись, он вернулся на родину, не к эльфам, конечно, а к людям, которые восстанавливали свои хозяйства после очередной попытки имперского прорыва к власти и славе и были рады даже посредственному колдуну. Женился. Обзавелся детьми… А потом, через много-много лет, когда эти дети уже выросли, его вдруг навестил тот самый добрый лорд и попросил, просто попросил, не настаивая и не напоминая о каких-либо обязательствах, помочь. Послужить, так сказать, делу мира во всем мире. И нужно было всего-то вернуться на Каэтар, даже не в империю, а в одно граничное с ней королевство, где располагалась единственная на данный момент школа, принимавшая без оглядки на уши выходцев из Западных земель, устроиться на неприметную должность и собирать по мере сил информацию обо всем, что могло бы пригодится миролюбивому лорду. Конечно же маг согласился – ради такой-то благородной цели. Тем более и риска никакого: знай записывай в тетрадочку все, что увидел или услышал, и отсылай ежемесячно на Саатар. Да еще и за кое-кем из учеников приглядывай, мало ли, вдруг не такие уж добрые в том королевстве люди, не прониклись еще идеями межрасовой дружбы. А заодно, когда выпускники станут задумываться о подходящей работе, отправлять их, нет-нет, не в Лар’эллан, а к благопристойным кармольским тэрам: купцам, промышленникам, а уж те найдут, чем заманить молодых перспективных чародеев за Синий предел…

Такая вот сказочка.

Естественно, Келай рассказывал все совсем другими словами и с другими интонациями, но он рассказывал. Он рассказывал, и рассказывал, и рассказывал…

– Вы что-то хотели?

– Поговорить.

– Давно пора.

Не насмешка была в его голосе, как мне послышалось, а радость от того, что можно будет поговорить с человеком, с которым не нужно притворяться и скрытничать, который знает, кто он и что…

Но человек-то не знал! И теперь меня трясло от мысли о том, что было бы, успей я привести в действие свой план. Гайли, интриган остроухий, психо-мать-твою-аналитик!

Первый советник принца Кэллиана подстраховался на все случаи жизни и, вероятно, успел внедрить своих людей – именно людей, чтобы не вызвать лишних подозрений, – не только в маронскую школу. И это правильно, наверное. О врагах нужно знать все, а о потенциальных друзьях – еще больше. Но чего я не могла понять, так это зачем нужно было говорить Келаю, что единственный маг тут, которому в случае чего можно довериться, – это я? А даже если и так, почему нельзя было найти способ предупредить об этом и меня?

Нет, сомнений в словах распорядителя у меня не возникло. Ни в том, что он искренне и до гробовой доски предан добрейшему лорду Миаллану. Ни в том, что во время жертвоприношения он действительно был в книгохранилище, а после, когда я еще лежала пластом в школьной лечебнице, метался в панике, не зная, как известить о случившемся своего благодетеля, когда и почта и телепортационные каналы были перекрыты. Ни в том, что во время прощального приема, когда неизвестный, теперь уже окончательно и безнадежно неизвестный колдун в сопровождении сообщников пронес в здание посольства бомбы, Келай был в саду герцогской резиденции в компании одного из эльфийских стражей – принес тому письма и подарки для оставшихся на Саатаре родных…

– А Хейла – это внучка от старшей дочери. Зимой только родилась, так что я ее и не видел еще… Но вам, должно быть, это неинтересно.

– Нет-нет, рассказывайте.

– А дальше и нечего. Услышали взрывы, потом увидели зарево… Знаете, я решил уже, что годы, проведенные здесь, были пустой тратой времени, что теперь послы уедут. Но, милостью Илота, обошлось.

Обошлось. Боги странно проявляют свою милость. Принц жив, договоры подписаны. А остальное, должно быть, сущие пустяки в глазах всесильного Илота.

– Все же мне было не по себе после всего случившегося. Еще и лорд Миаллан просил быть предельно осторожным с местными магами, ведь неизвестно, замешан ли кто-нибудь из них… Вы же понимаете, каково это – знать, что никому нельзя довериться? И тогда лорд Миаллан сказал, что я мог бы обратиться к вам. Мне неловко спрашивать, но вы с ним…

– Родственники? Нет.

Хотя в какой-то степени, мы даже ближе, чем родня. Только вот втягивать меня в свои интриги не стоило.

– Когда вы в последний раз были дома, магистр Келай?

– Два года назад. Удалось вырваться на время летних выгулок. Но путешествие через океан забрало большую часть времени…

– Не хотели бы вернуться? В октябре планируют наладить регулярное сообщение с Саатаром.

– Вернуться? – Конечно же он хотел. – Но лорд Миаллан…

– Лорд Миаллан – эльф и иногда забывает, как быстротечна людская жизнь. Я поговорю с ним. Кстати, как вы с ним связываетесь?

– Почта, – пожал плечами мужчина. – Если срочное – есть амулеты связи, но у меня не очень хорошо выходит. А если что-то крайне важное… – Он на мгновение умолк, раздумывая, стоит ли посвящать меня в подробности. – До этого не доходило, но лорд Миаллан научил меня, как можно активировать этот перстень для открытия прямого портала в то место, где находится он. Но это как-то… неудобно…