Летопись начертанная кровью - Цепеш

– Жил грешно, помер смешно, - лишь эта краткая фраза Клима послужила эпитафией бесславно окочурившемуся пидору.

Это верно, но теперь надо еще и от трупов избавиться, впрочем, это уже к Носферату. Я показал Рольфу на тела и махнул рукой. Дескать, твоя работа, приступай:

– Страна непуганых идиотов и распоясавшихся извращенцев, - ворчал Рольф, выкарабкиваясь из лимузина. - Сто раз подумаешь, прежде чем у таких кровью разживаться. Дожили, переходим на кровь из всяческих "центров по переливанию", там хоть не видно, у кого ее брали, иначе и проблеваться недолго. Хочу обратно, домой, там хоть таких уродов поменьше будет.

Встав посреди дороги и обратив лицо к луне, Носферату завыл на той грани, что переходит в неслышимый человеческим ухом ультразвук. Со всех сторон послышался шелест множества крыльев - на незапланированный ужин слетались сотни летучих мышей. Через минуту на дороге лежали два до блеска отполированных скелета, рядом валялись два пистолета, наручники и мелкие металлические предметы. Легкий телекинез и эти остатки от трапезы разлетелись по кустам в радиусе километра. Теперь пусть обращаются в свои "секретные материалы". Представляю себе газетные заголовки наподобие "Двух полицейских съели мыши и крысы". Надо будет последить за прессой в ближайшие дни, авось что для коллекции подобных случаев сохраню.

Особняк Юлия, находящийся недалеко за городом, не заметил бы только слепой. Это было довольно несуразное четырехэтажное здание, на первый взгляд выстроенное в псевдоготической манере. Несуразное-то оно несуразное, но в нем все же просматривался определенный архитектурный стиль, но для его восприятия нужно было быть не совсем нормальным, а точнее мыслящим в абсолютно другой логической системе. Сразу видно для понимающего взгляда, что здесь обитает кто-то из Малкавиан.

У входа нас встретил старый знакомый - тот самый "переводчик" Юлия. Судя по выражению его лица, нас здесь действительно ждали как дорогих гостей.

– Рад видеть Вас. Готовы ли вы прошествовать к тем, кто ожидает Вас? - осведомился он и получив положительный ответ, добавил, - Тогда я буду Вашим провожатым в сем месте. Идемте же.

А речь у него становится день ото дня все более богатой на старомодные обороты и менее понятной. А это один из первых шагов к новому восприятию мира для Малкавиан. Кажется, в скором времени Юлию потребуется новый переводчик, лет эдак через пять-семь, когда речь юного Малкавиана станет и вовсе непонятной для остальных. Ладно, это их внутренние проблемы, пусть сами разбираются.

Проходя по залу, я обратил внимание на странную статую с философским уклоном, чем-то сильно заинтересовавшую меня. Она изображала Сородича, внимательно всматривающегося в пустоту, словно пытающегося найти высший смысл за завесой тайны. Тот смотрел вдаль, завороженный открывшимся перед ним и не замечал, что сзади к нему протянулась из пустоты рука, в которой была зажата маска шута. Что-то до боли знакомое мне было аллегорично отражено в этом воистину талантливом произведении искусства. Я смотрел и никак не мог оторваться, казалось, еще мгновение и я смогу понять всю истинную суть шедевра. Рядом со мной таким же безмолвным изваянием застыл Клим…

– Именно, - чей-то странно знакомый голос вернул нас к окружающей действительности, - Эта статуя всего лишь аллегоричное отображение истинной сути нашего клана. Когда-то в древние, очень древние времена нам пришлось слишком дорого заплатить за Знание.

Обернувшись, я увидел источник этого голоса и моя нижняя челюсть плавно укатилась куда-то в дальний угол. Это был Юлий - безумный пророк, Малкавиан, возраст которого зашкалил за 2000 лет и который в принципе не мог говорить понятно для окружающих. У Клима от такого потрясения судорожно подергивался уголок рта, что было крайне несвойственно для этого образца вселенской флегмы. Остальные же как оказалось уже успели пересечь зал и поднимались по лестнице, ведущую на второй этаж, в комнату, где мы и должны были собраться.

– Не стоит их останавливать, - заметил Юлий, почувствовав мое желание вернуть их обратно, - Эта часть разговора предназначена не для них. Кстати, я далеко не был уверен и в том, что вы с Климом сумеете хотя бы на интуитивном уровне понять суть нас, суть клана Малкавиан. Вижу, вы удивлены тем, что я разговариваю на вполне доступном языке?

Я только и смог, что с совершенно обалдевшим видом кивнуть головой.

– Напрасно, - ехидно усмехнулся чертов Малкавиан, - Со стороны все будут убеждены, что я как обычно несу стандартную абракадабру, так свойственную нашему клану. Да так оно на самом деле и есть.

– Тогда почему же я тебя понимаю? - только спрашивать мне сейчас и оставалось.

– По двум причинам. Первая состоит в том, что в местах, подобных этому, магия нашего клана наиболее сильна и сконцентрирована в одну точку. Увы, даже в этом случае она не в силах снять с нас оковы того, что все привыкли называть "безумием", хотя это лишь в слабой степени отражает истинную суть этого явления, - Юлий заметно погрустнел, - Зато некоторые Сородичи на некоторое время как бы сами становятся ближе к нашему внутреннему миру. Это и есть вторая причина, ты сейчас словно бы стал Малкавианом…

– Надеюсь, временно? - только этого мне не хватало. И так с трудом некоторые индивиды понимают, а уж при таком раскладе страшно представить.

– Конечно, можешь даже не беспокоиться. Просто это даст нам возможность поговорить нормально, без всяких иносказаний и туманных пророчеств, - Юлий резко посерьезнел, - Тем более, что тема для разговора самая что ни на есть важная. Думаю, что и тебе и всему клану Тремер известно, что только вы не были "созданы", а сами дошли до вампирического состояния.

Отвечать на этот вопрос я счел излишним, это и так ясно. Именно потому к нам и относятся так враждебно некоторые Сородичи, хотя не только из-за этого. Тем временем Юлий подложил:

– Вот именно, ваш клан свободен, не связан никакими ограничениями и традициями, вы знаете основателей своего клана, постоянно общаетесь с ними, - я саркастически хмыкнул. - Ну, при желании с их стороны, - поправился Малкавиан. - Патриархи же остальных кланов неизвестны никому из ныне живущих Сородичей, они лишь легенда, причем весьма страшная.

– Ну да, новое появление Патриархов, конец всему, уничтожение всех Сородичей и тому подобная чепуха. Один в один содрано с человеческих религий, нет ни малейших сомнений. Об этом даже говорить стыдно. Но ведь вы, клан Малкава, сами считаете это одним большим мифом, непонятно для чего созданным, - не удержался Клим.

– О да! Но в любом мифе есть доля истины и этот не является исключением. Конец мира… Это всего лишь аллегоричная форма своеобразной "чистки", время от времени проводимой так называемыми Патриархами, когда ситуация начинает выходить из-под их жесткого контроля. Сейчас же назревает именно такая ситуация. Заметьте, пока еще только назревает, - Юлий замолк, словно предлагая нам самим продолжить выстраиваемую логическую цепь.