Время Ч. - Андрей Калитин

Рассказ Валерия Стрелецкого уникален, прежде всего, тем, что он приоткрывает завесу над еще одной и, очевидно, небезуспешной попыткой братьев Черных влезть в очень выгодный и весьма характерный для начала 1990-х годов российский бизнес. Назовем его «бизнес на льготах». Кому только не хотелось по-быстрому стать миллионером за счет беспошлинной торговли спиртным и сигаретами, а также, кстати, экспортировать, к примеру, тот же алюминий и не отчислять налоги, в силу того что часть вырученных денег якобы идет на развитие спорта и на благотворительные цели. Не всем удалось тогда пройти жесткий полукриминальный «бизнес-кастинг». Черным удалось, судя по рассказам очевидцев, видевших документы Национального фонда спорта.

Но есть в этой истории и еще кое-что интересное. Борис Федоров, очевидно знавший или, по крайней мере, догадывавшийся, что его разговор с Татьяной Дьяченко записывается охранниками Бориса Березовского, по сути, «пугает» дочь Президента, а значит, и Его Самого некими бандитами – братьями Черными. Неужели в России никого и страшнее-то уже не было? Вот это весьма показательно. Федоров, прекрасно знакомый с братьями, видимо, знал, что говорит. И суть этого рассказа не в упоминании имен Тарпищева или Сосковца, а именно в том, что акцент бывший президент фонда делал именно на некую якобы мафиозную группировку, чуть ли не «окружившую Кремль»...

Когда пленка с этими переговорами в доме приемов «ЛогоВАЗа» вышла на страницах одной из московских газет, братья Черные, Лев и, прежде всего, Михаил, должны были «оценить» предательство бывшего «партнера». Нет, речь не идет о том, что они решили Федорову за это отомстить. У того и без них врагов хватало. Но еще двоих Борис Федоров точно нажил...

Интересно, что Служба безопасности Президента, возглавляемая тогда Александром Коржаковым, в то же самое время разрабатывала весьма интересный план встречи с самим Черным в Израиле. Коржаков понимал, что против его команды играет альянс Гусинский – Березовский со всеми их медиаактивами и связями, и потому действовал на опережение. Сбор компромата буквально на всех обитателей Кремля шел полным ходом. И помочь в этом по замыслу Коржакова мог как раз Черный. Александр Васильевич лично знаком с Михаилом не был. Но Шамиль Тарпищев якобы обещал организовать встречу. Публикация откровений Бориса Федорова вынудила Коржакова со встречей повременить. Бывший глава охраны Бориса Ельцина эту историю и сейчас прекрасно помнит. По крайней мере, на мою просьбу о встрече он откликнулся, как всегда, с боевой готовностью.

И вот мы сидим с ним на веранде маленького кафе Дома офицеров в подмосковной Малаховке. Коржаков, по привычке взвешивая каждое слово, с некоторым недоверием поглядывает на диктофон...

– Комбинацию с Федоровым придумал и реализовал Березовский. Его задача была напугать Татьяну Дьяченко. Она в ту пору внимательно его слушала. Березовский просто использовал Федорова, который наверняка знал, что его разговор в доме приемов «ЛогоВАЗа» записывается. Но Федорову, видимо, было все равно. Он рассказывал Тане о том, что мы (Коржаков, Барсуков, Тарпищев. – Авт.) – отъявленные бандиты, что у нас руки по локоть в крови. Ну хоть бы один пример привел, кого мы убили-то! Но он же был наркоманом со стажем, когда что-то говорил, у него даже пена изо рта шла. Мы все это хорошо знали, а вот Дьяченко он запугал основательно. Он говорил, что мы были связаны с Михаилом Черным и Антоном Малевским. Я, кстати, знал и Антона, и Аксена, его друга. Встречались с ними как-то, когда Тарпищев их на какое-то спортивное мероприятие приводил. Нормальные в общем-то ребята. Тарпищев никогда не отрекался от дружбы с этими людьми. Он ведь дружил и с Черным, и с Тайваньчиком. Они все вместе когда-то в детстве в Узбекистане в одной школе учились, в футбол играли. Я сейчас могу с уверенностью сказать, что Тарпищев, конечно, много криминала в свое время в Кремль привел. Но я сейчас иначе на все это смотрю. Ведь что считать криминалом? Это все люди, которые, конечно, что-то совершали раньше, а сейчас строят гостиницы, помогают бедным, содержат различные фонды. Это ведь как в Америке в период легализации первоначальных капиталов. В Англии так же пираты поступали. У нас был точно такой же период. Совсем другое дело, когда воруют не профессиональные воры, а чиновники. Ни один бандит не сравнится по размаху своей преступной деятельности с коррумпированным чиновником. И у нас в Службе безопасности Президента была идея выйти на контакт с Михаилом Черным. Я лично хотел с ним познакомиться. Тем более что Тарпищев мне всегда говорил, мол, они – Миша и его брат Лев – ребята хорошие, просто в России боятся бизнес развивать. Я же хотел с ним познакомиться вот по какой причине. У нас в планах было несколько операций, направленных на борьбу с коррупцией. Но в рамках этих операций мы получали самую важную информацию от так называемых теневых лидеров. Мы пытались наладить контакт с теми, кто уже какое-то время находился на Западе. От самых разных людей, которые осели в США, Европе, Израиле, мы в деталях узнавали, кто из российских министров и крупных функционеров сколько берет в качестве взяток и откатов. Мне нужно было и от Черного получить информацию о чиновниках российского правительства, которые были участниками самых крупных финансовых сделок тех лет. Уверен, я бы мог получить информацию от Черного! Мы тогда очень многим представителям преступного мира обещали простить их «грехи» в обмен на информацию. А ведь можно было таким образом заставить или уговорить их и вывезенные капиталы вернуть в Россию. Кроме того, можно было направить средства того же Черного на разные благие цели. Он же помогал российскому теннису, например. Важно было, чтобы эта поддержка не прекращалась. Почему его деньги должны в Израиле крутиться, а не здесь! Это законы «переходного периода». Но история с «коробкой из-под ксерокса», интриги Березовского и болезнь Ельцина – все это вкупе привело к тому, что именно я был отправлен в отставку летом 1996 года. Сейчас уже много воды утекло, никто те старые дела вспоминать не будет. Хотя стоило бы. Ведь именно во второй половине 1996 года произошел самый серьезный отток капитала за рубеж. Все это произошло потому, что Служба безопасности Президента, как единственный орган, который боролся с коррупцией, была фактически развалена. А у нас было столько планов и информации, что конечно же нас боялись очень многие. Думаю, что и сам Президент.

Интересно просто представить разговор главы Службы безопасности Президента с беглым израильским олигархом. Уверен на все сто: Черный бы все увезенные с собой деньги генералу вернул, да еще с процентами. И тогда вся эта история выглядела бы совершенно иначе. А так даже неизвестно, что у Коржакова за благие начинания были! Но... с Михаилом Черным Коржакову встретиться так и не удалось. Борис Ельцин 20 июня 1996 года уволил самого влиятельного из охранников во всей российской истории. Окружавшие Президента олигархи, прежде всего Гусинский и Березовский, выиграли этот раунд политической борьбы...

Доклад Куликова

Сейчас уже понятно, зачем Служба безопасности группы «Мост» делала ту самую видеозапись в аэропорту Тель-Авива, на которой Михаил Черный вместе с Антоном Малевским встречает Шамиля Тарпищева. Медиамагнат был отодвинут от сладкого пирога под названием Национальный фонд спорта, в алюминиевый бизнес его тоже не пустили. И для Гусинского этот видеокомпромат был всего лишь очередным этапом информационной войны, разгоравшейся в середине 1990-х годов на НТВ. «Моя цель – очистить высшие эшелоны власти хотя бы от прямых связей с бандитами», – говорил тогда Гусинский. На самом деле это была разборка с прямыми конкурентами по крупному бизнесу, касалась ли она спортивных льгот или алюминия, неважно. Но скандал привел к весьма серьезному результату, каковым стало то самое выступление Анатолия Куликова на специальном закрытом заседании Госдумы 21 февраля 1997 года.

Тогда же следователю Сергею Глушенкову, который вел знаменитое дело о фальшивых авизо, было дано указание активизировать расследование алюминиевых афер. (Следует заметить, что Глушенкову, как и его коллегам из МВД, добиться чего-либо существенного не удалось. Но это, видимо, тема для отдельного разговора.) А вот выступление Куликова стало настоящей сенсацией. Министр не стал ограничиваться общими фразами, а говорил вполне конкретно – и об Измайловской группировке, и о братьях Черных. Николай Петрович нашел для меня эту стенограмму.

На следующей нашей встрече он передал мне несколько любопытных документов. Изучив их, становится понятно, как действовали следователи МВД и чего им не хватило для доведения уголовных дел до логического конца. Но сначала имеет смысл привести самые яркие цитаты из выступления Куликова.

Итак, здание Государственной Думы на Моховой. Зима 1997 года. В переполненном зале депутаты ждут министра внутренних дел. Его выступление должно было стать сенсацией. Так оно и произошло, хотя, как сейчас уже очевидно, опоздало на несколько лет...