Архивариус: тайна сирены - Александра Фартушная

меня в голове что-то щёлкнуло. Резко подскочив, я принялась судорожно искать чистые листы пергамента. Напарник с интересом и удивлением наблюдал за мной, но не вмешивался. Найдя искомое, я положила тонкую бумагу поверх карты и соединила линией все точки. Они сложились в причудливый узор, состоящий из дугообразных полосок и завихрений.

— Кажется, я уже это видел... — пробормотал Ирвин и принялся рыться в бумагах.

Закусив губу, я пыталась разобраться в этом странном рисунке. В том, что это важно, я не сомневалась. Моя интуиция вопила вовсю.

— Нашёл, Лив! — радостно закричал напарник, тряся в руках какими-то бумагами. — Это карта морских течений, смотри!

Мы разложили её на столе, а поверх легли мои листы. Пришлось немного подвигать, чтобы найти нужное положение. Линии, соединяющие метки сошлись с морскими течениями. Но кое-что выбивалось из этой картины.

— А это ещё что? — я удивлённо разглядывала линию, которая вела к Источнику.

Приподняв лист и внимательно осмотрев карту, мы ничего не нашли. Дуга, изображавшая течение, шла вдоль берега. Но у Габриэля она разделялась и уходила дальше, вглубь суши. Что он хотел этим сказать?

— Может ошибка? — спросил Ирвин, почёсывая затылок.

— Сам то в это веришь? — сдвинув брови я продолжила внимательно рассматривать карту. — Вот здесь, линия разделяется надвое. А на карте она одна и проходит вдоль берега. Что там?

— Ничего необычного. Берег и скалы, а дальше лес, — пожав плечами, ответил напарник.

— Мы можем туда сходить?

— Не думаю, — Ирвин отрицательно покачал головой. — Берег там узкий, а сейчас как раз прилив. Со стороны суши тоже не подобраться. Можно попытаться подплыть на лодке, но место опасное, сами мы не справимся.

— Н-да, засада, — расстроенно отозвалась я. — Есть ещё идеи?

— У меня нет, — честно сказал напарник, — но мы оба знаем, кто может нам помочь.

— Киар...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

***

Погода в последние дни стремительно портилась. Небо затягивали тяжёлые серые тучи, сквозь которые редко пробивался солнечный свет. Деревья окончательно растеряли свои яркие листья, а пожухлую траву заволокло изморозью. Был только конец октября, но уже чувствовалось мимолётное дыхание зимы.

Мы с Ирвином вышли из ратуши и моё внимание тут же привлекла одна странность. А куда же подевалась ярмарка? На площади, вместо десятка жавшихся друг к другу палаток я видела лишь странную деревянную конструкцию. Широкие опоры высотой в три этажа, переходящие в купол. Вокруг сноровисто суетились рабочие.

— Ирвин, а что происходит? — в полном недоумении я оглянулась на напарника.

— Совсем забыл, — он хлопнул себя по лбу, — через четыре дня праздник — ночь тысячи огней.

— Какой праздник? — переспросила я, потому что название мне ни о чём не говорило.

Взглянув на меня так, будто я должна была это знать, Ирвин пустился в объяснения:

— Ночь тысячи огней — символ единства, памяти и надежды. В этот день принято ходить в гости, вспоминать хорошее и прощать обиды. Провести время с семьёй, приготовить любимую еду и вспомнить тех, кого уже с нами нет.

— А огни здесь при чём? — осторожно спросила я.

— Ты недослушала, — чуть оттопырив от недовольства губу, сказал напарник. — Ближе к полуночи, все жители выходят на улицу. Каждый зажигает по свече, и сообща они отправляются к берегу. Поблагодарить море за его дары, попросить милости и снисхождения. Чтобы каждый моряк вернулся домой живым.

— Красивая традиция... — отозвалась я, и указав на площадь, спросила: — А это?

— Ну какой же праздник без пышных гуляний? — улыбнулся Ирвин, — Бургомистр не скупится на такие вещи, а шатёр как раз вместит всех желающих.

Так вот почему эта конструкция показалась мне такой знакомой! В детстве к нам часто приезжал цирк, и все выступления проходили в похожем шатре.

— Ты пойдёшь? — чуть склонив голову, спросил Ирвин.

— А? Не знаю, — честно ответила я.

Мне было неловко напрашиваться, всё же праздник семейный, со своими традициями.

— Давай сходим, будет весело. Танцы, песни и грог рекой, — на этих словах я категорически замахала руками. — Ну ладно, без грога. Тебе нужно отвлечься. После всех событий... Да и мне, честно говоря.

— Ладно уговорил! — я сдалась под его натиском.

— Отлично, — Ирвин улыбнулся и довольно потёр руки.

***

До праздника оставалось два дня, и главная площадь успела сильно преобразиться. Десятки рабочих укрывали деревянную конструкцию плотной парусиной. Уже вырисовывались силуэты шатра, он был поистине огромный. Вдоль дороги растянулась вереница из повозок, привезших мебель и продукты. Лица прохожих светились от улыбок, отовсюду слышался смех и разговоры. Город оживился в предвкушении торжества.

Хоть я и была в приподнятом настроении, но мои мысли возвращались к Киару. Мне бы так хотелось, на один вечер забыть обо всех проблемах и провести его вместе...

Время пролетело быстро, очередной день подошёл к концу. Ирвин уже оделся и терпеливо ждал меня, привалившись к стене. Стоя у стола, я складывала вещи в сумку, попутно болтая с напарником о какой-то ерунде. Но вдруг Ирвин резко замолк, что было совершено на него не похоже. Проследив за его взглядом, я чуть дар речи не потеряла. На пороге стоял Киар.

— Э-э-э, я тут вспомнил, мне же нужно к бургомистру заскочить, — протараторил напарник.

Быстро пожал руку Киару и выскользнул из кабинета, успев напоследок подмигнуть мне.

На меня будто заклятие оцепенения наложили. Хотелось броситься навстречу и крепко обнять, но ноги словно приросли к полу. Лёгким, почти беззвучным шагом Киар приблизился. Мы неотрывно смотрели друг на друга, а сердце билось так сильно, что того и гляди, выпрыгнуло бы из груди.

— Лив... — от его улыбки и голоса у меня задрожали коленки, — не бойся, я могу контролировать... силу.

Он заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо, и словно в подтверждение своих слов, нежно поцеловал. Я напряглась, ожидая худшего. Но... ничего не произошло. Не считая одной девушки, которая окончательно и бесповоротно влюбилась. Я крепко прижалась к его груди. Больше никаких сомнений, я не хочу противиться чувствам. Не знаю, сколько мы стояли обнявшись, но этого всё равно было недостаточно. Хотелось забыть обо всём и раствориться друг в друге.

— Я очень скучала, — прикрыв глаза, я потерлась об него щекой.

— Знаю, я чувствовал, — он чмокнул меня в лоб. —