Чёрный цветок, несущий смерть (СИ) - Ксения Лисицына

последствиями. Девушка молчала, пока она обрабатывала таким манером другой бок. А вот до верхней части спины дотянуться было проблематично. Мэл не видела, где нужно резать. Пришлось подключать кавалерию.

— Адалин, доставала когда-нибудь занозы? — вскользь поинтересовалась она, поглядывая на побледневшую девушку. — Поможешь мне? Сложно дотянуться до спины.

— Дааа… — неуверенно протянула госпожа секретарь, перехватывая из её рук скальпель и пинцет. Она постоянно сглатывала слюну, словно боролась с тошнотой. Но пока держалась.

Надо было отвлечь её чем-то, и Мэл решила расспросить о событиях, которые она пропустила, пока валялась без сознания. Этот вопрос и задала девушке.

— Ну. Когда вы нас покинули, мы ещё опросили несколько десятков господ. Нашли двоих, кто поддерживал графа и исполнял его поручения. В голове одного из них и всплыло здание Совета. Мы тут же отправились в Управление и собрали группу. Почти перед выходом забежал артефактор, который уезжал на осмотр с вами и рассказал о магической бомбе. Наши, посоветовавшись, захватили амулеты, которые нейтрализуют ненаправленные магические волны. Что оказалось потом весьма верным решением, — она задумчиво доставала осколки. — Когда добрались до здания, оттуда выбегали люди. Часть наших организовали лагерь, прикрытый антимагическими щитами, другие вошли внутрь, чтобы вывести оставшихся в здании людей. На всех гражданских амулетов не хватило, но большинство не пострадало. Несколько человек получили ожоги и скончались на месте, хотя наши целители приложили все свои усилия. Других задело ударной волной от взрыва на выходе. Сначала они были в порядке, но потом… Наши целители сказали, что помочь им не могут ни чем. От их ауры будто куски отваливались, а бреши не удавалось стянуть. Сегодня ночью умер первый человек, буквально несколько часов назад прекратились бесконечные дикие крики. Он сильно постарел, словно всю жизнь прожил за десяток часов. Тех, кого зацепило краем, ввели в лечебный сон, этого немного затормозило разрушение ауры, но не остановило полностью. По прогнозам целителей почти все умрут через пару дней, — сдерживая слёзы, шептала девушка, протирая раствором её спину.

— Но я жива. Хотя, несомненно, меня могло задеть, когда мы вывалились из окна. Даже чувствую себя сносно. Большое спасибо, Адалин, — девушка поблагодарила помощницу, натягивая обратно рубаху. — Мне надо поговорить с Ингваром. Можешь его позвать?

Адалин потупила взор, не решаясь сразу произнести то, что заставило упасть её душу в пятки:

— Лантэ. Я не уверена, что это хорошая идея. Он сейчас с принцем, — она взяла паузу, чтобы вдохнуть полной грудью, — Его высочество тоже попал под волну этой магии. Состояние критическое. Лечебный сон лишь отодвинул неминуемое. Король закрылся в его палате. Решил провести оставшееся время с ним.

Неужели этот несносный мальчишка скоро умрёт? Их отношения нельзя было назвать приятными, он дерзил и огрызался, не хотел идти на контакт. Но ведь она не желала ему смерти. Господи, да она сделала всё от неё зависящее, чтобы он выбрался из этого проклятого места живым! Ингвар, прости. Она ведь обещала, что мальчишка будет жить. Трудно представить, что прямо в этот момент переживает её названный брат, гладя на иссыхающее тело своей плоти и крови.

Как она может вот так всё просто оставить? Почему за жизнь младшего принца не борются лучшие целители королевства?! Почему ей эта волна оказалась нипочем?! Девушка злилась. Злилась на всё, что её окружает, на злодейку-судьбу, но больше всего она злилась на себя. Разве может Мэл опустить руки, когда сын её родного человека нуждается в помощи? Нет. Ведь должен же быть выход. Всегда есть выход.

Девушка в спешке переоделась в форму, которую по её просьбе принесла Адалин. Надела маску, заботливо оставленную кем-то на тумбочке. Пора навестить принца. Пока своими глазами не увидит, что дело дрянь, ни за что не отступится. Только с таким настроением необходимо бороться со смертельными болезнями. Она сможет помочь! Она всё сможет ради семьи.

Палата принца находилась обособленно от других. Охрана по периметру не пускала посторонних. Король дал чёткий приказ, и они его исполняли. Уговоры результатов не дали. Даже то, что перед ними заместитель начальника управления оказалось пустым звуком. Не положено! Единственная фраза, которую они произнесли на их просьбы пройти.

Девушка потянула Адалин в соседнюю палату. Кроме, мужчины, без сознания, плавающего в кровати-ванной, здесь никого не было. Соседняя простая кровать пустовала, но свежее бельё было застелено. Она распахнула окно и глянула вниз. Третий этаж башни целителей. Внизу кустарники и каменные дорожки. Один неверный шаг и не факт, что её регенерация срастит раскроенную черепушку.

Узкий каменный выступ тянулся по всему периметру наружной стены. Через значительное расстояние на стене попадались высеченные в камне украшения. Попытка не пытка.

Пододеяльник и простынь были порваны на полосы и особым плетением прочно скреплены в длинный канат. Должно хватить до окна палаты принца. Обвязав конец прочно вокруг талии, другой девушка перекинула через железную гардину, на которой висели шторы. Пару раз подпрыгнула и повисела, но металлические опоры были намертво вмурованы в стену.

— Адалин, моя жизнь снова зависит от тебя. Держи конец, — она перекинула ей жгут, — я сейчас вылезу в окно и постараюсь по выступу дойти до окна младшего принца. Твоя задача, держать канат в постоянном натяжении, чтобы я не сорвалась вниз, — она уже почти вылезла наружу, когда закончила говорить. — Главное, не паникуй и крепче держи, хорошо?

Госпожа секретарь была в ужасе от её идеи. Это можно было заметить по недоброму взгляду, плотно сомкнутым губам и дергающемуся правому глазу. Но только молча кивнула. Правильно. Начальство всё равно не переубедишь. Толи ещё будет, Адалин!

На улице поднялся небольшой ветерок, но она крепко вцепилась в львиную голову и шаг за шагом двигалась к следующей цели. Хватаясь за очередную выщербленную голову, она остановилась перевести дыхание. Мышцы ещё ныли после её прошлого падения. До окна принца какой-то жалкий метр. Но по пути ничего, за что можно было ухватиться нет. Придется рисковать. Она оттолкнулась и прыгнула, повиснув руками на выступающей части подоконника снаружи окна. Пальцы вцепились в каменную кладку, но та крошилась, из-за чего точка опоры постоянно терялась, и девушка болталась туда-сюда.

— Ингвар! Ингвар, открой! — крикнула изо всех сил, цепляясь за остатки камня, который вот-вот должен был отколоться. Она не разобьётся, наверно, но придётся начать всё сначала. В замедленной съемке смотрела, как распахиваются створки окна и сверху показывается голова короля. Крепкая рука, поймавшая руку девушки, не дала ей испробовать прочность белья.

Брат был в бешенстве. Одним резким движением он затянул её внутрь и прижал к себе. Она ещё ни разу не слышала,