Не женское дело - Елена Горелик

Испанцы действительно дрались насмерть. И всё же ярость и выучка пиратов сделали своё дело: не прошло десяти минут, как всё было кончено. К тому же смерть капитана поубавила у оставшихся в живых испанцев боевой дух. Они в отчаянии принялись прыгать за борт, но пираты были безжалостны, и пристреливали плывущих.[14] В плен попали лишь три офицера: старший канонир, старший помощник и штурман.

– Он наш! – звонко выкрикнула Галка, поднимая к небу окровавленную саблю. – Галеон наш!

Пираты ответили ей хорошо знакомым победным рёвом.

«Где я нашла в себе такую жестокость? – думала Галка, вытирая саблю о рубаху мёртвого испанца, лежавшего у неё под ногами. Её лицо, руки, одежда – всё было в крови. – А может, и не надо было особенно искать? Наше время и в самом деле – то же флибустьерское море, где распускающий розовые сопли заранее обречён…»

Когда пираты подсчитали свои и чужие потери, Галка поняла, что не напрасно жила на этом свете. С момента первого обмена залпами и до конца абордажа команда «Орфея» потеряла убитыми всего одиннадцать человек. Из ста пятидесяти.

Вот так.

13

– Погорячился ты, дядюшка Жак, – Галка, кое-как умывшись забортной водой, принялась за осмотр приза. Первым ей на глаза попался убитый капитан. – Надо было его живым взять, чтобы не лишаться удовольствия увидеть этого сеньора на рее.

– Не судьба, кэп, – мрачно ответил Жак.

– Ладно, не судьба так не судьба, сделанного не воротишь. И вот что, дядюшка Жак… Я тебя понимаю. На твоём месте, наверное, сама бы утворила то же самое. Только приказ капитана – это приказ капитана. Будь добр, в следующий раз сделай, как я прошу… Где эти красавцы?

Дуарте, Билли и ещё четверо матросов подтащили к ней связанных пленных. Эти, зная, за каким чёртом их преследовал пиратский корабль, не строили никаких иллюзий насчёт своей участи. Лишь один из них, штурман, сверлил девушку ненавидящим взглядом. Двое прочих тупо смотрели себе под ноги, и на их бледных, потных лицах читалась только одна мысль: скорее бы это кончилось. Нравы пиратов были хорошо известны. Олонэ, к примеру, ничего не стоило отрубить человеку голову и слизнуть кровь с сабли. Морган отдал захваченные Порто-Белло и Маракайбо на разграбление своим командам – со всеми вытекающими. Да и сами испанцы в Пор-де-Пэ тоже не цветы жителям дарили. И теперь офицеры ждали жестокой расправы.

– Каперы? – спросила Галка – по-английски.

– Да, сеньора, – глухо ответил испанский канонир.

– Сеньорита, – Галка не любила неточностей, и поправила его буквально на автомате. – В вашем каперском свидетельстве прописано, что вы имеете право нападать и на города, принадлежащие иным странам?

Все трое угрюмо молчали. Видимо, Галка не ошиблась, и в каперском свидетельстве испанцев, как и во всех прочих каперских свидетельствах, были упомянуты лишь корабли неприятеля. Строго говоря, Моргана за его штучки в Маракайбо и Порто-Белло следовало бы поставить мордой к ближайшей стенке и позвать расстрельную команду. Но его «крыша» – губернатор Ямайки – ничего противозаконного благополучно не заметил. Ещё бы: Морган щедро поделился с ним своей добычей. У испанского капера если и была «крыша», то далеко, а эта пиратка – вот она, здесь. И приговор уже был ясен, как божий день.

– Сеньорита, по закону мы являемся военнопленными, – штурман, будь его воля, собственноручно вытянул бы кишки из этой стервы. Но и он побледнел. Боялся. – Вы не имеете права казнить нас без суда.

– Что, страшно умирать? – мрачно спросила Галка. – Им тоже было страшно. Тем, кого вы насиловали и резали в Пор-де-Пэ. Вы их пощадили? Нет. Вот теперь не жалуйтесь, когда с вами так же.

– Я никого не убивал, сеньорита.

– У нас офицер отвечает за действия подчинённых, как за свои собственные, сеньор. В Испании не так? – холодно сказала она. – Повесить, – коротко приказала она своим людям.

Испанцам живо накинули петли на шеи, и через минуту они уже висели на реях, жутко дёргаясь…

– Хороший корабль, – сказал Старый Жак, окинув взглядом палубу, с которой пираты уже выбрасывали трупы в море. Рядом с галеоном мелькали треугольные плавники акул. Сегодня у этих хищников будет сытный обед. – Жалко было бы продавать.

– А мы и не будем его продавать, – избавившись от испанцев, Галка почувствовала себя так, будто сбросила с плеч гору. – Во-первых, д'Ожерон даст нам от его реальной стоимости хорошо если половину, если вовсе не треть. Во-вторых, мы и сами знаем, что с ним делать. Только имечко у него неудачное, вам не кажется?

– Правильно! Назови его по-своему, Воробушек! – загалдели пираты.

Галка подошла к грот-мачте галеона, положила ладонь на тёплое дерево. И вздрогнула. Это была самая натуральная мистика: она всем телом ощутила ответ корабля. Показалось, будто он ей обрадовался.

– «Гардарика», – сказала она. Вроде бы не очень громко, но услышали её все. – Так в старину викинги называли мою родину. Разве плохо?

Название звучало экзотически, но пиратам понравилось. Многие засмеялись, некоторые принялись палить в воздух из пистолетов, выкрикивая новое имя корабля. С точки зрения современного обывателя – дикая сцена. Но такие уж были времена…

…«Орфей» под командованием Эшби и захваченный галеон под командованием Галки удалялись от берегов Эспаньолы. После боя оба корабля были не в лучшей форме, а сражаться в таком состоянии с кем-то ещё – увольте. Ну их к монахам, этих испанцев. Галка и так всех удивила по самые уши, ввязавшись в одиночку в бой с военным галеоном. Пираты вообще особой отвагой в отношении военных кораблей не славились. Взять там как бы и нечего, а риска пойти на дно – выше крыши. И если на «Орфее» до боя ещё были сомневавшиеся в Галкиной удаче, то теперь таковых не осталось. Девчонка-капитан проявила себя с самой лучшей стороны – с пиратской точки зрения, понятно. Теперь оставалось выполнить всего три пункта: первый – проверить, каковы повреждения обоих кораблей; второй – пошарить в трюмах галеона; и третий – дотащиться до Пор-де-Пэ или Кайонны. Вот этими тремя пунктами понемногу и занялись.

– Капитан, галеон набит барахлом под самую палубу, – Бертье, заведовавший, так сказать, инвентаризацией нового имущества, высунулся из люка. – Нам этого и за три месяца не прогулять.

– Нам бы корабли отремонтировать, потом уже гулять станем, – Галка вылезла на палубу, уже переодевшись во всё чистое. – Что там?

– Я же говорю – всякого барахла понемногу. Даже рабы.

– А ну давай их на палубу!

Галка сильно подозревала, что в качестве рабов испанец мог везти в трюме пленных с захваченных кораблей или из Пор-де-Пэ. Так оно и вышло. Французов из разорённого города, правда, не обнаружилось, зато почти все обитатели трюма – грязные, вонючие и исхудавшие – оказались голландцами. Лишь пять или шесть человек были выловлены испанцем в его последнем бою с англичанами – эти не успели даже как следует обсохнуть.

– Господь да благословит вас, капитан, – один из голландцев, видимо, Галкин коллега, заговорил по-английски, обращаясь почему-то к Бертье. – Мы уже и не надеялись.

– Я не капитан, – рассмеялся канонир. – Капитан во-он там, на юте.

– Кто вы? – спросила у голландца Галка. И заметила, как при звуках её ну совсем не мужского голоса тот вздрогнул.

– Капитан Гроот, – сдержанно ответил он, разглядывая непонятное существо. То ли мальчик, то ли женщина – не поймёшь. – Простите, вы…

– Я – капитан. Мы тут с братьями устроили испанцам кровавую баню, так что можете больше не волноваться за свою свободу. Как попали в плен?

– Простите… капитан, но кто вы?

– Меня знают под именем Снарроу. Я французский капер.

– Мы шли из Кюрасао в Порт-Ройял. Третьего дня у южного побережья Ямайки нас встретил этот испанский ублюдок… да простит меня Господь за столь нелестный отзыв о покойнике, – голландец, видимо, вспомнил последние ямайские слухи о девушке-пирате, и теперь смотрел на Галку с явным любопытством. – Моя «Магдалена» на дне, мои товары – в трюме этого корабля. От моей команды осталось двадцать пять человек, включая меня самого.

– Галеон взят мной как приз, господин Гроот, – сказала девушка. – Вы желаете заявить о возмещении ущерба?

– Да, если это возможно.

– Ваши товары будут возвращены вам в Кайонне. Корабль, извините, не отдам.

– Я и не прошу, капитан. Испанцы разрушили всё, что я создавал десять лет. Я хотел бы предложить вам свои услуги – ведь у вас не так много людей, чтобы управлять двумя кораблями.

– В первый раз вижу, чтобы к нам нанимались прямиком из трюма, – усмехнулся Билли.

– Ну, что, братцы, берём их на борт? – спросила Галка.

– Берём!

– Что ж, господин Гроот, команда согласна. Сейчас вам дадут умыться и поесть. Затем принимайтесь за работу. Мы должны попасть в пункт назначения как можно скорее.