Билль о правах - Борис Палант

же будут пресечены полицейскими или другими агентами органов охраны закона. И как только, будучи под стражей, человек произносит: «Я требую адвоката» (были ли ему зачитаны «предупреждения Миранды» или нет), допрос должен немедленно прекратиться, иначе все полученные таким образом заявления, показания и доказательства нельзя будет представить суду.

Одним из самых интересных дел, касающихся допросов и показаний, является дело «Брюэр против Уильямса». На нем следует остановиться подробно.

Брюэр против Уильямса / Brewer v. Williams, 430 U.S. 387 (1977)

Преступление произошло 24 декабря 1968 года, в канун Рождества, в городе Де-Мойн, штат Айова. Семья Пауэрс отправилась в местный клуб Ассоциации христианской молодежи отмечать праздник. В какой-то момент десятилетняя Памела Пауэрс пошла в туалет, и больше ее никто не видел. Примерно через полчаса после ее исчезновения несколько людей видели, как Уильямс (а его знали жители района) принес и положил на переднее сиденье своей машины большой сверток из одеяла. Впоследствии один мальчик, который открыл для Уильямса дверь, рассказал, что из свертка торчали тонкие белые ноги.

Уильямс двинулся на восток по шоссе номер 80, почти пересек Айову и остановился в городе Давенпорте возле границы со штатом Иллинойс, где бросил машину, которую потом нашли полицейские. На стоянке у шоссе между Де-Мойном и Давенпортом полицейские также нашли одеяло и предметы одежды Памелы.

26 декабря Уильямс позвонил адвокату из Де-Мойна по фамилии Макнайт, который посоветовал ему сдаться полиции, что Уильямс и сделал, явившись в один из полицейских участков Давенпорта. После этого Макнайт пошел в полицейский участок в Де-Мойне, откуда позвонил в полицейский участок в Давенпорте, где уже находился Уильямс. Шеф демойнской полиции Николс и капитан Лиминг слышали часть разговора. Макнайт сказал Уильямсу, что капитан Лиминг завтра отвезет его на машине в Де-Мойн и во время поездки не будет задавать никаких вопросов. Адвокат строго-настрого наказал Уильямсу ни о чем не разговаривать в машине, по приезде же в Де-Мойн он должен показать, где находится труп девочки, но только после того, как поговорит с ним, Макнайтом.

Хотя ни шеф полиции Николс, ни капитан Лиминг, слушавшие разговор, ничего не обещали ни Макнайту, ни самому Уильямсу, их молчание суд расценил как обещание выполнить условия (т. е. не задавать в пути никаких вопросов), о которых говорил Макнайт в телефонном разговоре со своим клиентом.

Именно в машине, по дороге в Де-Мойн, капитан Лиминг произнес свою знаменитую речь, которая вошла в американскую юриспруденцию под названием «Речь о христианском похоронном обряде». Зная, что Уильямс находился на принудительном лечении в психиатрической больнице (из которой, кстати, сбежал) и что его психоз имеет сильную религиозную подоплеку, Лиминг, как только машина выехала на скоростное шоссе, сказал следующее: «Преподобный отец, во-первых, я хотел бы, чтобы вы обратили внимание на погодные условия – дождь, слякоть, подмораживает, дорога скользкая, видимость плохая, темнеть начинает рано. Сообщили прогноз погоды, к вечеру обещают снегопад, снежный покров достигнет нескольких дюймов. Думаю, что вы единственный человек на свете, который знает, где находится труп маленькой девочки, вы ведь там уже были один раз. Но если выпадет снег, даже вам будет не под силу найти это место. А так как мы будем как раз мимо него проезжать, думаю, что было бы хорошо, если бы мы остановились и нашли это место сейчас, – ведь родители маленькой девочки заслуживают того, чтобы их дочка, которая была похищена и убита, была похоронена по-христиански. Мне кажется, лучше это сделать по дороге в Де-Мойн, чем завтра утром, после снегопада, когда мы уже не сможем найти это место».

Как мы видим, капитан Лиминг не задал Уильямсу ни одного вопроса. Он просто говорил, обращаясь к нему, взывая к его чувствам христианина (он даже употребил слово «преподобный»), намекая, что вина за то, что девочка не будет похоронена по христианскому обряду, целиком ляжет на него. Когда машина была уже близко от Де-Мойна, Уильямс не выдержал и сказал: «Поехали, я покажу, где лежит девочка». И он на самом деле показал место – канаву в двух милях от шоссе.

На суде судья отказал в ходатайстве адвоката исключить заявления Уильямса, сделанные в машине. Для анализа ситуации он применил тест, который называется «Сумма всех обстоятельств». Судья согласился с позицией адвокатов Уильямса, что речь капитана Лиминга была, по сути, допросом, но вынес решение, что Уильямс, начав говорить, тем самым отказался от присутствия адвоката во время допроса. Суд присяжных признал Уильямса виновным в убийстве первой степени. Апелляционный суд штата утвердил решение суда нижней инстанции, однако федеральный апелляционный суд посчитал, что детектив Лиминг нарушил конституционные права Уильямса, не прочитав ему «предупреждения Миранды», и постановил провести новые судебные слушания, исключив из доказательств показания Уильямса. Теперь очередь подавать апелляцию наступила для штата Айова. Решение за большинство писал известный уже нам судья Поттер Стюарт.

Судья Стюарт удивил всех, сместив акцент с Пятой поправки на Шестую, которая гарантирует право на адвоката с того момента, когда против лица начались судебные или правоохранительные действия, как то: арест, допрос, предъявление обвинения и т. д. Вместо дела Миранды судья Стюарт положился в своем решении на дело «Массиа против Соединенных Штатов» / Massiah v. United States, 77 U.S. 201 (1964), в котором Верховный суд постановил, что «мягкий, скрытый, не принудительный допрос» без присутствия адвоката все равно нарушает право обвиняемого на такое присутствие. Пять из девяти судей в деле Уильямса были согласны, что, после того как адвокат Уильямса Макнайт потребовал, чтобы в машине не допрашивали его клиента и полицейские Лиминг и Николс пообещали этого не делать, проповедническая речь Лиминга была не чем иным, как скрытым допросом, нарушающим права Уильямса согласно Шестой поправке. Дело было отправлено в суд нижней инстанции для повторных слушаний.

В свете решения Верховного суда получилась следующая картина. Тот факт, что Уильямс показал место, где был спрятан труп, теперь в качестве доказательства не мог быть представлен суду. Но что делать с самим трупом – мог ли он быть представлен суду в качестве доказательства? Конечно, не сам труп, а результаты патолого-анатомической экспертизы. А такая экспертиза установила, что над девочкой было совершено сексуальное надругательство и что она была задушена. Этот вопрос стал одним из основных для Верховного суда. Большинство судей понимали, что бессмысленно отправлять дело на новый суд без возможности представить в качестве доказательства как тот факт, что Уильямс показал, где спрятан труп, так и результаты судебно-медицинской экспертизы. И тогда Верховный суд прибегнул к еще одному исключению из Четвертой поправки –