Загадай желание - Оливия Голдсмит

– Хорошо. Хорошо, я позабочусь об этом, – сказал Майкл в трубку. Затем последовала пауза. – Да, и вам всего хорошего.

Неизвестно почему, Клэр задумалась, с кем он мог говорить о делах в воскресенье утром, но внутренне пожала плечами. «Это совершенно меня не касается», – напомнила она себе.

– Я закажу завтрак, – сказал Майкл. – Чего бы тебе хотелось?

– Я не хочу есть, – ответила Клэр.

– Ты уверена? Нам не удастся поесть до завтрака в самолете. И у нас нет времени. К полудню мы должны уехать. Надо еще собрать вещи.

– Я уже собрала.

– О! Прекрасно. – Майкл поставил кофейную чашку и открыл дверь шкафа. Он вздохнул. – Терпеть не могу складывать вещи. Худшая часть путешествия. Но само возвращение не настолько плохо. Все грязное, зато можно просто бросить вещи кое-как в чемодан и привести все в порядок дома.

Клэр подумала об аккуратно сложенных вещах. Майкл вытащил свой чемодан и положил его на кровать.

– Значит, ты уже готова ехать в аэропорт, – сказал он.

– Я не еду, – ответила Клэр.

Он сделал паузу, повернулся и посмотрел на нее:

– Что ты имеешь в виду? Мы улетаем в полдень.

– Нет. Я не поеду, – повторила Клэр.

– О чем ты говоришь? Наш рейс в три часа. У нас совсем нет времени.

– Я не полечу, – снова сказала Клэр. – Но я тебе очень благодарна.

Майкл сел на кровати около открытого чемодана. Он смотрел на нее, действительно смотрел на нее впервые за это утро. Если он и подозревал, что ей что-то известно относительно прошлой ночи, он смог скрыть это.

– С тобой все в порядке? – спросил он.

– Все в порядке. Но я не вернусь в Америку.

– Сегодня не вернешься?

Клэр достала пальто из шкафа. Как хорошо, что она его купила. Она пожала плечами.

– Я пока не вернусь, – сказала она. – А там посмотрим.

– О чем ты говоришь? – раздраженно спросил Майкл, но Клэр не отступала. Может, в Нью-Йорке он и босс, но не здесь. Она напомнила себе, что не надо бояться его капризов.

– Клэр, ты сошла с ума? Клэр покачала головой.

– Я была сумасшедшей, – ответила она. – Но сейчас все в порядке, спасибо.

– Клэр, у тебя есть работа, тебе надо вернуться. Клэр улыбнулась и опять покачала головой:

– Я не такая, как ты, Майкл. И это – не работа. Он подошел поближе и положил ей руки на плечи:

– Но у тебя есть семья…

– Это – не семья, – пожала она плечами, этим жестом высвободившись из его рук.

Выражение его лица изменилось – Клэр это отчетливо увидела, – и на мгновение она вдруг увидела провинившегося маленького мальчика, которым он, возможно, иногда был.

– Это из-за прошлой ночи? – спросил Майкл осторожно.

Клэр из последних сил хранила гордость.

– Что из-за прошлой ночи? – удивилась она. И прежде чем он смог что-то сказать, продолжила: – Ты знаешь, что между нами нет ничего серьезного. Это был прекрасный уикенд. Я тебе очень-очень благодарна. Я просто хочу остаться в Лондоне.

Она увидела облегчение на его лице, Майкл решил – ошибочно – его не заметили. Он сложил руки на груди и встал.

– У меня сейчас нет времени на эту ерунду, – сказал он. – Мы можем съесть что-нибудь в аэропорту.

Клэр вошла в гостиную, где стоял ее чемодан. Чтобы быстрее уйти, она взялась за ручку. Майкл последовал за ней.

– Ты не понимаешь, – произнесла она. – Я остаюсь.

Майкл скептически посмотрел на нее:

– Ты не можешь остаться. Сколько у тебя денег?

– Семьсот восемнадцать долларов, – ответила Клэр.

– Господи! Ночь в этом номере стоит больше.

– Ну и что? Мне же не обязательно жить здесь, правда? – Клэр почувствовала в своем голосе раздражение и взяла себя в руки. Она должна была помнить, что чувствует только благодарность к Майклу. Он привез ее сюда, и она была ему благодарна, и тот факт, что он не смог подобрать к ней ключ, чтобы понять, какой она была, не огорчал девушку.

– Как ты будешь жить? – поинтересовался Майкл.

– Найду работу.

– У тебя нет рабочей визы. Ее очень трудно получить.

Клэр пожала плечами:

– Тогда я найду работу, для которой не нужна рабочая виза. – Она улыбнулась. – Мои запросы гораздо скромнее твоих. – Несмотря на улыбку, она поняла, как трудно сохранить доброжелательность; ему не шло отеческое высокомерие. – У меня будет все в порядке, – добавила она. – Я хочу поблагодарить тебя за все. Это было замечательно. – Она подошла к нему и поцеловала в щеку.

Майкл вздрогнул. Его лицо было совсем близко. Клэр собрала все свое мужество, чтобы повернуться и выйти из комнаты. Она шла по коридору, волоча за собой чемодан со скрипящими колесиками.

– Странно, правда, – мы запускаем ракеты в космос, но не можем сделать нормальные колесики к чемоданам! – И с этими словами она повернула за угол и ушла из его жизни, как она думала, навсегда.

Глава 22

Клэр вышла из метро и потащила чемодан вниз по Кэмден-Хай-стрит. Лежа в постели рядом с Майклом, она поняла, что не должна возвращаться с ним обратно. Она могла остаться и наслаждаться Лондоном. Клэр не знала, на сколько ей хватит денег и как долго она могла здесь оставаться, но там, в темном номере гостиницы, эта мысль была как бальзам на ее уязвленное самолюбие. Она чувствовала это, проезжая по туннелям подземки, а на выходе храбрость покинула ее. Клэр ощущала себя глупой и потерянной – и буквально, и фигурально. Как ей вернуться? И когда? И что ждало ее впереди? Может, ей нужно, как Гансу и Гретель, отмечать обратный путь корками? Впрочем, ее семья, как и их родные, не ждет ее домой. И что же дальше? Она умрет от голода у ведьмы под замком?

Беспечная реакция Майкла не слишком отличалась от поведения матери, Фреда и даже отца. Мать не замечала ее, Фред уехал и не считал нужным давать знать о себе, и даже отец, при всей его любви, оставил дочь без средств.

В конце концов Клэр поняла, что ей надо где-нибудь выйти из метро, а она читала, что на Кэмден по воскресеньям был большой рынок. Ей понравился рынок в Портобелло, поэтому девушка решила, что надо посетить и этот, и вообще, она, по крайней мере, хоть как-то развлечется, пока решит, что делать дальше.

И вдруг Клэр ненадолго почувствовала панику: эта ложная бравада была фактически глупым поступком. Но лучи мартовского солнца согревали ее лицо, а невероятную суматоху вокруг просто невозможно было игнорировать. В конце концов, она была в новом месте, и это, конечно, не напоминало Стэйтен-айленд, Манхэттен или даже Портобелло-роуд.

Улица была заполнена покупателями, причем молодыми. Ни одного «сложившегося» любителя антиквариата. Здесь продавали новые товары. Сотни, даже тысячи туристов и местных жителей толпились на тротуаре и на проезжей части, одетые в кожу, кашемир и шелк, джинсы и фланель. Клэр никогда не видела такого смешения возрастов, наций, стилей и типов людей.