Бездна (СИ) - Серебряков Дмитрий "Дмитрий Черкасов"

Масих не стал тратить время на осмотр корабля, а сразу направился в мою сторону. Когда он вошел в ресторан, то я заметил разительные перемены в его взгляде и лице, фигуре, да блин, во всем! Если раньше это был спокойный и уравновешенный разумный, то сейчас он как будто светился счастьем изнутри. Его глаза сияли светом, а лицо украшала самая дебильная улыбочка, что я когда-либо видел в жизни. Мельком кивнув в мою сторону, он подошел к стойке, и сразу же схватил два пол-литровых стакана со странными коктейлями. От их состава у меня чуть глаза на лоб не полезли. Смешать водку с виски, залить все ромом и бренди, а после запить это все вторым коктейлем, в котором было пиво, смешанное с вином!

— Ух… хорошо… — Протянул он, довольно выдыхая. — Ну что, малыш? Доволен? Мы, мать твою, живы! Понимаешь?! Живы!

— Да как бы в целом понимаю, а вот конкретно тебя не очень. — Растерянно произнес я, глядя, как Масих ставил пустые бокалы и снова брал полные. Честно говоря, пробовать его коктейли я бы не рискнул.

— А, ну да. Ты и не поймешь. — Разочарованно махнул он в мою сторону рукой. — Главное, что я понимаю.

— И все же. Может пояснишь?

— Пояснить? — Задумчиво произнес он, присаживаясь рядом и в этот раз уже не выпивая свою бурду залпом, а делая небольшие глотки, и кажется, смакуя эту гадость. — Можно и пояснить. Времени у нас все равно более чем достаточно.

— И? — Не выдержав минутной паузы, вырвалось у меня.

— Ах, да. Точно. Извини, задумался. — Хмыкнул он без тени раскаяния. — Слишком уж это странно, ощущать себя снова нормальным, а не диким хищником с кучей проблем за спиной, и главное — привязанным навечно в молодых мирах.

— И долго ты жил в молодых мирах? — Осторожно спросил я.

— Если посчитать все мои перерождения и добавить тысячи попыток забыться и спрятаться навечно в глубине своей души, то хрен его знает. Даже приблизительно не выйдет посчитать. — Расслабленно развалился он на стуле. — Ну а если воспринимать только то, что сохранилось в моей душе, то около трехсот с хвостиком миллионов лет. Остальное я стер. Наверно и то, что осталось, тоже нужно бы проредить, но если честно, лень копаться во всем том дерьме, что я натворил или пережил. Наверно, как-нибудь попозже сотру вообще все. Хотя, нет. Кое-кого оставлю. — Мрачно произнес он. — Стирать память о том, кто смог изменить мой взгляд на мироздание, неправильно.

— Очуметь, не встать. — В шоке произнес я. Честно говоря, представить себе подобный срок жизни я не смог бы при всем желании.

— Что, охренел от времени? — Понятливо хмыкнул он. — Ну да это пройдет. Как сам проживешь хотя бы больше ста тысяч лет, так и поймешь, что количество мало влияет на качество. Не важно, сколько прожил разумный, важно, как он это сделал. Особенно важно, чем именно он занимался. Просто плыл по волнам судьбы или же что-то искал, а может, стремился достичь.

— Как-то слабо в это верится. — Растерянно произнес я.

— Бывает. — Равнодушно пожал он плечами.

— А тот кто-то, кто изменил ваш взгляд, это Сэнсей? — После озвученного времени я физически не смог себя заставить говорить с Масихом опять на «ты».

— Нет. — Сухо произнес он, но через секунду улыбнулся и добавил. — Хотя возможно, тебе будет полезно услышать эту историю. Или точнее, ее краткий пересказ.

— Историю хищника или до того?

— То, что было до того, как я стал хищником, я расскажу как-нибудь в другой раз. Там тоже есть чему поучиться. — Нравоучительно произнес он. — Но вернемся к истории. Многие сотни тысяч лет я просто существовал в качестве одного из хищников. Прыгал от мира к миру и просто пытался выжить. Потом стал сильнее и смог влиять на течение не только своей жизни, но и других таких же как я. И тем удивительнее было узнать, что среди тех, кто был когда-то богами, есть те, кто истинно уверовал в нечто большее, чем они сами. В Создателя. Причем не просто уверовали, но и активно создавали свою общину и развивали свое течение веры. Согласись, сложно в подобное поверить?

— Не то что бы я не смогу поверить, но да. Странно, что боги могут уверовать в кого-нибудь, кроме себя. Я так понимаю, Создатель — это тот, кто создал само мироздание и все миры?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И да, и нет. — Уклончиво произнес он, делая очередной глоток. — По их религии Создатель не создавал миры, а лишь выплеснул в мир саму ткань мироздания. — Взглянув на меня, он серьезно спросил. — Уверен, что хочешь услышать их трактовку появления всех миров?

— Почему бы и нет. — Пожал я плечами. — Времени у нас море, можно и послушать.

— Что же. Слушай. — Усмехнулся он, но почему-то с горечью в глазах. — Когда-то очень давно. Десятки, а может сотни миллиардов лет назад, все мироздание заключалось только в одном месте. И место это и есть сам Создатель. Но в какой-то момент ему стало любопытно, и он решил создать что-то подобное себе. Он долго пробовал. Создавал миры, разумных, людей, животных и даже живые галактики, но все было тщетно. Никто так и не смог приблизиться к его уровню разума, а значит, так и не смог поговорить с ним. Это опечалило его, но он не сдался. После миллиардов попыток, а может и триллионов, у него вышло создать один интересный мир. Мир, в котором разумные не были подвластны его воле. Мир, в котором они развивались и росли не только духовно, но и интеллектуально. Оценив перспективу развития этого мира, Создатель провел в нем отбор и выбрал несколько Изначальных.

— Всего несколько? — Не удержался я от вопроса.

— Может и больше, а может и всего одного. Нам неизвестно. — Улыбнулся Масих. — Тот, кто перевернул мое представление о мире, Хейтси-Ейбиб, и вовсе считал, что их было всего двое. И выбрал их Создатель не случайно. Кроме ума, духовной силы и потенциала в развитии, они обладали тем, чего не было ни у кого другого. Истинной любовью. И нет, это не простая любовь, о которой ты слышал. Это то, что сильнее всего, что можно только придумать или создать. То, что несмотря на расстояния или преграды, рано или поздно соединяет вместе два сердца. Только обладающие истинной любовью могут творить чудеса.

— Честного говоря, как-то не очень верится. — С сомнением посмотрел я на него. — Больше похоже на некую красивую сказку, не более того.

— Я тоже так считал. — Печально покачал он головой. — Но как показало время, я ошибался. И истинная любовь все же существует. Но пока рано об этом. Так вот. Выбрав двух или нескольких разумных, Создатель взял и сплел саму ткань мироздания, а после вручил эту ткань тем самым избранным. Он не ставил им никаких условий и не отдавал указаний. Просто сказал, что они могут создать все что угодно. И они создали. Первый и изначальный мир. Тот, что стал основой всего. Шло время, и они решили пойти дальше. Создали целый пласт миров, в котором те, кто жил до этого в изначальном мире, распались на кучи осколков, названных душами. Так появились миры Вечных. А уже сами вечные пошли еще дальше и при помощи Изначальных создали некую отдельную глобальную магическую машину или печать, не важно. Важно, что это устройство принялось штамповать миры один за другим. Так появились молодые миры.

— Молодые? — Удивился я. — Разве не древние?

— Тогда они были молодыми. — Улыбнулся Масих. — Дело в том, что в центре ткани мироздания до сих пор спит и ждет того, кто сможет с ним поговорить и понять, сам Создатель. Но масса и сила его настолько велика, что он постепенно притягивает к себе гроздья миров. Так что со временем молодые миры стали древними, а те, кто были созданы машиной после, превратились в средние. А те что были созданы машиной сейчас, и есть молодые.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Она что, до сих пор штампует миры? — Удивился я.

— Да. — Кивнул Масих. — Более того, многие считают, что излучение чистого эфира — это не эффект от столкновения двух мирозданий, — нашего и антимироздания, — а лишь последствия создания нового мира. Мол, когда создается новый мир, то выделяется много лишней энергии, и вот она и проходит излучением по всем соседним мирам.

— Но если так, то тогда миры вечных уже должны были слиться с Создателем?