Алло, Милиция? Часть 2 - Анатолий Евгеньевич Матвиенко

велел не расспрашивать. Вот пусть сами и узнают, подвёл черту Егор. Договорившись о встрече на вечер, он по привычному теперь маршруту отправился в филармонию и застал парней в полном раздрае.

На площадке стояла ругань. Не смущались в выражениях даже при Пенкиной. Чуть ли не половина угрожала Мулявину уходом.

Воспользовавшись моментом, Егор подмигнул звукачу и нацепил на себя гитару, показал — сделай мой микрофон погромче.

Надо было что-то убойное, чтоб бросили выяснять отношения…В лоб, без вступления и сразу с припева, на разрыв:Комбат-батяня, батяня-комбат, ты сердце не прятал за спины ребят.Летят самолеты, и танки горят, так бьет, ё, комбат, ё, комбат!..Комбат-батяня, батяня-комбат, за нами Россия, Москва и Арбат.

Они изумлённо смотрели, а Егор, играя очень примитивно, эта замечательная песня «Любэ» вроде бы незамысловата музыкально, но требует виртуозного исполнения, чтоб звучать на все сто, начал с начала «А на войне как на войне…»

Потом, без перекура, сделал микс, исполняя по куплету лучшую, по его мнению, иностранщину восьмидесятых и девяностых: The Final Countdown группы Europe, The Show Must Go On группы Queen, No Doubt из репертуара Don't Speak и пяток других песен, мог бы и больше, но далеко не все мог нормально сыграть, располагая только гитарой, включённой clean, без эффектов и аккомпанемента, сбацать, чтоб музыканты вполне оценили эти произведения.

Конечно, проваливаясь в прошлое, попаданцу стоило бы прихватить с собой ноутбук с фонотекой изо всех хитов от восьмидесятых до современности, но это только мечты… Оставалось полагаться лишь на собственную память.

Когда гитара смолкла, секунд десять песняры молчали. Потом Мисевич высказал то, что, наверно, думали многие из стоявших в репетиционном зале.

— Муля! Для гастролей поём в одном отделении старые шлягеры, а для новой программы берём у Егора. Если ты будешь категорически против, создаём ещё один коллектив, чтоб не мешать «Гусляра» с попсой.

Мулявин побледнел. Пенкина вышла у него из-за спины, готовая, кажется, разорвать несогласных.

Егор отставил гитару. Попробовал пальцем — микрофон остался включённым.

— Владимир Георгиевич! Я точно не пойду ни в какой другой ансамбль, если будет возможность работать с вами. А песни… Вы вправе брать их или отдельные музыкальные темы, но если только подойдут для «Песняров».

Он притушил пожар, но лишь чуть. Да и без него в коллективе появились трещины.

Промаявшись день с «Песнярами», Егор не успел на встречу с Сазоновым и оставил только письменный рапорт.

Он сообщал, что ниточка в Минске, связанная с чёрной машиной в гараже, оборвалась. Надо тянуть ниточку из Москвы.

Вахтанг и Амиран Кучулория приехали в Ярцево на «Опель-Рекорд». Машина пижонистая, привлекает внимание всей округи. Надо выяснить через московских коллег, на чём ещё ездили браты-акробаты. Чёрная «Волга» в кузове «универсал» — редкость. Такие в основном идут на «Скорую помощь», но они белые. Вообще, «универсалы» мало продают населению. В частных руках эта «Волга» является предметом гордости, не сильно уступая в выпендристости «Опелю».

При подтверждении предположения, что братья Кучулория уехали из Москвы на чёрном «универсале», внезапно обнаруженном в гараже Бекетова, два исчезновения связываются воедино.

Грузины могли без проблем найти смоленского свидетеля, видевшего Бекетова у разбитой машины Гиви, даже запомнившего цифры номерного знака. Или мента, опрашивавшего того свидетеля до поездки с Аркадием. Встреча братьев с Бекетовым стала, вполне вероятно, последней для кого-то из них.

Неплохо бы расспросить Папаныча, что ему Лёха наболтал про «Волгу», и как информация использована. Тот же ушлый Говорков был способен немедленно подмыть машину.

Вручив рапорт дежурному для передачи Сазонову, Егор усмехнулся. Выполнивший единственное поручение подполковника об осмотре гаража, агент озадачил начальство целым ворохом хлопотных заданий. Сазонов опять будет вопрошать: кто кем командует? Пусть сам отвечает на свой вопрос.

Глава 11

11

В республиканском отделении Всесоюзного управления по охране авторских прав (ВУОАП) удалось зарегистрировать только две песни, якобы принадлежащих авторству поэта и композитора Егора Евстигнеева: «Русский лес» и «Комбат». Причём первую пришлось посвятить партизанам Брянщины, иначе не объяснить, почему лес не белорусский. Вторую — защитникам Москвы 1941 года, в противном случае фраза «за нами Россия, Москва и Арбат» резала чуткое идеологическое ухо — почему не Ташкент, Фрунзе, Орджоникидзе или другие города Советского Союза.

— Не хмурь бровки! — увещевал Егора Дёмин, пока «Песняры» репетировали песни, к нему отношения не имевшие. — Регистрация может месяцами длиться. Муля контакты напряг, да и я подсуетился. Всё же военно-патриотические, правильные вещи. Попсень твою пропихнёт позже.

— Сколько же я буду получать за концерт на гастролях?

— Нисколько, — противно захихикал администратор. — Ты же принят на ставку помощника звукооператора, шестьдесят рублей минус подоходный.

— Что, и всё?! — конечно, в ожидании золотого дождя с «Вераса» Егор не думал, что будет нуждаться в деньгах, но трудная работа на гастролях за сущие гроши ни разу не порадовала.

— А ты что думал? Мало?

— А другие?

— У Мулявина ставка 37 рублей за концерт, у Мисевича и Кашепарова по 11 рублей. Ладно, не ссы, жадина. Я, Медведко, Серёгин, ты и прочая прислуга господ получаем по десятке.

— Мне десятка — нормально, но 11 рублей Мисевичу и Кашепарову… Не верю.

— Я же не Иисус Христос, чтоб в меня верить, хоть он тоже был крещёный еврей. Таки слушай дальше. Как исполнители народных песен, а та же «Вологда» у нас канает за народную, они получают удвоенную ставку по сравнению с этими эстрадными. 2 рубля 60 копеек в день — командировочные, гостиница и проезд оплачиваются сверх того. Дальше, несколько рублей даётся авторского вознаграждения за песню. То есть две твои песни на концерте спели — на коньяк ты заработал. Муля и парни, конечно, гораздо больше, но не завидуй. Теперь считай. Программа концертов утверждена, 18 концертов. То есть по одному в рабочий день и по два в субботу-воскресенье. Начинаем с Москвы, дальше по «Золотому кольцу».

— Допустим, бутылка коньяка, если считать по-твоему, в пузырях, это около десяти рублей, то после подоходного мне останется 160-170? Не густо…

— Ой вей, какие мы жадные и нетерпеливые! Это не кабак, парень, где за каждую «Облади» на сцену падает червонец на четверых. Ладно, не дрейфь. На самом деле, играем до четырёх концертов в каждой точке. В 12-00, 15-00, 19-00 и 21-00. Получишь с концерта по той же десятке, без разницы — один раз размотал-смотал провода, когда два-три дня пашем на одной сцене, или с переездами каждый день. Солисты с