Эмпайр (СИ) - Соловьева Катерина

— Весь Робиус как будто замер! — продолжает Лали, бросая туда даже пару кинжалов. — За столько лет нашего пребывания здесь такого не было никогда! Гробовая тишина — вспоминаю, аж мурашки по рученькам бегут! Да-да!

— Действительно? — поднимаю брови я, отвлекаясь от этого сжирающего и уничтожающего всё, как мутанты на своём пути чана, и этих двух барышень, которые всячески это поощряют.

— А вы действительно просто человек? — спрашивает Люли, от чего я внутренне съёживаюсь, а после моего кивка обе с восторгом восклицают: «Вот это да!».

Более бредового стечения обстоятельств, пожалуй, и не придумать, даже если очень постараться. Сильнейшая гильдия в истории и её знамя подчиняется слабейшему клановику из всевозможных — человеку, который будет руководить и управлять ею и её членами. В нашем обществе не все основательно знакомы с историей и её ключевыми вехами, а уж представить себе, чтобы гильдией управлял человек, для многих и вовсе представляется почти невозможным, так как у всех буквально в мозгу отпечаталась общеизвестная аксиома: гильдией руководит только сильнейший из сильнейших и никак иначе.

Девушки пару мгновений смотрят на меня, и на их лицах я читаю жалость, граничащую с неверием, но в большей степени — жалость. Они что-то еще добавляют в чан, после чего возвращают книгу мне солидно потяжелевшей и изрядно разожравшуюся в размерах. Таниэль же взамен с шикарной улыбкой протягивает девушкам два небольших свитка, говоря, что в них они смогут почерпнуть для себя самую основную информацию относительно развилок их любовного будущего, и близняшки, полностью забывая обо всём, с головой погружаются в омут пока ещё несбывшихся надежд, даже не заметив нашего ухода.

— Мне кажется, прошло совсем неплохо, — улыбается Нимуэй, осуждающе косясь своими изумрудами на меня, когда мы выходим в главный зал.

— Тани, спасибо. Если бы не ты… — произношу сдавленно я, после чего он заключает меня в свои объятия, целуя лоб.

— Ты бы видела своё лицо, — смеётся он, от чего я не могу не улыбнуться.

— Мне на секунду показалось, что она накинется на них с кулаками, — выдыхает Фелиций, — еле успел.

— Да-а-а, — протягивает Таниэль, — она крайне чутко относится к любой залежавшейся литературе. Или ты меня приревновала, не выдержав конкуренции? — шепчет с ухмылкой он, от чего я краснею.

Мы садимся за импровизированный круглый стол у основания статуи Бога Земли, где Таниэль начинает рассказывать основные нюансы пользования книгой Реймира. Магический гримуар, хоть и привязан только ко мне, имеет несколько особенностей, ключевая из которых заключается в том, что книгой может пользоваться любой член гильдии, получив книгу исключительно из моих рук.

— Ты должна будешь постоянно исследовать её и дополнять, — говорит Фелиций. — Это как твой личный дневник, сборник заклинаний, энциклопедия — всё, что пожелаешь. Возможно, хранитель Эмпайра тоже дополнит его при желании, а каждый из нас сможет соединить свои личные гримуары с твоим, значительно расширив гильдийский.

Таниэль уверенно берет книгу из моих рук, положив её на стол, и делает жест рукой, как будто пытается что-то вытащить оттуда. За секунду книга воспаряет перед нами, и мне открывается проекция, исходящая прямо из неё.

— Смотри сюда, — начинает Тани.

Проекция представляет собой голограмму Робиуса, разделённую на несколько частей. С одной стороны, видны двери с подписями: первая лига, вторая лига и так далее; с другой — личный профайл, а сбоку, как будто за пределами здания, виднеется маленький домик с подписью «претенденты». Я касаюсь личного профайла и вижу, как книга делает несколько перелистываний, открывая моему взору зал, в котором виднеются голограммы каждого из нас с перечислением ключевых способностей, сильных и слабых мест. По кругу ты можешь увидеть всех причастных: себя, Лаэту, Фелиция и Деймона, когда доходит до последнего, Фел лишь мечтательно спрашивает:

— Он точно не передумает? — на что я отрицательно качаю головой. В детали последнего разговора, когда я тащила его в стельку пьяного до дома, и он пытался затащить меня в постель в обмен на свою помощь, я решила никого не посвящать.

Мы возвращаемся на основной экран, и Таниэль нажимает на арену, где нам открывается доступ ко всем гильдиям, которым мы можем бросить вызов в тот или иной день. Так как мы выбрали пятницу, сетка гильдий сразу же преображается. Тани с Фелом выбирают одну из основных арен Робиуса, на которой будет больше всего боёв и где главный распорядитель Роланд. Полагаю, что это самый лучший выбор, ведь поговаривают, что смены его белоснежной во всех отношениях команды во главе с эльфом-целителем Аишой ещё никто не смог запятнать своей трагичной смертью.

— Да ладно! — восклицает громко Лаэта, а я удивленно расширяю свои глаза. Оказалось, что наша популярность в Лунаре и в Прайме не идет ни в какое сравнение с нашей популярностью в самом сердце Робиуса, что даёт многочисленные варианты для выбора соперников. Полагаю, что благодаря тому, что Деймон наглядно продемонстрировал свою непоколебимую позицию всем и вся в прошлую пятницу, конкуренты значительно осмелели и нагло стали соревноваться в попытке опустить Старейшую гильдию одними из первых, даже особо не задумываясь над последствиями. Возможный серый проигрыш меркнул на фоне открывающихся перспектив блистательной победы и восхваляющих заголовков, кричащих о мастерстве тех, кто смог опустить на колени величественный Эмпайр.

Таниэль уверенно протягивает магический гримуар Лаэте, предлагая ей выбрать своих первых соперников. Она какое-то время воодушевленно просматривает профиль за профилем каждой гильдии и поочередно принимает несколько боёв, назначая их на пятницу. В целом, я даже не лезу в это болото, учитывая, что Лаэта на ринге будет полностью одна, и Тани чётко считал мое желание, закрепить ключевое решение за ней. Но единственное, что меня, мягко говоря, напрягло была попытка Таниэля ей помочь, на что она лишь беззаботно махнула рукой, сказав, что справится со всем сама и что было бы нечестно на фоне остальных пользоваться его артефактами тогда, когда он ещё не в нашем составе.

— К тому же будущее изменчиво. Ты не можешь точно увидеть исход, а если бы и мог, то в гильдии был бы ты, а не Деймон, — отрезает она, даже не открываясь от книги. Таниэль яростно сморит на Лаэту, поджав губы, но больше ничего не говорит, видимо, понимая, что спорить тут бесполезно, так как в таком случае он идёт вразрез со своими же словами.

Её первичный выбор пал на семь гильдий — за один раз она весьма амбициозно хочет покрыть больше половины от обязательных боёв, если это будет в её силах. Я, совершенного чётко понимая, что это ни к чему хорошему не приведёт, очень аккуратно предлагаю ей принять бои только с первыми тремя, а с остальными сориентироваться по ситуации, на что она кивает, соглашаясь со мной. Маги воды и огня в первых трёх поединках не вызывают у меня беспокойства — с ними ей будет проще всего, ведь это её родная и противоборствующая стихия. Затем маг земли, с которым будет посложнее, но эти гильдии не вызывают вопросов относительно того, кто будет их представлять. Замыкают её выбор три гильдии, где могут быть как высшие эльфы, так и маги стихий в зависимости от решения их лидера. Как бы там ни было, но для меня основными задачами являются — выиграть хотя бы один бой и, конечно же, сохранить жизнь Лаэты. Всё остальное призрачно для меня и не имеет никакого значения, полностью растворяясь в перспективах потерять мою подругу раз и навсегда.

Они что-то обсуждают, а я буквально осязаю, как напряжение накаляет воздух. Я поднимаю глаза и вижу огромное табло, которое тянется по периметру всего зала, где продемонстрированы все гильдии без исключения в их строгом порядке, пропорционально занимаемому месту. Неторопливо экран с пятой лигой подсвечивается еле уловимым светом, и строчка за строчкой золотыми буквами там выжигается название нашей гильдии с их соперниками. Я осматриваю помещение и вижу, как все неотрывно смотрят туда же, куда и я, а затем все их заинтересованные взгляды медленно устремляются на нас. Думаю, не покривлю душой, если скажу, что вся провинция соберётся на этих боях в пятницу. Я вижу сотни глаз, как вдруг замечаю те единственные, которые для меня сейчас важнее всего — Деймон стоит в глубине зала, скрестив свои руки на груди, и неотрывно смотрит на нас. Рядом с ним та девчонка, которая была и в прошлый раз, а также братья эльфы: Гэбриэл и Дэниел в полном обмундировании, в придачу с каким-то девицами.