Если ты простишь - Анна Шнайдер

на его рубашке, — но я знала, что, как только попытаюсь сделать это, Вадим встанет и уйдёт.

Поэтому просто продолжала сидеть, прижимаясь к нему, и плакать.

— Лида, перестань рыдать, — произнёс Вадим нарочито строго. Я знала такой его голос. Он всегда говорил так со мной, когда жалел меня, но старался утешить. — Я не сержусь на тебя за то, что было утром. И понимаю, что ты не пыталась мной манипулировать. Ты для такого слишком бесхитростна.

Я глубоко вздохнула, чуть сильнее сжимая пальцы на груди Вадима, — и неожиданно почувствовала, как его сердце забилось быстрее.

Он тоже реагировал на мою близость. Постепенно переставал быть камнем.

Только вот что это мне давало?

Конечно же — ничего.

— Пожалуйста, давай попробуем ещё раз… — прошептала я, зажмуриваясь от страха перед его ответом. — Дай мне одну попытку, прошу…

— Вот и сейчас ты действуешь абсолютно бесхитростно, — хмыкнул Вадим, но как-то невесело. — Ох, Лида… Я не хочу обижать тебя, правда. И быть жестоким с тобой — тоже. Но и быть вместе я тоже больше не хочу. Думаешь, я не понимаю, что ты и правда всё — перебесилась и больше не сбежишь? Понимаю. Но больше и не надо, мне хватило. Противно. Я не хочу ломать себя, пытаясь изображать счастье, жить с камнем на сердце. Да и смысла не вижу. Ты ведь не любила меня, Лида. Никогда не любила.

— Вадим… — я попыталась возразить, но он не дал — продолжил говорить:

— Я не обвиняю — всего лишь констатирую факт. За одиннадцать лет брака ты так и не смогла меня полюбить, вот и сбежала к своему саксофонисту при первой же возможности. Поэтому… давай разойдёмся мирно, хорошо? Не надо больше плакать. Вместе будем воспитывать Аришку, а в остальном… Ты и я — отдельные личности. Занимайся, чем захочешь, живи, как захочешь… Уверен, что через год ты скажешь: «Господи, как же хорошо, что я развелась».

Я была уверена, что не скажу.

«Живи, как захочешь»… Вадим не понимал, не верил, что я и правда не хочу жить без него. Я ведь ему весьма убедительно доказала, что хочу, сбежав на две недели, — теперь трудно поверить в обратное.

— Ладно, — прошептала я — потому что осознавала: прощения от Вадима упрямством я не добьюсь. — Давай разойдёмся…

— Ну вот и славно, — сказал Вадим быстро, отстранился и встал с дивана. — Я в душ, Лида. Ты тоже иди спать. Детали обсудим завтра.

И ушёл.

«Детали»…

Это никакие не детали. Из деталей можно что-то собрать.

А из наших отношений разве можно что-то собрать?

Это больше похоже на пепел.

37

Вадим

Приготовившись ко сну, я зашёл в кабинет.

Не мог отделаться от странного чувства, будто мне удалили часть сердца, но боль наконец ослабла или же стала настолько привычной, что я перестал её замечать.

Я уже собирался лечь, когда бросил взгляд на доску, куда вешал всякую всячину как по работе, так и просто для красоты.

Открытки «Возвращение блудного сына» и «Явление Христа народу» показались мне вдруг совсем неактуальными. Я их снял, оставив на доске пустое место для чего-то нового.

Девчонки на работе однажды рассказали мне про модные доски желаний. Я как-то отстал от жизни и был сильно удивлён, что эта бытовая «магия» настолько популярна.

Книги, блоги, товары, курсы — и чёрт знает что ещё существует на эту тему.

Люди всегда были склонны к поиску простых путей к счастью. Волшебная пилюля — намного более заманчивая идея, чем пахать как проклятый в надежде на успех. Да и сверхусилия совсем не означают гарантированной победы, чем бы ты ни занимался. И тем не менее количество людей, поверивших в эту халяву от Вселенной, всё равно безумно удивляет.

Вот повешу фотографию с пляжем Таиланда и «притяну» в свою жизнь отпуск в январе!

Или «За туалетом. Автопортрет» художницы Серебряковой — и познакомлюсь с похожей симпатичной женщиной.

Как всё просто.

А на Лиде я, видимо, неудачно женился, потому что она когда-то в прошлом слишком засмотрелась на картину «Неравный брак» и притянула в свою жизнь меня? А вот повесила бы в туалете плакат с семьёй из рекламы зубной пасты, и было бы ей счастье белозубое.

А может, моим маме и бабушке нужно было не лечить меня, а картинку со здоровым ребёнком повесить на стену?

Да, как же просто жить, оказывается!

Не знаю, есть ли у Лиды доска желаний. Вообще на неё это не похоже. Суеверий и магического мышления я за ней не замечал. Но после разговора на кухне, вспомнив о «досках желаний», я вдруг осознал, что Лида увидела в своём бегстве волшебную пилюлю, способную решить все её проблемы.

Ошибочно. Как и всегда.

И я всё больше и больше начал понимать, как мало Лида сделала для того, чтобы не допустить этого кризиса в нашей семье. Хотя нет, не кризиса. Краха!

Как же ничтожно мало она работала над сохранением нашего брака и совершенно не старалась починить то, что, как выяснилось, не работало. Лида просто решила выкинуть всё на свалку и убежать за горизонт.

А надо было пахать! Пахать, пахать и ещё раз пахать. И вот если бы ничего не получилось в итоге, никакие психологи не спасли, и работа над собой ничего не изменила, и банальное открытое общение друг с другом не помогло бы нам сблизиться и преодолеть ту пропасть, которая, как я теперь понимал, была настолько огромной, что Лида вот так спонтанно решилась разрушить всё вместо наведения мостов, — тогда и только тогда следовало бы рассмотреть вариант развода. И то предварительно стоило просто поставить всё на паузу, дать нам обоим передышку, чтобы всё взвесить перед настолько важным решением.

Хотя бы ради дочки следовало не спешить.

Я вдруг понял, что обращаюсь к Лиде, которой не существует. К Лиде, которая ещё не сделала роковую ошибку. Но такой Лиды нет.

Как и волшебных таблеток.

И теперь всё кончено.

Лида это точно знает. После нашего разговора на кухне она больше не будет пытаться получить второй шанс.

Расплатой за веру в волшебную таблетку для неё стало не только то, что она разрушила нашу семью, но и то, что ей предстоит пахать над своей жизнью, но уже без меня. Правда, ещё не факт, что Лида извлекла хотя бы какой-то урок из того, что